После дождичка в четверг

Так как ответить на вопросы о прочитанной книге отвечать легко, постарайтесь пройти литературный опрос по книге, которую вы точно не читали.

1. Фильм на каком языке является рефреном для происходящего в романе?

а. На русском.
б. На языке ангелов.
в. Это был немой фильм.
г. Что такое фильм в нашем разрезе бытия?

2. Что символизируют торчащие из пустыни верфи и маяки?

а. Руибнштейн австралиец, потому тупо фантазирует о родных пустынях - раз есть пустыня туда же пихнём и её противоположность.
б. Это неосознанная тяга автора к чему-то фаллическому, что он сублимирует в описание люби к жене.
в. Никак не влияют на сюжет, ничего не значат.

Обладаете ли подлинным австралийским сюрреализмом мышления, помноженным на тонкую иллюзию нормальности при прогрессирующей шизофрении? Для проверки себя можете почитать продолжение хита "Книги для счастливого восточноевропейского и западноазиатского детства" - книгу "День в Сиднейской опере". Australian edition, 18+.

3. Зачем отец героини заставил по завещанию жить дочь и её бойфренда в секуляризированной церкви?

а. Я что-то так и не понял, вроде там планировалась тайна, а потом вообще стало не понятно.
б. Автору хотелось написать о том, как парочка трахается на алтаре и купается в ванной в одном из приделов.
в. Так таинственней.
г. Автор не знал, чем бы выпендриться.

4. Находил ли Фрэнк (отец Бет) манускрипт в церкви?

а. Находил.
б. Не находил.
в. Предпочитал подходить к этому вопросу, как кот Шрёдингера.

5. Что означала незаконченная татуировка Бет?

а. Недописанное имя Джек.
б. Русалку.
в. Одну из букв манускрипта.
г. Рубинштейн забыл в финале пояснить.
д. Один из вопросов, который, по мнению автора, должен мучить читателей.

6. Что символизирует дождь, разрушивший купол церкви? (Да, в книге всё должно что-то символизировать, дабы оправдать пафос тона).

а. Бог не захотел, чтобы парочка трахалась перед секуляризированным алтарём.
б. Надо было двигать сюжет.
в. Молнии красиво смотрятся.

7. Почему и фильм, для которого Джек делает субтитры, и загадочный помощник кровельщика, русские?

а. Загадочная русская душа, о которой надо говорить, когда говорить больше не о чем.
б. Россия так далеко от Австралии, что кажется волшебной страной, населённой пафосными киноделами и сексапильными троллями (правдивости этой информации касаться не будем).
в. Рубинштейн услышал выражение "После дождичка в четверг" и решил заюзать Россию по полной.

8. А почему дождичек и в четверг?

а. Очень странно, потому что всё заканчивается не дождём.
б. Четверг клёвый день, я, например, в четверг родился.
в. Это идиома, которая должна свидетельствовать, что людям не понять друг друга.
г. Дождик был тот, который сломал крышу церкви и запустил события.

9. Какой идиот читает старинный манускрипт, готовя при этом пирожки?

а. Это должно показать, как Джек сроднился с манускриптом и не хочет отпускать его ни на секунду.
б. Это должно продемонстрировать идиотизм Джека, который так и не сделал ни одной копии с манускрипта.
в. Это должно показать идиотизм писателя, который уже в начале книги всеми силами продемонстрировал, что манускрипт жалеть не стоит - не сожгут, так пару страниц случайно запекут в тесте.

10. Зачем нужен бесконечный рассказ о друзьях Джека, о матери Бет и прочем?

а. Потому что на самом деле роман о них.
б. Это современная проза, тут так принято.
в. Кроме развивающейся паранойи Джека сантабарбара друзей - единственная линия.

11. Почему несколько раз повторяет, что Торн придумал скальдический образ обозначения любви "парус и солнце души"?

