The Agony and the Ecstasy

Чем пристальней осматривал он свой плафон в Сикстинской капелле, тем больше склонялся к мысли, что в конце концов живопись могла бы стать благородным и вечным видом искусства.

Время можно было уподобить не скалистой горе, а реке; оно меняло скорость своего течения, так же как и свое русло. Оно могло вздуться, захлестнуть свои берега или высохнуть, еле просачиваясь узеньким ручейком; оно могло вольно литься, чистое и ясное, по своему ложу или могло вбирать в себя всякую муть и мусор и выбрасывать загрязненные обломки на поворотах и излучинах.

Любой объект служит для скульптора только телегой, которая вывозит на рынок его идеи и мысли!

Кто предан до последнего дыханья
Искусству, дару Бога и небес,
Тот ведает могущество дерзанья.
Ужель скажу, что долгий путь мой мрачен?
С младенчества я в жертву предназначен
И красоте, и вымыслу чудес!

Мысль острее,чем любой резец.

Когда я в одиночества,я не более одинок, чем на людях.

Родиться на свет- вот самая главная опасность,- раздумчиво произнесла Контессина, глядя куда-то поверх головы Микеланджело. - После этого уже идёт игра где все предопределено, карты розданы.

Каждый настоящий художник творит искусство заново.

Истинный художник должен с равным умением и ваять ,и писать картины, и возводить архитектурные сооружения.

Заниматься художеством - все равномерно что мыть ослу голову щелоком...

-Неужели ты думаешь,что я тебе позволю погубить свою жизнь и стать художником? Опозорить наш род? Ведь за триста лет ещё ни один из Буонарроти не докатился до того, чтобы заработать на хлеб собственными руками.

Но если он не в силах управлять и распоряжаться своей судьбой, зачем он рожден? Ведь Господь Сикстинского плафона, простерший десницу к Адаму, чтобы зажечь в нем искру жизни, обещал своему прекрасному творению свободу как неотъемлемое условие существования.

Великие и подлинно достойные люди извлекают из бедствия новую отвагу и становятся еще сильнее.

Неспокойный ум, маркиз, не располагает к рисованию.

Каррара жила, собирая один-единственный урожай: мрамор.

Если бы он не смог создать Бога с такой убедительностью, с какой Бог создал человека, этот плафон лишился бы своей души, оправдывавшей весь замысел Микеланджело и всю его работу.

Я всегда серьезен, когда речь идет об удовольствиях.

Хотя лепку в глине - это искусство добавления - истинной скульптурой он не считал, тем не менее он убедился, что сам его характер не позволяет ему исполнять какую-либо работу небрежно и плохо.

Очень важно, чтобы в каждом из нас была отвага. Я верю, что Господу Богу независимость угодна больше, чем раболепство.

Никто не вправе требовать от человека, чтобы он поступался своей гордостью.