Если вам дорога жизнь... Наезд

Может, это и есть уверенность в завтрашнем дне? Гигантские машины, заплывшие жиром тела, багровые лица и шляпы с цветами?

— Я же тебе сказал… ты извини, но… я, как из дому уехал, спал всего четыре часа. Я… черт возьми! Я делом занят, понимаешь?
— Если бы я хоть секунду сомневалась, что ты был, есть и будешь занят делом, я бы с тобой немедля развелась, – довела до его сведения Кэрол.

– Вроде бы правильно, но, может, еще надо добавить, что это была моя машина, и у нее разряжен аккумулятор, и она стоит себе без дела уже целый месяц?
Лицо Лепски покрылось испариной. Еще чуть-чуть и он упустил бы что-то по-настоящему важное, а все потому, что совсем отупел от потока бессмысленной информации.
– Повторите, пожалуйста.

Ладно, паси своих божьих одуванчиков, а я пошел.

– О твоей жене разве забудешь? – отозвался Тэннер с легкой язвительностью. – Мне и звонить ей не пришлось. Она сама меня затерроризировала. Звони ей скорее, Том. А то к нам из-за нее никто пробиться не может.
– Угу. – Лепски провел пальцами по волосам. – Но ты по голосу как понял: она вся кипит?
Тэннер обдумал вопрос, посасывая кончик своей шариковой ручки.
– Не знаю, что ты имеешь в виду под словом «кипит», – сказал он наконец. – А я по голосу представил тигрицу, которой в задницу влетел шмель.

Над кроватью висела гравюра - женщина с крыльями и куском тюля над толстым задом. Стиснутыми кулаками она колотила в обитую железом дверь. Возможно, она изображала любовь, которую не хотели пускать в дом. Если любовь похожа на эту женщину, вполне понятно, почему двери обиты кованым железом.

Быть может, когда-нибудь в будущем настанет день и человек перестанет покидать свой дом, будет проводить в нем всю свою жизнь, не отваживаясь выглянуть за дверь, избавившись от необходимости или потребности пускаться в странствия.

<...> настоящие старые вещи по-прежнему лучше новых подделок.

... Он давно подозревал, что с головой у него неладно...