Un roman francais

Франция приказала ему умереть за нее, точнее говоря Франция отдала ему приказ покончить с собой

«С молчанием живых смириться труднее, чем с молчанием мёртвых.»

Вы замечали, что все сказки всегда заканчиваются в день свадьбы? Я тоже дважды женился, и каждый раз в решающий момент, когда надо произнести: «Да», меня неизменно охватывал страх — неприятное предчувствие, что все хорошее уже позади.

Желаю, чтобы эта книга позволила вам, как и мне той ночью, откуда-нибудь сбежать.

Если я в сорок два года нарушаю закон, то лишь потому, что в юности слишком редко осмеливался ослушаться мать. Мне надо нагнать упущенное, а это лет двадцать бунтарства.

Мы всегда стремимся к недостижимому.

Частенько я «вспоминаю» свое детство просто из вежливости. «А помнишь, Фредерик?..» Я охотно киваю: «Ну да, конечно. Я собирал стикеры Панини и фанател от группы «Rubettes», точно-точно». Горько признавать, но факт остается фактом: мне никогда ничего не вспоминается, я обманываю сам себя. Понятия не имею, где я был с 1965 по 1980 год; может, по этой причине я сегодня и сбился с дороги.

«Ты вовсе не потерял память, Фредерик. Просто мы тебе безразличны!»

«В каждом человеческом существе сидит исследователь, который с какого-то возраста, возможно, перестает смотреть прямо перед собой, — он оборачивается назад. Если у него имеется потомство, значит, есть и гид, чтобы совершить с ним экскурсию в самого себя.»