а. Торн влюблён в капитана Питера, ищет связанные с ним образы, и нам должно быть его жалко, когда Питер его закономерно бросит.
б. Скальдическая поэзия должна символизировать ещё один слой для шифрования, но при этом и лишнего взаимопонимания людей.
в. Рубинштейн сам хочет выиграть скальдический приз.

12. Что означает выражение её друзей "Бет - наша последняя надежда"?

а. Рубинштейну хотелось придать таинственности на пустом месте.
б. А каких вариантов ответа вы ещё ждёте? Нет у фразы никакого иного значения.

13. Чем на самом деле является манускрипт, который этакое подобие рукописи Войнича?

а. Философский язык Джона Уилкинса.
б. Енохианский язык ангелов Джона Ди (опять Эдварда Келли, вот никто мимо спокойно пройти не может. Уроды).
в. Сочинением безумца, сводящим с ума других людей.
г. Просто буквы на бумаге не въелись в страницу и сводят с ума всех испарениями.
д. Отщебись от символов.

14. А перевод Библии зачем поминают через раз, если не указаны огрехи в переводе, на которых весь фокус внимания?

а. Что в предложении отщебится от символов тебе было не ясно?

15. Так почему Фрэнк жил отдельно от семьи десять лет в церкви?

а. Страшно переживал из-за измены жены, все десять лет.
б. Проводил время со своим кровельщиком О`Рурком (нет, ну а чё?).
в. Это символ.

16. Но зачем же заставил дочь жить в церкви?

а. Хотел, чтобы помучилась.
б. Ой, хватит неприятных вопросов. Там красивая концепция? Вот и норм. Логика тебе на фига?

17. Зачем нужны образы девочек, которые тонут в море песка и образ маяка, который насквозь просвечивает влюблённых?

а. Рубинштейн австралиец, родные пустыни... Стоп, этот ответ уже был, посмотри там.
б. Они красивые. Такой молчаливый русский фильм с разбитыми верфями и девочки, утонувшие в песке. Смысл не трогаем.

18. Спала ли Бет с русским помощником кровельщика Максом?

а. Спала.
б. Не спала.
в. Была, как и папа (родной он там ей или нет), потомком кота Шрёдингера.
г. На самом деле это оммаж "Титанику" и лепке обнажённых фигур на заднем дворе без сапфиров (хотя сразу и не скажешь, но у фразы есть даже какой-то смысл).

19. Так о чём всё-таки книга?

а. Вроде в названии рецы полный спойлер, не?
б. О том, как мама Бет Джудит изменяла мужу, а девочка лет тридцати от роду начала переживать.
в. О том, что маяки, манускрипты и даже орден иоаннитов - пыль и труха, главное - это взаимоотношения.
г. О... А, хотя нет. Всё-таки правильный ответ - б (совпадение буквы ответа и буквы, которая обозначает кое-что ещё, случайное).

20. Было ли интересно читать, когда стало понятно, что книга тупо о шизофренической паранойе и никакущей семейно-скелетной загадке?

а. Да уже было понятно по количеству прочитавших, что там не о манускрипте речь.
б. Стоп-стоп-стоп, так орден иоаннитов не охотится за рукописью на праязыке, которую никто не мог понять тысячи лет? То есть загадки не было? Нет, ну.. Да вы... Да вы вообще ипанулись!
в. Приятное такое чтение, вон про Уилкинса можно узнать, там ещё какой-то интересный мужик упоминается, блин, но да, Рубинштейн сумел создать такое тягомуторное произведение, что даже имя какого-то современика Роджера Бэкона и то из головы вон.
г. Там что-то происходит, язык хороший. Хотя сюжет - муть.

Вы записали свои ответы?
Теперь сожгите.
Все ответы правильные.
Если вам кажется, что нет, просто поменяйте точку зрения.
закуриваю

Странная книга. Вот прям очень. Поначалу были некие ассоциации с "Код да Винчи", ибо тут опоминаются ордены, например тамплиеры и госпитальеры. А во главе угла лежит и манит, аки пироженка во время диеты, таинственный манускрипт. Но по факту это оказалась история скорее о нестабильной психике и мании. Слог автора построен как-то не очень, словно вязнешь в нём, как в болоте.

