Яркая книга! Про советскую школу написано много, но роман Юрия Герта - это нечто выдающееся для своего времени по хлесткости и непримиримости. Если не ошибаюсь, казахстанское издание 1964 год - единственное. Оттепель закончилась и переиздавать такую ересь - себе дороже... Главные герои - старшеклассники мужской и женской школ. Прекраснодушные, бунтующие, романтичные. Учителя, родители, комсомольские функционеры изображены как лжецы, двурушники, трусы, а то и вовсе подлецы. Образ директрисы женской школы Калерии - "Холеры" - Игнатьевны, интриганки и доносчицы, получился особо мерзким и запоминающимся. Родители Миши Гольцмана и учительница Вера Николаевна - исключения из общей массы. Время действия книги -1947-48 годы. Время душноватое, идет борьба с космополитизмом. Главный герой, Клим Бугров, сын расстрелянного в 1937 журналиста, штудирует классиков марксизма, грезит о побеге то в Грецию, то на Яву, мировая революция для него - не пустой звук. Но побеги не удались, так что Клим пылко участвует в "Революции Духа" по Маяковскому: борется с "мещанством" в его понимании, пустословием, инертностью комсомольцев, сочиняет сатирические пьесы и вместе с друзьями ставит по ним спектакли. Между репетициями продвинутая молодежь собирается на квартире у одной из школьниц, спорит, мечтает и даже пытается создать КИК - "Клуб имени Компанеллы"
§1 Клуб носит имя человека, который первым на земном шаре всю жизнь словом и делом боролся за Город Солнца. §2 Член клуба имени Кампанеллы всегда и при любых условиях следует принципу:.: «Общественное — все, личное — ничто» . §3 Каждый член КИКа считает своим долгом вести борьбу с врагами коммунистического общества, как открытыми — мировая буржуазия, так и скрытыми — мещане. §4 Член КИКа является (независимо от возраста) гражданином и бойцом; это значит, что совершенствование своей личности — дело важное и необходимое, но его. надо сочетать с ежедневной активной борьбой за счастье всего человечества. §5 КИК добьется, чтобы директора школ выполняли указания Карла Маркса: каждый человек с двенадцати лет способен к труду (развить: колония Макаренко — школьный завод — общественная работа). Никто не имеет права быть паразитом! §6 Члены КИКа не признают никаких различий пола. Полное равенство! §7 Члены КИКа считают главным правилом: говори, что думаешь, делай, что говоришь. Приспособленчество, трусость и лицемерие несовместимы с пребыванием в КИКе. §8 Почетными членами Клуба имени Кампанеллы являются Величайшие Борцы за Свободу и Счастье для Всех: Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин, а также: Спартак, Робеспьер, Марат, Фурье, Сен-Симон, Чернышевский, Луиза Мишель, Вера Засулич, Джон Браун, Эрнст Тельман, Роза Люксембург, Клара Цеткин, Крупская, Николай Островский и Владимир Маяковский.
Если первый спектакль единомышленников, обличающий план Маршалла и мировой империализм, прошел относительно успешно, то вторая пьеса Клима стала причиной грандиозного скандала и цепи драматических событий.
На квартире другой ученицы, тайком от всех, проводятся сходки и встречи, в которых принимают участие школьники со всего города! Ах, вы этого не знаете? Тоже не знаете?.. Раздался чей-то смешок — до того беспомощно-изумленное выражение застыло на дряблом, в глубоких складках лице классной руководительницы десятого «Б». И вслед за тем улыбнулись остальные, осторожно и опасливо, так как никто не знал, какое место уготовано ему самому в уничтожающей директорской инвективе. — Но это же настоящий дом свиданий! — сказала учительница химии, по-птичьи вертя длинной шеей.— Только представить себе... — Дом свиданий? Ну, нет, Анна Степановна,— если бы, если бы только это! — горько вздохнула, директриса. — Но что же еще?.. — И-да-с,— протянул учитель черчения, облизнув сухие губы и потрогав пальцами сизоватый нос.— Где компания —там и алкогольные напитки. А алкоголь в таком возрасте... — И это современная молодежь! — воскликнула преподавательница русского языка, сверкнув очками.— Наши девочки, наши скромницы... Просто ужас! Мне говорили, из-под полы продаются заграничные пластинки с такой музыкой... Воображаю, какие там устраивают вальпургиевы ночи! Было высказано много предположений, но ни одно из них не попало в цель. Когда бурная фантазия одних окончательно сбила с толку других и все обратили вопрошающее взгляды к директрисе, Калерия Игнатьевна приоткрыла карты: — Если бы только танцы... Или водка... Если бы! Мне приходилось видеть на своем веку многое. Но когда собираются — заметьте, собираются без всякого повода! — На частной квартире — я еще раз повторяю — не в школе, а на частной квартире — и при этом не заводят патефон... Да, не заводят патефон и не пьют алкогольных напитков! Я спрашиваю: зачем они собираются? — директриса обвела всех победоносным взглядом... — Да, да, они го-во-рят! Я вижу, Мария Ивановна,— так звали классную руководительницу десятого «Б» — вы хотите задать вопрос. Так вот, эти миленькие мальчики и девочки говорят не о подготовке к экзаменам, уверяю вас! Калерия Игнатьевна остановилась, любуясь эффектом. Даже Филипп Филиппович отвлекся от созерцания кубков, и в наступившей тишине прозвучал его задумчивый голос: — Действительно странно... Остальные молчали, пораженные роем догадок, и ждали дальнейших объяснений. Калерия Игнатьевна расправила свои прямые плечи. В ее глазах билось зеленое пламя. — Именно там сочиняют эти грязные пасквили! — Калерия Игнатьевна продемонстрировала экземпляр комедии «Не наше дело», лежавший перед нею на столе.— Там высмеивают учителей, порочат добропорядочных учеников, внушают бунтарские настроения нашим школьницам, там... Каждое «там» становилось все более устрашающим и сопровождалось все более громким похлопыванием по столу свернутой в трубочку тетрадкой с пьесой. — Но я не сообщаю еще о самом главном: может быть, наступит время, когда этим займутся в другом месте...
И займутся, спираль сюжета будет закручиваться все туже и туже, герои будут метаться на грани нервного срыва от отчаяния к надежде.
«Политическое дело»... Кому-то захотелось доказать свою ультрабдительность и ультрапатриотичность... Отличная зацепка!.. Трусы, перестраховщики, а то и совершенно добросовестные идиоты подхватили, понесли, раздули шумиху — и начался всеобщий психоз! Расправиться с ребятами, которые если и виноваты, так только в том, что честны и молоды...
Финал у Юрия Герта открытый, автор остановил свой роман на резком вдохе, накануне главного судилища. PS Продолжение истории Клима - в романе "Лабиринт".
15 понравилось
