Цитаты из книги Избранное

... опять ей зевнется, она иирада: прикорнет часок-другой, а проснётся — опять та же скука русская, скука купеческого дома, от которой весело, говорят, даже удавиться.

Мужчина что сокол: он схватил, встрепенулся, отряхнулся, да и опять лети, куда око глянет; а нашей сестре вся и дорога, что от печи до порога. Наша сестра вашему брату все равно что дураку волынка: поиграл да и кинул.

– Моя вина – твоя воля.

Пустяки, – говорит, – ведь ты русский человек? Русский человек со всем справится.

Изучением истории тогда хотя мало занимались, но, однако, в нее верили, и особенно охотно сами стремились участвовать в ее сочинении.

потому что тогда еще не совсем вывелся «гуманизм» и другие ему подобные заблуждения

— Но ведь я мог с вами обойтись совсем не так, как обхожусь. Рыжов посмотрел на него «с сожалением» и отвечал: — А какое же зло можно сделать тому, кто на десять рублей в месяц умеет с семьей жить?

Впрочем, чтобы быть еще обеспеченнее насчет странного исправления Рыжова «по касающему», отец протопоп преподал городничему мудрый, но жестокий совет, — чтобы женить Александра Афанасьевича. — Женатый человек, — развивал протопоп, — хотя и «до Христа дочитается», но ему свою честность соблюсти трудно: жена его начнет нажигать и не тем, так другим манером так доймет, что он ей уступит и всю Библию из головы выпустит, а станет к дарам приимчив и начальству предан.

– А как же, – говорит, – он какими средствами живет?

– Живет на жалованье.

– Вы вздор мне рассказываете: такого человека во всей России нет.

Как всякий желает иметь то, чего не заслуживает, так и Дмитрий Ерофеич любил, чтобы ему верили.

«Прокляни день твоего рождения и умри».

У меня, может, все сердце мое в запеченной крови затонуло!

Ты с нею совсем просто, без всяких этих намерений заповедь свою преступил, а она уж и на шею тебе вешается. Вот и любовь!

Иной раз в наших местах задаются такие характеры, что, как бы много лет ни прошло со встречи с ними, о некоторых из них никогда не вспомнишь без душевного трепета.

Катерина Львовна теперь готова была за Сергея в огонь, в воду, в темницу и на крест. Он влюбил ее в себя до того, что меры ее преданности ему не было никакой.

"В России невозможности нет."

Муж и жена — одна сатана.