Вечера на хуторе близ Диканьки

Читая в школе «Тараса Бульбу», я не обратила внимание на это произведение вообще никак, мне было не интересно. И вот сейчас, заново знакомясь с ним, я понимаю, что много было бы упущено, не попадись оно мне в рамках игры. Тарас Бульба и два его сына, отправляются в Запорожскую Сечь, а там стоит разгул и веселье. Но не для того вез Тарас сыновей в Сечь, он поднимает казаков в поход на поляков, против посрамления православной веры. Любовь казаков к своей земле, к вере христианской, смелость и дружба, поразили меня в самое сердце. Век был жестокий, и трудно нам понять многие вещи, но такова жизнь, и то, что мы сегодня считаем нормой, завтра будет ужасать людей будущего поколения…

У Николая Васильевича нет ни одного лишнего слова, ни одного картонного персонажа. Возможно, мы не найдем в этой повести какого-то глубокого, малопонятного философского смысла, однако идея, преподнесенная в ней, не стареет с веками: самый главный страх находится не в полумраке старой церкви, а во мраке собственной души.
Он не ставил перед собой задачу написать первую, в русской литературе, повесть в жанре, который сейчас принято называть Horror. Сильно подозреваю, что в его планах стояла только литературная обработка известной народной легенды. Но какой потрясающий результат! Начнем с того, что благодаря живому, практически искрящемуся от народных метафор языку, книга до сих пор обладает абсолютно кинематографическим эффектом присутствия, до которого ой-как далеко, кстати сказать его вольным киноэкранизациям! К слову, легенда о Паночке и Вие, вполне заурядна, каждый славянский народ может похвастаться десятками, если не сотнями подобных баек. Повесть Гоголя же, в очередной раз напоминает нам, что в литературе иногда не столь важно, что и кому ты рассказываешь, главное — как! Ощущение предопределенности бытия главного героя роднит его, чуть ли не с древнегреческой традицией, когда после мрачных предзнаменований еще в самом начале, его грустный финал совершенно очевиден. Тем не менее, герой настолько живой и колоритный, что его схватка с роком, не на шутку захватывает. Ведь вся эта славянская нечисть — не более, чем художественное средство.
Гоголь мастерски умеет нагнетать атмосферу – явления нечистой силы с каждым разом все страшнее, если первая встреча Хомы с ведьмой выглядит сверхъестественным, но все, же не слишком страшным событием, то первая же ночь над гробом – это уже настоящий ужас. Ведьма все страшнее, она то ходит, то летает, и, в конце концов, вызывает чудовищ; но во вторую ночь чудовища не успевают явиться, царапаясь в окна и двери церкви; и читатель уже уверен, что уж в третью ночь они точно доберутся до Хомы. Подробного описания чудовищ нет, но уже отрывочные картины их сверхъестественного безобразия, сюрреалистического дают представление о том, как они выглядели: более подробные сведения убавили бы таинственности. Сам же Вий и узнаваем, мифологичен, и в то же время совершенно враждебен человеческой реальности – в его внешности соединились и живое, и мертвое, и что-то механическое.
Сама повесть ближе к романтическим традициям Байрона и Гете, ибо повествует о сражении человека с собственной судьбой. Описание же финального акта этого противостояния по своей красочности и драматическому накалу не имеет аналогов в мировой литературе! На этом фоне вся современная мистическая литература, включая авторов выглядит немного наивно и архаично. Я не знаю, будут ли через 100 лет люди из новых поколений вспоминать, кем был в нашем столетии Стивен Кинг или Клайв Баркер, но мне, почему-то кажется, что они все равно будут читать Гоголя!

Добро и зло, созидание и разрушение, Раскольников и хладнокровие, первая часть "Портрета" и вторая. Примерно такой несуразной мне виделась повесть Гоголя после прочтения зимой. "Во всём виноваты деньги, зачем тут этот дурацкий портрет в качестве оправдания", - думала я. Спустя несколько месяцев мысли в голове наконец разложились по полочкам, и, несмотря на то, что вторая половина текста мне всё ещё кажется муторной, само произведение сложилось в единое, неразрывное целое, раскрывающее разные аспекты главной темы - искусства.

