The Snows of Kilimanjaro

Жизнь свою он прожил, она давно кончилась, а он всё же жил…

Убиваешь, чтобы чувствовать, что ты еще жив, — должно быть так… Мне также надоело умирать, как надоело все остальное.

Разве это её вина, что он пришёл к ней уже конченым. Откуда женщине знать, что за словами, которые говорятся ей, ничего нет, что говоришь просто в силу привычки и ради собственного спокойствия. Когда он перестал придавать значение своим словам, его ложь имела больше успеха у женщин, чем правда.

Если вся жизнь прошла во лжи, надо и умереть с ней.

Хорошая улыбка, если не замечать, какие у него несчастные глаза.

Плохо не то, что он лгал, а то, что вместо правды была пустота.

Он слишком сильно любил, слишком много требовал и в конце концов оставался ни с чем.

Когда говоришь, легче.

У нее был безукоризненный овал лица, такой безукоризненный, что ее можно было заподозрить в глупости.

Когда делаешь всё слишком долго и слишком поздно, нечего ждать, что около тебя кто-то останется.