Итак, капитан Страж из промежуточного измерения приходит в Сумерках, т.е. во сне к Спящим женщинам в образе Брэда Пита, сношается с ними, а потом на мечах бьется с Кошмарами, чтобы спасать людей от безумия, рождаемого изнеможением от дурных сновидений. Неправильных по какому-то известному Стражам признаку Спящих убивают. Стражей целое сообщества, они не стареют и не умирают, если только Кошмары не высасывают из них жизнь. Рискуя лишиться «путеводной нити», они, чтобы «войти в предание», ищут Ключ из легенды, который нужно уничтожить, потому что он может видеть настоящую внешность Стражей и обладает «способностью как угодно кромсать межпространственные разломы, обеспечивая частичное взаимопроникновение изолированных измерений».
Капитан Страж входит в число Избранных Воителей, которых ублажать женщин и махать мечом учат в Академии Избранных Мастера (которые могут пройти Вступление и стать Старейшими, т.е. слиться в коллективное сознание), а другие Стражи - делятся на Пестующих, Целителей и Игрунов. Возвращаясь с заданий на равнину в пространственно-временном континууме (куда Стражи заселились с другом планеты через сотворенный Старейшими в сжатом пространстве разлом, убегая из своего старого мира, в котором распространились Кошмары, найдя свой Ключ), Стражи сношаются уже друг с другом.
Ничего не поняли? А все потому, что автор попыталась хоть как-то разбавить многочисленные постельные сцены и накидала в текст рандомных слов. Вся суть истории в том, что хранители снов отвлекают людей от кошмаров сексом или другими развлечениями. Один из хранителей влюбился в свою подопечную и решил пойти против своих. Каждая книга про отдельную пару, а третью часть, которая должна была зафиналить какой-никакой сквозной сюжет, автор, похоже, так и не написала.
И раз уж особого смысла и толкового сюжета в книге нет, то предлагаю, по традиции, просто поугорать с упоротых моментов:
— А голосок у тебя сладкий.
До сих пор никто не называл его голос сладким. От этого комплимента его член дернулся. Черт возьми, а ведь хренова штуковина, пожалуй, едва ли доходила до такого без физического воздействия. Ну а уж без визуальной стимуляции ничего подобного точно не бывало.
— Мне твой голос тоже нравится. Судя по нему, ты очень хороша.
(Им бы впору писать книгу «Как определить уровень постельных навыков по голосу собеседника»)
Ты такой твердый, даже прижиматься жестко
(Ну так не прижимайся, в чем проблема?)
ее щель жадно всосала движущиеся туда-сюда пальцы Эйдана.
(Дамочка, вы бы выключили свой пылесос, пожалейте мужика)
— Не знаю, удастся ли мне принять тебя в такой позе. Ты очень большой.
— Давай становись. А логистику предоставь мне. Твое дело кончать.
(А мужик то оказывается логист в сфере вагин)
Темно-золотистые волоски между ее ног были гладко выбриты
(Если гладко выбрито, то откуда там тогда волоски, которые в дальнейшей еще и колосились кудрями?)
— Дай мне поиметь эту щелку.
— Дай мне поиметь этот жезл! — закрыв глаза, отозвалась она.
(Не заметили, что уже имеют друг друга?)
У тебя самая тесная, сочная, голодная щелка, в какую мне только доводилось совать.
(А стаж «сования» у него, на минуточку, несколько сотен лет)
ее влагалище растянулось, облегая член, словно тугая перчатка.
(Варежка…)
— Какого цвета у меня волосы?
— Черные.
— Все?
Лисса пропустила пальцы сквозь волоски на его груди, а потом подцепила в ладошку яйца.
— Ага. Везде.
(Из особенностей физиологии Стражей - на лице у них растительности нет. Могли бы и там тоже убрать, чо уж)
— Какой твой любимый цвет? — спросила она, прижимаясь губами к его уху.
— Цвет твоих глаз, — ответил он не раздумывая.
Лисса растерянно заморгала:
— Да ну, они коричневые, как какашки.
— Они прекрасны, — прошептал он, поглаживая ее по спине. — Стоит заглянуть в них — и я забываю обо всем.
(Ну тут даже комментировать ничего не нужно)
при каждом опускании ее половые губы целовали корень его члена.
(Лишь бы не вырвала причиндал с корнем)
она лишь беспомощно сжалась вокруг его мощного члена, работавшего как насос.
(Так и знала, что оторвет бедолаге член. Вон пришлось даже шлангом заменить)
— Трах! — прокричал он, вдавливаясь в нее.
— Надо же, моя мысль!
(А это у них такое счастливо-финальное соитие)
На самом деле эта книга оказалась даже не столь неадекватной, как предыдущая писанина автора. Тут по крайней мере персонажи более или менее логично себя ведут, хоть и хрустят картоном. Местами было даже смешно, пусть и абсолютно бессмысленно.
26 понравилось
