Цитаты из книги Поющие в терновнике

Мы кончились пшиком.

Каждый поёт свою песенку и уверен, что мир не слышал ничего прекраснее... Мы сами создаём для себя тернии и даже не задумываемся, чего нам это будет стоить.

Видимая откровенность может оказаться куда лживее любой уклончивости.

Пташка з терновою шпичкою в грудях-вона підкоряється незмінному закону; гнана цим законом, вона поспішає, сама того не усвідомлюючи, наштрикнутися на колючку і зі співом померти. Тієї миті, коли шпичка входить у її тіло, пташина не усвідомлює неминучої загибелі. Вона співає і співає, доки і ній не залишиться ані краплини життя і їй буде несила взяти наступну ноту. Але ж ми, коли проштрикуємо собі груди терновими колючками, - ми знаємо. Ми усвідомлюємо. Та однаково робимо це. Однаково робимо.

- Маловато экзотики и эротики. Я для тебя выпишу из Индии шкуру тигра.

Они всей компанией отправились кутить.

- Ну,я - то известный нахал!

Впервые за всё время их знакомства лицо у него счастливое - должно быть, так выглядит большинство мужчин после того, что называется "неплохо провести ночь с женщиной", подумал священник.

Для женщины родиться скорпионом - это хуже нет. Дьяволовы дочки, вот они кто

Нет, я не считаю себя избранником судьбы, и это очень плохо, когда политик такое о себе возомнит. Может быть, в редчайших случаях оно и верно, хотя я сильно в этом сомневаюсь, но в основном большинстве такие люди навлекают и на себя, и на свою страну неисчислимые бедствия.

— Что с тобой? Нездоровится? — Мне все время нехорошо, от самого Гундивинди. — Боже милостивый! Что ж ты мне не сказала? — Что ж ты сам не заметил?

- Она права. Если я и вернусь в Дрохеду, этим Дэна не вернешь. Свет угас, и мне его не зажечь снова. Но я понимаю, что она хочет сказать. Мой свет еще горит в ней. Но возвращаться в Дрохеду не надо. -(Джастина).

— Знаешь, Ральфом я восхищалась. Он был такой… необыкновенный. Совсем как Дэн. -(Фиа). — Да, правда. А я не знала, что ты это понимаешь, мама… то есть какие они оба по природе своей. Чудно. Ты для меня загадка, мама, темный лес. Столько в тебе всякого, чего я не знаю. -(Мэгги).

- Я возвращаюсь домой совсем, мама. Ты была права, пришло время, когда я затосковала по Дрохеде. Порезвилась, попрыгала и увидела — пустое это и мне ни к чему. Что же, так весь век и мотаться по сцене? А кроме сцены тут для меня и вовсе ничего нет. Хочется чего-то верного, надежного, неизменного, все это воплощено в Дрохеде, и потому я возвращаюсь домой. Хватит с меня воздушных замков. -(Джастина).

— Ох, Лион, не знаю, что бы я без тебя делала! -(Джастина). — Я тебе друг. На то и друзья, чтоб без них нельзя было обойтись. -(Лион).

Мэгги теперь писала не часто, долгая разлука сказалась на них обеих, а уж если приходили письма, то какие-то безжизненные, натянутые. А это было совсем другое, в нем слышался голос надвигающейся старости, сквозь ничего не значащие фразы, будто вершина айсберга, проступили на поверхность два-три слова глубоко скрытой усталости. Джастине это очень не понравилось. Старость. Мама — и старость?!