Чернильное сердце

Очевидно, лишь немногим удаётся безболезненно переселиться в другой мир. Мы оба знаем, какое это счастье — нырнуть в книгу и какое-то время жить внутри неё, но расстаться со своей историей и попасть в наш мир — это, как видно, никому не приносит счастья.

Почему взрослые думают, что дети скорее мирятся с секретами, чем с правдой? Разве дети не догадываются, какие глупые сказки сочиняют только для того, чтобы не выдавать эти секреты?

Истории про фей, гномов и всё такое прочее мне никогда не были особенно по душе. Хотя я не отказалась бы наблюдать парочку таких историй в моём саду.

Я поверю любой истории, лишь бы она была хорошо рассказана.

Самое лучшее в книгах — то, что их всегда можно закрыть, когда хочешь.

“Он не знал, как долго он так простоял, теряясь взглядом в лабиринте букв.”

“Сундук был полон книг, великолепных книг. Сажерук нащупал под пальто фонарик и посветил на них.
– Ишь ты, – пробормотал он, – какие вы красивые! Словно дамы в роскошных нарядах на княжеском балу!”

“Мегги брала с собой книги отнюдь не из-за того, о чём говорил отец. Они были для неё домом в чужом месте, внутренним голосом, друзьями, с которыми не поссоришься, умными, сильными, смелыми, прошедшими огонь, воду и медные трубы. Книги веселили, когда ей было грустно, прогоняли скуку, а Мо тем временем кроил материалы, заново сшивал страницы, которые изрядно потрепали годы и множество пальцев.”

“Приятно иметь в чужом месте свои книги», – говорил Мо. Сам он всегда возил с собой по крайней мере дюжину книг.”

Я никогда прежде не видел таких красивых цветов, таких зеленых холмов и таких умных куниц. А людей вроде тех, о которых ты говоришь, я видел предостаточно. Они везде одинаковые.

Some books should be tasted, some devoured, but only a few should be chewed and digested thoroughly.

- Ты по ней скучаешь? - неожиданно спросила Мегги и сама удивилась этому вопросу: он просто сорвался у нее с губ.
Мо долго молчал.

• Иногда, - сказал он наконец. - Утром, днем, вечером и ночью. Почти постоянно.

Плохие книги не оживают.

Важнейшее правило: писатель никогда не доверяет бумаге всё, что знает о своих персонажах. Читателю не обязательно знать все. Есть вещи, которым лучше оставаться тайной, известной только автору и его созданиям.

Всякий писатель желает, чтобы его герои были как можно более жизненными.

Поверь мне, это весьма мерзкое чувство, когда вдруг попадаешь в чужую историю.

В реальности страх имеет совсем другой вкус, чем когда ты о нём читаешь.

Я знаю, как ухаживать за книгами, но дети — чёрт побери ещё раз! — совсем другое дело.

Её дом ломится от книг. Она, несомненно, предпочитает их общество обществу людей.