
Ветер странствий
Clickosoftsky
- 978 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Иногда документальная проза намного лучше прозы «выдуманной». И эта книга как раз из таких.
«Император» крайне интересен подробностями жизни приближенных диктатора.
Например: кто чаще к диктатору ходит, тот и становится министром.
Еще у диктатора множество нужных слуг, — например, начальник подножных подушек. Но не стоит смеяться. Скорее всего эта должность примерно то же самое, что и средневековый «постельничий». Это доверенное приближенное лицо, а уж подушки он хранит или постель императору заправляет —дело десятое.
Иногда забываешь, что читаешь документальное произведение. Точно такое же чувство я испытывал, когда читал «Походы и кони» Мамонтова, книги Джима Корбетта или «Самодержец пустыни» Леонида Юзефовича.
Вот еще что заметил. Судя по всему, Ивлин Во списал своего молодого реформатора Сета с этого самого императора Хайле Селассие, а выдуманную африканскую страну Азанию с Эфиопии. Получается, что молодой неутомимый и чудной реформатор (о чем также упоминает Капусцинский) из романа «Черная напасть» в старости превращается в недосягаемого диктатора. Словом, история архетипическая. И финал у нее такой, будто книжку Плутарх написал.

в своем советском детстве я часто слышала «Дети в Африке голодают». И никогда не задумывалась, а почему они голодают?
Капущинский рассказывает историю правления эфиопского царька.
Жил-был в Эфиопии царь. Маленький, щупленький, молчаливый, скрытный. Любил животных, диких и свирепых, конечно, не каких-то домашних собачек. К власти он пришел в 1916м, в результате переворота, но очень постарался, чтобы все как можно скорее забыли об этом, и поверили в его божественное происхождение от самого царя Соломона и царицы Савской. В тридцатые года, когда Эфиопия сражалась за свободу с итальянскими оккупантами, царь срочно выехал за рубеж за помощью, где и провел пять лет. После того, как итальянцев прогнали, царь триумфально вернулся и постепенно отодвинул в сторону всех партизан, сражавшихся за свободу.
Далее — тишина в течение двадцати лет. Народ как всегда, живет в нищете, и дети голодают. Но во дворце царь — полубог ничего не знает об этом. Он сосредоточен на сохранении власти. Он очень занят. До обеда выслушивает доносы, из разных источников. После обеда награждает должностями и ссылает провинившихся, и раздает из мешка денежку в конвертике, для разных нужд: для школ или для больниц или еще чего, для тех, кто умеет попросить. Дает, правда, крайне скупо. Царя окружают крайне бездарные министры: глупые, развратные и жадные. Воруют все. Но, царь ведь этого не знает, он ведь бог, он всегда хороший и на фоне своих министров выглядит таким умным, добрым и щедрым. А министры полностью от него зависят, он их посадил на стул, он и в тюрьму послать может.
И все бы хорошо, дети голодают, но народ обожает своего царя: он в праздник разбрасывает деньги из мешочка на центральной площади, он всегда приветлив с простым человеком, из его дворца раздают объедки бедным, он любит устраивать праздники для народа. Но вот он задумал отправлять заграницу детей из знати, из любви к прогрессу. Сам-то он часто бывает заграницей и хотел бы видеть знать просвещенной. Только вот эта молодежь совсем неблагодарная, когда возвращаются домой хватаются за голову и начинают вопить. Им видите ли стыдно за свою родину, стыдно как они живут. Один из неблагодарных дошел до того, что стал проводить реформы в своей провинции, а когда его сместили, возглавил заговор против царя! Это было в 1961м. Заговор быстро погасили, многих заговорщиков растерзали простые люди из народа. Ведь народ так любит своего царя.
Но потом был еще 1968й, когда начались демонстрации студентов. Пришлось закрыть единственный в стране университет.
И все было тихо, народ в нищете, дети голодают. Но вдруг, совершенно неожиданно, в 1974м заговор в армии. Это в армии, которую так любил царь, тратил на нее 70% бюджета, самая большая армия на континенте. И вдруг, солдатские бунты в провинции. А потом совсем непонятное и ужасное. В столице возник союз армейцев и полицейских. Никто не знает, откуда возник этот союз, кто возглавляет заговор. Но, начались повальные аресты и обыски у министров и фаворитов. Их были сотни, потом тысячи. И самое ужасное, заговорщики точно знали, кого брать, кто пользуется самым большим влиянием на царя и арест шел от имени царя. На тот момент царю было 82 года. Он не стал реагировать, никак. Потом заговорщики так обнаглели, что сменили охрану дворца и стали приходить во дворец и здесь арестовывать придворных. В конце-концов царь остался абсолютно один, с одним слугой.
И к нему пришли люди из союза, поговорить. Попросили вернуть деньги народу. Какие деньги? Царь беден, он всего себя жертвовал народу, это ведь все знают. Заговорщики подали бумаги, у вас мол счета в Швейцарии и Англии, примерно на 4 млрд долларов. Нет!
Тогда они прямо перед царем свернули ковер в комнате и вскрыли пол и достали сто тысяч долларов. Когда они ушли, царь с камердинером сам перепрятал деньги из стола в книги, в библии. На следующий день заговорщики пришли снова и опять требовали денег. Нет! Царь показал пустые полки стола: у меня ничего нет! Заговорщики подошли к книжным полкам и стали выбирать библии. В конечном итоге царя арестовали, скоро он умер от разрыва сердца. Все же ему было 82 года.
Деньги, говорят, так и не вернул. Может они достанутся сыну, который жил в Швейцарии, или внуку, который в США, или другому внуку, который в Англии?
А что же дети ? Теперь я знаю, почему дети в Африке голодают: виноваты их родители. Их устраивает, что есть царь, который грабит, ничего не дает, только отбирает. Родители обожают этого царька, несмотря на то, что дети умирают от голода.
P.S. Заглянула я в Викепедию, чтобы узнать, чем там дело кончилось. После свержения царька в Эфиопии установилась власть левых, при поддержке СССР. Одного диктатора сменил другой. Для народа почти ничего не изменилось. Дети продолжали голодать.

