Silber: Das dritte Buch der Träume

- А я тут посторожу, - сказал Грейсон.
Я готова была подбежать к нему и обнять, но вместо этого сказала:

• Я рада, что ты не стал моим убийцей.

• А я-то! Я больше никогда бы не смог пойти к парикмахеру.

Мия встала и прищёлкнула языком.

• Понятно, наше дело - заботиться о стариках, женщинах и детях, пока вы с Генри будете спасать мир. Это плохой фильм, старшая сестрица! Если ты думаешь, что остаток ночи я буду кусать ногти и ждать тебя, выходи из этого фильма.

-Я знаю немало, - уклончиво ответила Мия. - Но остались кое-какие пробелы, и я горю желанием их закрыть. Например, насчёт демона, которым вы занимались в связи с Артуром и Анабель. Или про историю с Тео Эллисом - она тоже на счету Артура? И почему Анабель дежурит у двери Грейсона, считая весь коридор своим? Иной раз прогнать её оттуда удавалось, только напустив на неё стаю летучих мышей...

- Путника не остановишь!

- Хочу ли я навсегда разрушить вашу жизнь? - спросил Артур Генри. - Что ж, именно этого я и хочу, старый дружище, именно этого. Так что не надо умолять. Мы когда- то вместе могли покорить мир, но вы объявили меня своим врагом. Теперь расхлёбывайте последствия.

Мия свободней уселась на своём стуле и поболтала ногами.

• У тебя роскошные волосы, - сказала она Артуру.
• Спасибо, принцесса! - фыркнул тот.

- Ничто не случайно, смерть в том числе.

• Ах, вы разрушили моё энергетическое поле.

Обратите внимание: первое правило действующей ППАГ гласит: дверь сновидений не должна попадать в поле зрения видящего сон. - Улыбка стала заметней. — Впрочем, уже всё равно - я давно всё решила. Вы опоздали!
И вдруг перед нами оказалась уже не маленькая темноволосая миссис Купер, а Артур, высокий, светловолосый, на свой отвратительный лад прекрасный. Я почувствовала, что мужество меня покидает. Артур. Всё-таки здесь был Артур.

"Край серебрится у самого тёмного облака"

- Любовь! - воскликнула я.
Фредди покачал головой. Генри посмотрел на меня вопросительно.

• Это слово... - поспешила я ему объяснить. - Из букв, которые появляются в калькуляторе!
• Э, Лив, в калькуляторе не буквы, а цифры. — Эмили высокомерно усмехнулась. - Буквы написаны в книгах...

- Спроси меня о чём-то, что знает только Генри, - потребовал Генри.

• Хорошо. - Я вздохнула. - Как звали собаку - не чау- чау, другую, с которой я гуляла в Южной Африке?
• Сэр Баркс-Алот. - Генри невольно покачал головой. - Но это может знать и Артур, если он подслушивал нас вчера ночью.
• Ладно, но если так, он мог подслушать почти всё... Тогда поцелуй меня! Я сразу узнаю, ты ли это.
• Хм... - ухмыльнулся Генри, черты его лица расслабились. - Действительно хитрый способ. Я тоже сразу пойму, ты ли это.

- Мозг - сложный орган, - сказала я. - И если ты свой хочешь уберечь от коллапса, если ты хочешь учиться, закончить школу и создать семью, не опасаясь сумасшедшего дома, вернись через свою дверь и не появляйся здесь больше.

• Сумасшедший дом ничего не добавит, - рассеянно поправила меня Эмили.

- А почему твоя лошадь не пользуется калькулятором?

• Потому что здесь калькулятор не работает, - ответила Эмили, не взглянув на него. - А может, потому, что она считает не лучше меня. Ведь этот лабиринт дверей существует в моей голове. Всё, что ты видишь и что здесь происходит, это образы и события моего подсознания.

Как в руки гуру секты попала Анабель, мы точно не знали. Ясно было одно: можно без всяких сомнений доказать ей, что эта версия «Кровавого меча - 66», которая обошлась так дорого, и все её заклинания демонов - не что иное, как пустышка, и своей детской травмой она обязана сумасшедшему кровельщику.

его приятелю-кровельщику, напротив, стали слышаться голоса, и он счёл себя избранником. Фантазия и реальность чудовищным образом переплелись в его мозгу, он собрал вокруг себя группу людей и предложил им самим же сочинённую когда-то историю о кладах в качестве древнего писания.

если Флоранс не спит, никто не может проникнуть в её сон и там набезобразничать.

- Подождите, - сказала она, ставя поднос на письменный стол. - Может, это не совсем подходит, но у меня внизу остались ещё взбитые сливки, это должно понравиться всем. Мия, ты сможешь разрезать пирог, ты, Лив, разольёшь чай, а ты, Флоранс, высморкайся. Я сейчас вернусь.

• Она действительно думает, что своей волшебной выпечкой помогает разрешить все проблемы... — вздохнула Флоранс, когда Лотти стала спускаться по лестнице, но всё же взяла носовой платок со своего ночного столика.

- Ты говоришь так потому, что во всех людях видишь только хорошее, Лотти, - сказала она и подавила всхлип. - Я бывала недоброй с тобой, но ты каждый раз делала вид, будто этого не замечаешь. Ты всех понимала, а потом пекла чудесные торты и пирожки, и, хотя ты невероятно любишь Лив и Мию, ты пыталась и меня... А я всё это время была...