Сюжет

Бет получила в наследство от своего отца не что-нибудь, а целую церковь, правда уже давно нерабочую. И они с Джеком не придумали ничего лучше, чем жить в ней, вот прям как в обычном доме. В странном тайнике Джек находит этот самый манускрипт... И понеслась душа в рай загадок древности.

Мне половину книги хотелось орать, чтобы они эту книжечку забросили куда подальше, вот прям на самую дальнюю полку, ведь начала происходить совершенно нездравая фигня, с сознанием уж точно. Хотя я подумала, что задумка-то интересная. Но слог... Эх. Я растроена, в общем. Некоторые сцены, по-моему, были совершенно не к чему. Да и очень много исторических и лингвистических отступлений. Короче говоря, мне было скучно. Добила из принципа.

Когда герои ещё и отстраняться начали, тут я ждала ещё и драму в отношениях. В итоге автор пару раз поводил за нос читателя, да и всё завершил черте чем. Развитие персонажей также хромает. Они остались в том же положении, как и были. Сделали кружок, так сказать, и вернулись.

Герои

Джек
Порой он меня пугал, скажу честно. Он, как одержимый, вцепился в этот манускрипт и потерял счет днями и реальности. Для него самым главным стало раскрытие тайны. Только иногда эта тайна мнимая, придуманная, вот в чём дело-то.

Кому понравится книга?
✓читающим про таинственные ордены, тамплиеров, госпитальеров и так далее;
✓полагаю, что лингвистам;
✓читающим детективы.

Итоги прочтения

Колесо баланса книги:
Динамичность сцен - 3
Начало книги - 5
Конфликт - 7
Изменение героя - 1
Концовка книги - 3
Правдоподобность героя - 5
Эмоции - 1
Описание мира - 5

Заявляю, что взялась за эту книгу только потому, что на марафоне моим заданием было прочитать книгу с днём недели в названии.

Книга для любителей древних тайн, давно и надёжно скрытых от мира, конспирологических теорий, иностранных языков и бумажных книг. Герои здесь постоянно находятся в поисках смысла, в попытках расшифровать попавшие к ним в руки материалы. Залы библиотек, в которых собраны раритетные издания, становятся их домом. Книжная пыль, десятилетиями нетронутые полки, старинные переплёты и почти рассыпающиеся в руках страницы сулят чудесные открытия - и чем дальше, тем сильнее разгорается азарт поисков.

Главный герой книги - переводчик и фанат языков - с женой-библиотекарем живёт в старинной церкви, доставшейся жене по наследству от отца-пастора. Функции церкви здание уже давным-давно не выполняет, внутри имеются все удобства, но всё равно весьма колоритно, я всё удивлялась, как это герои так спокойно относятся к обстановочке вокруг, совсем их не впечатляет быт в таких декорациях. Сюжет романа закручен вокруг того, что в тайнике этой церкви наш герой обнаруживает древний манускрипт на непонятном языке. И эта старинная книга, её тайна полностью захватывает его воображение. Кабинетные изыскания и лабораторные анализы приводят главного героя к истории первых переселенцев-колонистов в Австралии и британским тайным обществам шестнадцатого-семнадцатого веков, а затем и к средневековым монашеским орденам и крестовым походам.

