Славные ребята

Наши родители, подобно иммигрантам, живут в сегодняшнем времени, как в чужой стране.

Просто смехота. Весь мир продолжал суетиться, а их личный мир застыл, затих. Их точило горе, тусклое, бесшумное, ничего не шепчущее, горе медленно зреющее, скрытое. Они очутились в той среде, где заботы неустранимы. Словно земля затряслась под их ногами, и тут кончилась их юность.

— Но скажи, Дельфина, если бы твои сыновья?..
— Они «наши» сыновья, у тебя прямо мания какая-то называть их моими. — Подумав, она добавила: — Впрочем, это не случайно. Ты даже слова такие подбираешь, чтобы сразу чувствовалось, что ты отбрасываешь от себя… ну хотя бы ответственность.
— Ладно. Допустим, наши сыновья. Нечего из-за таких пустяков устраивать истории…
— Зря добавил «наши», в твоих устах прозвучало как уступка.

Только вот в чём загвоздка, для того, чтобы существовать, мне необходимо, чтобы кто-то на меня глядел, хотя бы даже недоброжелательно.

— Пить в одиночку — значит хотеть пить, значит признать своё поражение... В компании можно сослаться на то, что тебя, мол, уговорили... Разница существенная.

Чтобы застращать незнакомца, требуется особый талант, а также известная доля донжуанства.

Город — это как бы незнакомый человек, и открывается он лишь опытному или обходительному гостю, умеющему прибегнуть к мелким хитростям.

Ложь еще как-то помогала найти форму совместного существования, но истина, выраженная в слове, сделала его невозможным.

Они принадлежали двум различным мирам, отныне непримиримым. Он попытался взять нежностью, думаю, даже говорил всякие пошлости… вроде: «Бедная моя крошка».

— Следы божества повсюду, надо только внимательнее присмотреться, как можно сильнее развить все свои чувства: слух, зрение, обоняние, воображение, а главное — надо любить… да, да, любить ближнего. Только так человек может полностью проявить себя, — И после паузы: — Земной рай — это не утопия. Со дня сотворения мира люди надеялись узреть лик божий. А нам, когда мы доводим наши мистические способности до состояния экстаза, это удается. И рай мы тоже построим.