Нейлоновый век

Его Мартину-пропадавшую-в-лесах будто совсем подменили. Даже салонные разговоры у них не клеились. Мартина не ходила теперь ни в кино, ни в театр, к вечеру она так уставала, что предпочитала телевизор, вкусный обед, партию в бридж. У нее в квартире не сыщешь ни одной книги, нет даже газет. Только радио и телевизор. Мартина сама превратилась в предмет стандартного гарнитура, недалек, наверно, тот день, когда таких женщин, как она, начнут продавать в универмагах… Что же – расстаться?… Немыслимо! Почему Мартина стремится сделать столь плоским их существование? Даниеля раздражало даже не количество ее покупок, а их мизерность. Если бы она мечтала о бриллиантовом ожерелье или старинном замке, но нет, она страстно жаждала иметь этот гарнитур, столовую-гостиную, и эту слегка скабрезную картинку, на которой порыв ветра оголил женщину на глазах у ее судей.

Помню... Я была тогда совсем одна... Иногда встречала на Монпарнасе прелестную женщину. Она жила с человеком, которого обожала, он был красавец, но пьяница и наркоман. Однажды вечером этот человек пришёл ко мне, как всегда пьяный, и стал объясняться в любви. Он не хотел уходить... к счастью, кто-то неожиданно пришёл и выгнал его. Он начал ходить за мной следом. Мне стыдно было смотреть в глаза его жене, но она заговорила со мной первая: «Мелкая у вас душа, — сказала она, — вы не способны любить человека, если его при вас вырвет. Вы не в состоянии идти до конца... Вам надо, чтобы всё было чистенько и красиво. Я вас презираю». Молча слушая эти оскорбления, я понимала, как она страдает оттого, что человек, которого она боготворит, вызывает в ком-то отвращение...

Чем меньшей культурой обладают люди, чем меньше они способны мыслить, тем скорее теряют голову. Сколько сумасшедших встречается в деревнях, там и одержимые, и блаженные, и колдуны, и колдуньи. Они окружают себя огненным кольцом предрассудков, чтобы не подпустить к себе волчью стаю неведомого."

Она - дикарка, завороженная яркими безделушками, привезенными белыми. Она обожествляет современные удобства, как язычница, а ей дали в руки кредит - волшебную лампу Алладина, стоит потереть ее, и дьявол тут как тут, к твоим услугам. Да, но дьявол не столько услужил, сколько поработил ее. Хитроумный кредит - волшебные льготы, дарующие исполнение всех желаний; всемогущий кредит, обольщающий вас сказочным изобилием и ввергающий в рабство."

***Кредит - это какая-то прорва, он обходится слишком дорого. Когда покупаешь в кредит, кажется, что ты все можешь, что ты богат, а на самом деле...

Когда он прослушал несколько раз кряду, то потерял к этой теме какой бы то ни было интерес. Даниель прерывал рассказ Мартины поцелуями. Мир Мартины был так ничтожен, а она вовсе не стремилась расширить его границы. Например, она никогда не читала книг, Даниель в конце концов обнаружил это и захотел узнать причину.

• Какое мне дело до чужой судьбы, - ответила она спокойно, - у меня хлопот хватает и с моей собственной.

• Ничего, - отрезала Мартина, - я предпочитаю полотно, не запачканное красками, чистое...

• А как же, - спросил ее Даниель однажды в маленькой деревенской гостинице, в их комнате, которую солнце, проникая сквозь закрытые жалюзи, делало полосатой, похожей на зебру, - как же ты, любя одни только безукоризненные вещи, можешь мириться с мозолью у меня на ноге?
• А кто тебе сказал, что я мирюсь?..

  .....

  -Значит, сказал он, - если я облысею... или обзаведусь брюшком... или попаду в аварию, или если разразится война и я вернусь домой калекой...

• Ты... - Мартина еще немного отодвинулась от него. - Ты - начало и конец. Даже если ты вываляешься в нечистотах... я отмою тебя.