Черные птицы

Небольшая повесть, которая мне не понравилась абсолютно. Бег по тайге, друг за другом, друг от друга, то вместе, то каждый сам по себе. Типичное произведение советских времен, когда есть положительный и отрицательный герой, когда мораль против безнравственности. Только вот мне не хватило этого. Один не стал положительным, как это предполагалось по задумке автора. Другой не стал отрицательным. Для меня они оба - и Горяев, и Рогачев, абсолютно никакие. В их поступках и действиях нет никаких мотивов, автор будто предлагает самим решить исход и финал. Но только вот чем Рогачев лучше Гореява? Мне не понятно. Один мечтал о миллионах, другой в тайгу отправился, собственно, с той же мыслью. Только один успел найти, а другой пришел на место падения самолета с опозданием. Зачем он погнался вслед за Горяевым? Догнать, наказать, передать властям? Почему же тогда не сделал этого? Смалодушничал или что?
И что дальше с Горяевым? Мне, например, сложно представить, как в советский период жалкий бухгалтер становится подпольным миллионером.
В общем, как по мне, повесть ни о чем, пустая и скучная.

Не стоило читать эту книгу после Шишкова.
Книга хорошая, очень интересные нравственные проблемы поднимаются, причем ненавязчиво, как бы само по себе это происходит.
Два человека в тайге. И порознь, и вместе. Их мысли, их жизни, их поступки.
Но не могла не сравнивать с Шишковым. С одной стороны по сюжету, по написанию вроде бы Проскурин мне ближе. Но.. Шишков просто огромное впечатление произвел, в результате Проскурин на его фоне теряется. Тем более что у Проскурина тайга - это просто декорация для всего происходящего, а у Шишкова это живой образ, даже Я бы сказала главный действующий герой.

Я бы сказала, что этот небольшой рассказ написан исключительно в советском стиле. Взять того же Джека Лондона, и у него он бы уже звучал похоже, но иначе. Понятное дело, что на наших героев тут многое давлеет.
В тайге потерпел крушение самолет. Летчики уже погибли, речь не идет об их жизни. Но вот в самолете огромная, по меркам рядового человека, сумма в один миллион рублей. Два человека, работающие в этих бескрайних сибирских просторах и оказавшиеся волею судьбы в тайге в это время, примеряют на себя возможность завладеть этими ценными мешками.
Я пыталась заглянуть вперед. Допустим, кому-то бы это удалось. И чтобы стал человек делать в СССР с 1 миллионом рублей? Без соответствующей должности, положения, он бы даже не смог пустить их в дело. Ну, хорошо. Как вернувшийся с Севера, он бы мог покутить на юге, в ресторанах месяц-другой. Но задержись он там хотя бы на полгода (опять-таки, начнется несезон), и он уже бы привлек внимание милиции. Заняться частным предпринимательством он никак не мог. Купить домик в деревне - и то наблюдательные соседи могли бы попросить участкового проверить происхождение финансов. Я уж молчу про то, что номера купюр, наверное, было можно вычислить хотя бы приблизительно, и тогда его бы задержали при первой крупной покупке. Даже если и не сразу, легко локализуется район, где начали появляться купюры с определенным номером и вычисляется, кто из северян в то время находился в этой области. Может быть, конечно, я слишком упрощаю дело, а, может, просто хорошо помню историю “Золотого теленка”. Так или иначе, но подобное не рассматривается в книге. Конечно, на первое место там выходит моральная дилемма. Интересны при этом характеры наших героев. Я ожидала, что один из них окажется ярым пламенным комсомольцем, но нет (и это плюс рассказа), он оказался простым рабочим. Нет у него никаких высоких мыслей типа, надо вернуть находку государству! Он вполне прагматичен, бумажек этих государство, если надо, еще напечатает. Но и не может себе представить взять эту сумму себе, как бы она вписалась в его быт. Сознает, что она перекорежила бы ему жизнь, но не принесла бы счастья. И все-таки, хотя перед нами и не партийный лидер, автор все равно выводит на место положительного героя - рабочего человека. Отрицательную же роль играет мелкий служащий, клерк, бухгалтер с комплексом Наполеона. Мы погрузимся немного в его прошлое (когда только успеем в этом небольшом рассказе), познакомимся с его психологическими проблемами. Борясь с ними, пытаясь себе что-то доказать, обеспечить себе безбедную жизнь, он считает эту находку своим редкостным шансом, из тех, что выпадают один на миллион. И, когда сталкивается с конкурентом, начинает вести себя как любой герой американских романов. Как водится, по закону жанра, замысел ему не удается. Затем ему самому уже приходится выбираться из передряги. И тут … да, да. Начинаются душевные метания. Конечно, переродиться и перековаться он так сразу не может. Но метания продолжаются и продолжаются. И вот на таком моменте, как любят у нас писать, с открытым концом, и завершится этот рассказ.
Увы, этот общий сюжет мне не понравился. Либо он не был полностью раскрыт, либо просто вполне обычен для советской риторики. Единственный удачный момент - автор, видимо, все же хорошо знаком с Севером, те моменты, которые касались описания ситуаций, когда человек вступает в единоборство с природой, очень хороши. Думаю, если бы произведение было более длинным, с подробно описанными моментами выживания в дикой природе, оно было бы куда полнее и интереснее в наши дни.