Польский журналист приехал в Эфиопию по горячим следам революции, чтобы рассказать о происшедшем. Хайле Селассие оказался последним императором Эфиопии Соломоновой династии, который реально правил страной (его сын отказался признавать свержение отца и наблюдал за Родиной из-за рубежа).
Не мудрствуя лукаво, журналист взял интервью у нескольких придворных, которых смог найти живыми и невредимыми во взбаламученной стране.
Репортаж получился небольшим, но живым и интересным. Сюжет можно образно назвать "Один день из жизни эфиопского императора": расписание дня, структура двора, взаимоотношения между разными фракциями внутри двора, тасование должностей.
Повествование крутится именно вокруг дворца, остальная страна, умирающая от голода в провинциях, вечно торопящаяся в столице, проходит в книге фоном. Вероятно, рассказчики не особенно интересовались тем, как живет "чернь" (слово народ, по-моему, ни разу не употреблялось в книге), для которой император развивал страну. Все опрошенные называли Хайле Селассие не иначе как "достопочтимый император", и в целом их рассказы на удивление схожи: чернь не понимает мотивов императора, который все делает для их блага, отстаньте от дворца - и мудрый царь решит проблемы или, по крайней мере, не создаст новые.
Не знаю, работа ли это переводчика или рассказы переданы точно, но выражаются придворные очень вычурным языком, который редко используется в устной речи:
Эфиопия в период правления Хайле Селассие была довольно стабильным государством: бедным (нет производства), голодающим, часто живущим на дотации Европы, но, как я поняла, до революции 1970-х гг в государстве было мирно и спокойно. Абсолютно все держалось на правителе, который обладал феноменальной памятью, ставшей основной картотекой страны, и баснословными счетами в зарубежных банках, которые он так и не отдал в руки тех, кто вывез его из дворца на простом Фольксвагене. Не будь реформ, за которым последовал захват власти военной хунтой, страна бы все равно долго не продержалась как империя после смерти Селассие, которому, понятно, в силу возраста, недолго оставалось нести свои бренные останки по земле. Думается, что крови было бы и тогда не меньше, чем ее случилось в реальности.
Хорошая книга для первичного ознакомления с темой, а большего и не требуется, если отсутствует глубокий специальный интерес.










Другие издания