Переводчик становится буквально одержим древним манускриптом. Он отдаляется от семьи и уже не замечает ничего вокруг. А между тем вторая сюжетная линия романа тоже увлекает своими загадками: разбирая вещи покойного отца и свои детские фотографии, жена главного героя обнаруживает, что рядом с её семьёй постоянно присутствовал какой-то мужчина, и начинает подозревать, что забыла что-то очень важное о своём детстве; она пытается разобраться в том, кем же всё-таки были её родители, узнать их по-настоящему. Однако - несправедливо, но факт - кому же интересны какие-то там семейные скелеты в шкафу, когда тут древние манускрипты, средневековые алхимики и секреты крестоносцев! Соприкосновение со старинными тайнами будоражит воображение, делает мир ещё больше, красочнее и интересней, оживляет ненадолго веру в неизведанное и какие-то древние чудеса. И читатель, затаив дыхание, следит за изысканиями главного героя, подгоняет его и увлечённо перелистывает одну страницу за другой.

Но в итоге, как это обычно и бывает в подобного рода книжках, не древние тайны тебе, а пшик. Конкретно в этой книжке фокус смещается на семейные проблемы героев, а в то же время основной сюжет с манускриптом тихонечко сливается. Ну и ладно, в общем-то, я ничего и не ждала: поволновали умы, породили какие-то красочные фантазии - и будет. Мало кто способен сильно и впечатляюще завершить конспирологический сюжет - это ж надо реально какую-то великую страшную тайну придумать и вменяемо обосновать, кто, что и зачем. Поэтому, кстати, для меня загадка, как можно в здравом уме сесть писать подобного рода книгу - понятно ведь, что в общем тема с тщательно охраняемыми старинными секретами почти магического свойства людям неизменно нравится и даёт простор для описания остросюжетных приключений и всяческого нагнетания атмосферы, но ведь и вёдра помоев за слабую концовку обеспечены. И, как следствие, некоторое разочарование у аудитории и общее впечатление об авторе скорее как о посредственности.
При этом к самому тексту претензий особо нет. В меру динамично, в меру атмосферно, хороший баланс экшна и размышлений, приятный язык (ну ладно, ладно, в паре постельных сцен была какая-то высокопарная "восставшая плоть", но это если уж придираться)). И всё же книгу, которую можно кратко описать как "мгновенно увлекающая идея, нарастающее напряжение и невнятица в конце", действительно похвалить язык не повернётся - одноразовая, проходная вещь.

Что это было?! Я в некотором недоумении...
Книга заинтересовала когда-то то ли аннотацией, то ли чьим-то отзывом. Но перед чтением я заглянула в рецензии, и там не все так радужно. В общем, приступила к роману без особых ожиданий, но она все равно смогла меня озадачить.
Сам сюжет довольно простой. Главный герой Джек находит некую древнюю рукопись с незнакомым текстом. И, по каким-то признакам решив, что это может быть некий праязык, язык ангелов, на котором говорили до Вавилона, принялся за изучение истории этого документа. И тут его начинают преследовать то ли члены некой тайной организации, то ли его паранойя. На фоне всего этого нам показывают его отношения с женой Бет, ее рефлексию после смерти отца, ее же переживания некоторых странных событий из детства, а также взаимоотношения этой пары с их друзьями. Отдельно хочется отметить, что живут они в церкви, оставленной им отцом Бет. Именно здесь они и нашли ту самую рукопись.
По сути в книге почти ничего не происходит. Джек погружается с головой в изучение рукописи, пытается расшифровать текст и окунается с историю его формирования. Он воодушевлен и ждёт, что ему откроются тайны мироздания. С ним начинают происходить странные события, но мне все время казалось, что это все нереально, он просто неверно интерпретирует происходящее. Я так до конца и не поняла, действительно ли его кто-то преследовал.
Несмотря на все эти несуразности сюжета, слог автора мне понравился. Он лиричный и образный, мне было комфортно в его размышлениях. Единственно, мне показалось, что автору просто немного не хватило опыта, чтобы все собрать воедино. Поэтому и не могу оценить книгу высоко, ибо остались вопросик.