Как всё-таки приятно читать настоящую литературу про жизнь! Как уместно этой книге поставили тег "человечность"! В какие нестандартные ситуации порой забрасывает судьба, ждёт и смотрит, останешься ли ты Человеком... или будешь гнуть свою линию до Конца...
При всей моей нелюбви к северу, тайге, океану и прочим природным массивам, таящим в себе смертельную опасность, эту книгу я прочитала с большим удовольствием.
Очень интересная и поучительная история. Мораль её незатейлива, но за этой простотой кроется невероятная живость повествования, правдивость мыслей автора и красивый литературный язык. Жажда наживы, страх смерти, чувство собственной никчёмности, желание мести, - автор умело препарирует чувствами человека, вписывая сюда ещё голод, холод и усталость.
Петр Проскурин - автор знаменитого романа "Судьба", к своему стыду я не смотрела даже фильма, снятому по нему ("Любовь земная"). Теперь я знаю, что с удовольствием продолжу знакомство с его творчеством, но, как всегда, не знаю, когда.

«В старых ракитах» совсем небольшая повесть, но произвела на меня очень сильное впечатление. Она написана в 1980 году. Тогда (да и сейчас тоже, как мне кажется) была актуальна тема брошенных деревень. Молодежь уезжала в города в поисках лучшей жизни, в деревнях оставались старенькие родители, а чаще всего только матери, потому что отцы погибли на фронте. Вот про одну такую женщину, которая сполна хлебнула горя в военное лихолетье, вынесла на себе все тяготы восстановление страны, скромную, незаметную, на которых и держится мир, эта повесть. А еще, и о нас, которые иногда становятся Иванами, не помнящими родства, забывают свои корни.

Повесть тронула меня до глубины души. Очень сильная. Заставляет думать.

История заставила меня сначала задрожать, а потом всплакнуть.

Сначала было холодно и тоскливо, а в конце стало человечно и тепло. Тайга - это как символ зловещей тайны, холодной и неприступной. Но здесь она другая... вернее, становится другой, когда встречаются двое один на один... и побеждает провидение.

Это одна из самых сильных книг, которые я прочитала. Но мне будет трудно с ней расстаться, потому что, как бы ни было холодно от нее, в самой своей глубине она человечная и теплая. И оставляет мысли...

Тихий бухгалтер Горяев решил покончить с тихой жизнью, присвоив себе деньги с разбившегося в тайге самолёта. Самолёт долго искали - не нашли. Не возьми их Горяев, все равно пропадут ведь под снегом или в зубах лесных хищников. А так Горяев поживет всласть, как свободный человек, а не вынужденный работать за зарплату. Не понимал Горяев, что от себя не убежишь, что бумажки не помогут в экстремальной ситуации, например, в пургу в тайге.
Свели эти бумажки Горяева с ума, совсем обезумел и перестал понимать, что есть что.
Рогачев, не успевший первым найти самолёт, парень простой, но с принципами. Будь на месте Горяева кто другой, не подленький, стреляющий из-за угла, Рогачев бы не побрезговал взять половину найденного.
Рогачев из тех людей, на которых держится народ - крепкий, честный, настоящий. Пурга для него не испытание, а почти рядовая ситуация. Испытанием оказалась встреча с Горяевым - таких людей он ещё не встречал, и потребовалось время, чтобы разобраться в этом типе.

