Indivisible

Права и привилегии по рождению с начала истории были свидетельством гордыни как первой человеческой ошибки. Люди боятся равенства. Больше всего на свете они хотят установить неравенство.

Если ты всё еще хочешь чего-то, значит, время для этого еще не пришло. А когда ты получишь желанное, у тебя не останется больше желаний, но останется время. Мелкие желания гарантируют, что разочарование не последует. Но безопаснее всего быть ходячей руиной.

Все встречи во сне указывают, что отношения странствуют сами по себе, без участия людей.

Я думаю, что было бы ошибкой избавляться от воспоминаний, которые заставляют страдать, лучше превратить их в произведения. Под произведениями я подразумеваю действия или предметы, обладающие красотой или функциональной ценностью.

Есть дети, похожие на бога счастья, которые танцуют и не позволяют к ним прикасаться, они убегают, стоит только их поймать, но есть и взрослые, которые уходят вскоре после того, как скажут то, чего от них всегда ждали, и это те люди, которых не забываешь, даже не знаю почему.

Бодрствование, как и сон, дает человеку своеобразную эмоциональную разрядку, поскольку можно плыть в небытие с широко открытыми глазами.

«Проблема, — сказала Мими, — никогда не заключалась в том, чего мы не могли иметь сами по себе, а в том, что мы не сделали друг для друга. Это невозможно принять. Мы провалились как общество».

Мими сказала: «Я поняла, что Бог относится ко мне серьезно, когда он не дал мне то, чего я заслуживаю.

После всех моих усилий. Это была веха, поворотный момент. Другие люди получают хорошее вознаграждение за меньший труд. Включая Льюиса, моего собственного сына. Должна была быть причина, и, к счастью, я поняла, в чем она заключалась. Меня воспринимали всерьез».

Обычно человек чувствует себя тем, кто хочет, или тем, кого хотят.