Когда все это закончится, когда меня покинут лазурит и марена, кальцедон и малахит, вербена и уголь - тогда у меня начнутся другие дела. Я сделаю этот список, the list, la liste, списък, lys, רשימה, я назову его всеми словами, как когда-то называл Бет в нашу первую ночь - потому что только называя вещь, мы ее обретаем. И я назову все то, что хочу сделать после - после всего, после того, как меня поглотит манускрипт, или же я его поборю, или же умру, возможно, как умерли и брат Констан, и Фрэнк, и многие до них, так и не прикоснувшись к великой тайне.
Или же не стоит его писать, ведь за окном стоит иоаннит в плаще с крестом из четырех наконечников стрел, и так и ждет, что я проговорюсь в своем списке о чем-то таком, что орден его давно хотел бы забыть, погрести под песками - как тот маяк в песке, о котором говорила Бет. Его огни все кружат и кружат, и опускаются, и вот я уже оказываюсь в круге света куда чаще, чем мне бы хотелось, и знаю, что за мной следят.

Но полно, к списку - а то я не составлю его никогда, или составлю после дождичка в четверг, когда свиньи полетят, или однажды вечером в следующей реинкарнации.

Во-первых, я больше не буду браться за переводы фильмов, которых не понимаю - или же буду? Не знаю. Я не первый день бьюсь над этой сценой с остовами кораблей - ох уж эта загадочная русская душа, - и начинаю думать, что для некоторых слов нет перевода, нельзя без общего, единого языка понимать то, что говорит другой. Форму - возможно, смысл - никогда. Забавно ведь, что я, человек, влюбленный в языки, мечтаю, чтобы мы вернулись во времена до башни Вавилонской и заговорили на языке ангелов? Или не мечтаю, ведь как можно, чтобы пропали все наши языки - и язык прикосновений, и язык, на котором пишу вам я, и записи Фрэнка и множества его предшественников - обладателей манускрипта.

Во-вторых, я больше не буду жить в церкви. Даже в секуляризированной. Фрэнк оставил ее Бет в наследство, и мы оба сходим с ума - от непонимания, зачем это было нужно отцу, страдает Бет, а я... я не знаю, стала ли наша находка проклятием или благословением, но вторую такую чашу, Аве, отче, пронеси мимо меня.

В-третьих, я буду избегать рыцарских орденов. На первый взгляд они кажутся нормальными ребятами, но зачем же тогда они следят за мной, так пристально следят? Не только они - все за мной следят. И доверять я никому не могу - ни чинящим крышу в нашей церкви О"Рурку и тому русскому, что отказался со мной говорить, ни эксперту Питера, ни даже Сэнди и ее каталогизаторам. Они все хотят заполучить мой манускрипт, а я не могу даже подумать о том, чтобы расстаться с ним.

Я путаюсь в своем списке, перескакиваю с первого на второе, будто гоняющийся за своим хвостом щенок, вообразивший себя уроборосом. Среди мешковатых человечков в моем манускрипте нет щенят - возможно ли, что в идеальном мире их и не было?

Если я говорю о том, что станет со мной после разгадки манускрипта, то я слишком уверен в себе - его не смог разгадать ни хитрый Ди, ни его рыжебородый приспешник Келли, ни десятки тех, кто оставили свои заметки на полях каждой из его частей. Возможно, в-четвертых - я перестану быть таким самонадеянным? Наверное - если я не дойду до тайны, скрытой на пергамене, я сойду с ума. Или же сойду, когда разгадаю. Прекрасное завершение списка - сойти с ума. Достойно какого-то из тех невообразимых фильмов, субтитры к которым я делал раньше. Или буду делать дальше. Или в них отпадет надобность, настолько хорош тот язык, который я смогу разгадать. Дэв меня понимает - и, хоть я не опущусь до банальности про уста младенца, это убедило меня больше прочих доказательств, что я на верном пути.

И, наконец, когда все это кончится - я пойму, что мир стал бесконечным не только на том старом маяке. И что только в отсутствии смысла и есть смысл. Как в том кеннинге, за который Торн получил первый приз: парус и солнце души моей, но парус и солнце хороши и сами по себе, без цели.