Хорошая, очень советская по идее повесть.

наверное, в этом случае лучше подошел бы заголовок «после сборки доработать напильником», потому что в процессе чтения книги, все мысли вертелись вокруг одного: чего-то не хватает.
и этого «чего-то» было очень много.

в «родной речи» петр вайль и александр генис, сокрушаются по поводу того, что лермонтов не стал – единственным автором авантюрно-приключенческого жанра в россии, а-ля вальтер скотт или фенимор купер. в «герое нашего времени» достаточно и авантюры, и приключений, но вот печорин слишком ушш склонен к рефлексии, погружаясь и погружаясь в пучину самоанализа. в итоге приключенческого романа в чистом виде – никак не выходит.

эта ситуация зеркально отражается в повести проскурина «тайга» – место выбрано нехоженное (и в литературном смысле тоже), есть сокровища, есть погоня, есть предательский выстрел из-за угла и тэ дэ, но.... любой таежный охотник знает, что не стоит гнаться за двумя зайцами, а тут этих «зайцев» поболе будет. авантюрно-приключенческий сюжет, перемежается с протяжными сентиментальными воспоминаниями героев о личной жизни, но растекаясь мыслью в прошлое, мы теряем мотивацию настоящего.

поступки героев незамотивированны настолько, насколько только может стерпеть бумага. и там где гамлет или раскольников измучили бы читателя своими метаниями туда-сюда-обратно, тут просто один человек поднимает ружье, и – стреляет в спину другого человека.

богатый на фантазию читатель должен сам додумать, что горяев, хоть он и бухгалтер, но видимо все же опытный охотник, раз так спокойно разгуливает по тайге, а стреляет он из-за охватившей его страсти, пламенного желания обладать в одиночку большой кучей денег. дальше читателю нужно фантазировать, на что горяев мечтал их потратить – ведь и ежу понятно, что набив тайник миллионами рублей, человек будет думать совсем не про белочек в тайге:) и многое есчо чего нужно додумать самостоятельно.

ну да, доработать напильником подключить свою фантазию:)) разобравшись с плохим героем, начать раздумывать – а с чего бы это другой герой весь из себя такой правильный, что и один, и два раза спасает того-кто-хотел-его-убить? и от денег отказывается, оставляя и оставляя своего оппонента – сначала наедине с совестью (глубину раскаяния горяева, читателю нужно додумать самостоятельно). а потом и – наедине с ответственностью перед законом:)))

последний момент очень важный, но он тоже опускается автором и его нужно додумать – обратится в милицию хороший герой рогачев, или – не обратиться? сообщит, что знает, кто присвоил себе сокровища авиакатастрофы, или промолчит? автор ничего, ничего, ничего не говорит и об этом, книга заканчивается, а герои снова идут почти что рядом, и впереди еще три дня пути по безлюдной тайге. и кто знает, что придет в голову тому, кто уже один раз поднял свое ружье?

ps. а я знаю, кто знает. тот, кто дочитал до финала:) теперь читателю предстоит подумать и над этим:)) в плане развития фантазии и творческих способностей, книге уверенно можно присудить гран-при:)))

Дальше...

================
замеченные аллюзии:

1 «закон – тайга, прокурор – медведь» – известное выражение блатной лексики, пополнившее вполне «цивильные» словари.

2 «мыслею по древу растекаться» – это у нас «слово о полку игореве», не совсем правильно переведенное:))

3 «бумага все стерпит» – как сказал цицерон (epistola nоn erubescit).

