Гамлет, принц Датский

Ни с места, наважденье!
О, если только речь тебе дана,
Откройся мне!
Быть может, надо милость сотворить
Тебе за упокой и нам во благо,
Откройся мне!
Быть может, ты проник в судьбу страны
И отвратить ее еще не поздно,
Откройся!
Быть может, ты при жизни закопал
Сокровище, неправдой нажитое, –
Вас, духов, манят клады, говорят, –
Откройся! Стой! Откройся мне!

Сами по себе вещи не бывают хорошими или дурными, а только в нашей оценке.

Таковы все они, нынешние. Они подхватили общий тон и преобладающую внешность, род бродильного начала, и оно выносит их на поверхность среди невообразимого водоворота вкусов. А легонько подуть на них – пузырей как не бывало.

- Что это, пролог или надпись на колечке?
- Действительно, коротковато, милорд.
- Как женская любовь.

"До коих пор, потупивши глаза, Следы отца разыскивать во прахе? Так создан мир: что живо, то умрет И вслед за жизнью в вечность отойдет."

Бывает и с отдельным человеком,
Что, например, родимое пятно,
В котором он невинен, ибо, верно,
Родителей себе не выбирал,
Иль странный склад души, перед которым
Сдается разум, или недочет
В манерах, оскорбляющий привычки, -
Бывает, словом, что пустой изъян,
В роду ли, свой ли, губит человека
Во мненье всех, будь доблести его,
Как милость божья, чисты и несметны.
А все от этой глупой капли зла,
И сразу все добро идет насмарку.
Досадно, ведь.

Приманка лжи поймала карпа правды

Из жалости я должен быть суровым.
Несчастья начались, готовьтесь к новым.

Гамлет: Однако что нового?
Розенкранц: Ничего, принц, кроме того, что в мире развелась совесть.
Гамлет: Значит, скоро конец света. Впрочем, у вас ложные сведенья.

Лаэрт:
Будь осторожна; робость - лучший друг;
Враг есть и там, где никого вокруг.
(пер. М. Лозинского)

Всем жалуй ухо, голос - лишь немногим,
Сбирай все мненья, но свое храни.

Пусть сатана возьмет мои все клятвы!
Смиренье, совесть - в глубочайший тартар!
Я вечному проклятию смеюсь,
Так далеко зашел я; оба мира
Зову на бой, и будь со мной что будет!

Не поступай со мной, как тот лжепастырь,
Который кажет нам тернистый путь
На Небеса, а сам, вразрез советам,
Повесничает на стезях греха
И не краснеет.

"Переводы, как женщины: если верны, то некрасивы, а если красивы, то неверны".

Бог дал вам одно лицо, а вы себе делаете другое

Так трусами нас делает раздумье...

Быть честным – по нашим временам значит быть единственным из десяти тысяч.