Цитаты из книги Поющие в терновнике

Лише той, хто перечепився і впав, знає про зрадливість долі й небезпечність шляху.

Чоловік, який не лише примудрився призвичаїтися до роботи, але й полюбив її, був справжнім чоловіком.

Поступово пам'ять про нього зблякла, як неминуче блякне пам'ять навіть про тих, кого ми дуже любимо; наче в голові у людини неусвідомлено відбувається психологічне загоювання, яке лікує душевні рани навіть попри наше бажання ніколи не забувати.

Эта надгробная надпись тоже поблёкла, её уже почти не разобрать. Что ж, всё правильно. Кладбища и должны вновь погружаться в материнское лоно земли, волны времени понемногу унесут в пучину их людской груз, и под конец исчезнут все слелы, помнить и вздыхать будет один лишь ветер.

Не расстраивайся, деточка. С тобой господь бог обошёлся очень великодушно - не дал мозгов. Поверь, без них куда удобнее.

Будь прокляты эти любовные дела! Видно, тут какие-то свои правила, ни с чем другим не сообразные.

Несчастье всегда может случиться, а отчего и почему, мы не знаем.

© Джастина О'Нил

Совершенство - скука смертная.

© Мэри Карсон

Какая адская пытка — жизнь!

Любопытно, очень многие священнослужители прекрасны, как Адонис, и влекут к себе женщин неодолимо, как Дон-Жуан. Быть может, они потому и дают обет безбрачия, что боятся — не довело бы до беды такое обаяние?

Поистине милосерд господь, что создает людей слепцами.

Слишком много от этого изменится, и я потеряю друга. А друг мне нужен, необходим, без друга я не могу.

Хозяин, шишка важная, в креслице сидит, И всякую промашку он мигом углядит

Жить, о Господи, жить полной жизнью! Наслаждаться этой ночью, быть подлинно живым, быть свободным!

Приятно состязаться в остроумии с противником столь же тонкого ума, приятно превзойти его в проницательности — ведь на самом-то деле никогда нет уверенности, что она и вправду его превосходит.

Ну почему, чуть только мне покажется, что я начинаю устраивать свою жизнь по-своему, каждый раз что-нибудь да случается?

Знаете, что я вам скажу, отец Ральф? Только два дня назад я поняла, как я любила Пэдди, но это открытие, как всё в моей жизни, пришло слишком поздно. Слишком поздно и для него, и для меня. Знали бы вы, до чего это страшно, что мне уже не обнять его, не сказать, как я его любила! Не дай Бог никому испытать такое!