4 «к сокровищам авиакатастрофы» – помнится,был такой фильм. впрочем, мне помнилось, что и по «тайге» был фильм, но вот что-то навскидку его не нашел. странно, как же тогда я мог его смотреть? :)))

Прочёл проскуринских «Черных птиц» (1983). Проскурина «ошельмовали» в эпоху «гласности». Но, в сущности, он был неплохим писателем. По крайней мере, писателем, а не коммерческим имитатором типа быковых-акуниных. Проскуринские романы пользовались вполне заслуженной популярностью у советского читателя.
Конечно, секретарь, лауреат, орденоносец и т.п. должен был соблюдать правила игры, то есть поддерживать своими эпопеями (как и Анатолий Иванов – они во многом похожи) господствующую мифологию, сложившуюся по поводу советской истории. Это была часть социального пакта, сложившегося в эпоху «развитого социализма». Времяч его подходило к концу в тревожно-переломном 1983 году.
С приходом «перестройки» этот социальный контракт был аннулирован, а его выразители подверглись шельмованию. То, что достигший вершин при Брежневе Петр Лукич Проскурин не перестроился – это, скорее, плюс. Но трудно забыть с какой дикой яростью его шельмовали. Те, кто оказался чуть отодвинут, кого лишь немного поставили на место в позднесовесткие годы. Под дымовой завесой «гласности» они брали реванш по полной программе. И эту визгливую травлю нельзя объяснить только возмущением «секретарской прозой», критикой «социалистического реализма» ли воспеванием роли коммунистической партии в организации подвига советского народа – чему «катастройщики» тоже изрядно в свое время поспособствовали. Нет, это было настоящим культурным геноцидом.
До сих пор не успокоятся. Например, некий Ш-н. пеняет Проскурину (уже мертвому!) за то, что в «Чёрных птицах» мимолетно всплывает тема славянского язычества и есть упоминание родной мифологии.
Сейчас воспринимать проскуринскую прозу, так сказать, беспристрастно, очень трудно. Никак не отключиться от воспоминаний о миллионно-тиражных «роман-газетах» и всесоюзно смотримых экранизациях. Полуправда в них ныне слишком очевидна. Но, по большому счету, писатель Проскурин ведь говорил правду, воспевал любовь – и любовь земную, и любовь к Родине. Да, в политическом антураже приходилось идти на восхваление партийных секретарей. Но – это ли главное?
«Черные птицы» – одна из лучших проскуринских вещей. Короткая, на один вечер, повесть – не многотомная эпопея. Дикую вьюгу за окном ощущаешь почти физически. Как будто переносишься во времена позднего застоя. Эмоционально описано очень точно. Всё будто бы неплохо, но тоска гложет. Относительное благополучие вот-вот обернется гигантской катастрофой. По тревожности повесть напоминает других «Черных птиц» – композицию группы, вспыхнувшей страну через несколько лет – «Наутилус Помпилиус». (Ссылки, выданные поисковой системой, разумеется, перемешаны).
***
О чем, по сути, идет рассказ. О том, что на Войне были выбиты лучшие, и множество талантов так не успело расцвести. О предательстве многих выживших; о том, что в погоне за деньгами и званиями они забыли про вопрос цены. (Как например, тот музыкальный функционер, ухаживания которого отвергает героиня, он чем-то напомнил Р.Щедрина в описании Георгия Свиридова). Знатный деятель советской культуры знал, о чём писал, и писал правду, стремясь предупредить.
Это и повесть о муках русской Женщины, оставшееся без Мужчины. Какая мера вместит бабьи слезы? Повесть о верности и о предательстве, о музыке, о жизни, о Любви. Можно говорить о литературных недостатках, о правильно или неправильно расставленных нравственных «ударениях», но нужно ли это сейчас?
Сейчас, когда на смену тем, кто «рулил» страной, экономикой, культурой и 30-50 лет назад – фронтовому поколению – при всех его недостатках и пороках, пришли те, кто в сто раз их хуже. Чернее.

Возьмите тогда глаза мои,
Возьмите тогда глаза мои,
Возьмите тогда глаза мои,
Чтоб они вас впредь не видали.

Нам уже не нужны глаза твои,
Нам уже не нужны глаза твои,
Побывали уже в глазах твоих
И все, что нам нужно, взяли.