Завидное чувство Веры Стениной

Я, конечно, хочу попасть в царствие небесное - но я там ни разу не был и не знаю, на что оно похоже. А вот эту грешную земную жизнь я знаю - и очень люблю.

Родители, которые бросают все силы на успехи детей, как правило, сами по себе ничего не представляют.

Младшая дочка была младенцем, и хозяйка кормила её при всех — не стесняясь, вывалила из халата конопатую грудь. Девочка ела жадно, с неприятными, захлебывающимися звуками, которые вызывают умиление у всех, кроме Веры. Стенина не любила детей — за исключением Лары и, с некоторыми оговорками, Евгении. И ей никогда бы не пришло в голову кормить ребёнка при чужих людях — всё же они живут не в племени сирионо, а в миллионном городе, пусть даже и в Ботаническом районе.

Обычное дело: если много думаешь о каком-то человеке, его черты переходят к окружающим.

Она боялась мужских слёз сильнее, чем мужчины боятся женских. 

Стенина, наоборот, заранее всех ненавидела - знакомилась с новыми людьми, как сапёр с миной.

От судьбы никто, кроме Юльки, ничего особенного не ждал, тем более – не требовал, все просто жили каждый день с утра и до вечера.

Мы по необходимости остаёмся чуждыми себе, мы не понимаем себя, мы должны путать себя с другими.

Вера никогда не забывала, что она – мать. Это было главным делом её жизни, и потому, возможно, она не сумела добиться того, о чём мечтала, и не научилась мечтать о том, чего же она хочет добиться. И первое, и второе всё ещё проходило для неё по рангу загадок, а в материнстве сомневаться сложно.

К счастью, у любого человека есть своё «зато». К несчастью, редко какой человек способен оценить это в полной мере.