Слава не может дать ничего тому, кто украл её, а не заслужил; она производит постоянный трепет только в достойном её.

История художника Чарткова подталкивает нас дать определение тому, что мы можем называть истинным творчеством. Губительная сила денег и славы проходит красной нитью через всю повесть, но то ли главное? Проблема Чарткова не в том, что он стал использовать свои худ. навыки как способ заработка, а в том, что он прекратил искать пути для развития. На портретах богатеньких дамочек со своими запросами фантазии особо не разгуляться, и если сам художник прекращает оттачивать мастерство, получать удовольствие от полёта воображения, то талант, понятное дело, пропадает зря, а художник растворяется в монотонной работе.

Портрет выступает в качестве отправной точки и пробуждает первоначальное стремление обогатиться, но большую часть работы Чартков делает сам. При желании портрет-искуситель можно в принципе проигнорировать, свалив все на парня (который и без того настрадался), в чём проявляется одна из характерных черт Гоголя - возможность разночтений. Каждый видит только то, что хочет видеть, и подобно мне может полностью отвергнуть фантастический элемент. Но тогда всё же теряется смысл второй половины повести и другой её аспект - предназначение художника и его творчества.

Почему портрет старика-ростовщика так влияет на людей? Потому что он, как неоднократно намекалось, отражение дьявола, да и людского порока во плоти. Смерть старика не избавила мир от его влияния, ведь он продолжает жить на картине, ровно как и то, что он олицетворяет. Любое творчество неизбежно запечатывает события, людей или чувства, что угодно, позволяя оставаться им в мире. Можно ли давать жизнь злу?

Вся повесть - что-то вроде рационального подхода Николая Васильевича к своим работам, попытка дать ответы на следующие вопросы: 1) Что писательство есть для меня? 2) Каким должно быть творчество? 3) Почему оно имеет право на существование и что несёт людям?
Очень напомнило рефлексию Толкина в "Листе кисти Ниггля" и ещё больше О.Генри в "Последнем листе", где искусство прекрасно тем, что символизирует надежду, сострадание, обладает сильнейшей целительной силой. Гоголь свою задачу как творца видит прежде всего в преображении реальности, несущим значительную идею. Не в простом копировании, так что его "Портрет" в том числе высказывание своего фи такому вот натурализму.

Переосмысление этой повести совпало с моими собственными метаниями по тому же поводу. Стоит ли чего-то безыдейное копирование действительности? Я так не думаю. Лучшие картины, в моём понимании, таковы потому, что в них можно проследить авторское понимание цвета, чувство или идею, на них есть отпечаток личности. А вот передача безэмоциональная, без главенства над всем мысли или стремления преобразить, выявить лучшее - нужно ли?

Гоголь говорит, что нет. И я склонна с ним согласиться.

Первый и последний до сего момента раз читано в школе. В памяти оставалась кое-как фабула, пара расхожих цитат, выученный наизусть отрывок про степь и общее ощущение какой-то несусветной грязной атмосферы.

Ну что ж. Ещё раз убедилась в том, что дети всё понимают или, если не понимают, то ощущают правильно. Рассказ этот – гадость редкостная. Вообще не знаю, за что его так хвалят, и чем тут можно восхищаться, кроме как технической составляющей (язык, стиль, композиция). Козаки производят впечатление полных отморозков, нелюдей, по которым тюрьма плачет. Абсолютный инфантилизм, безответственность, отсутствие всяческой эмпатии, человеческих чувств. Одно пьянство и разбой. А главный герой – просто придурок полнейший, чего стоит его «посещение» пленного сына. А смерть - так вообще кандидат на премию Дарвина. Единственный персонаж, у которого есть зачатки человеческих чувств и художественной восприимчивости - Андрий - выставлен отрицательно: предателем и слабаком.

Можно сказать, что автор так и хотел их охарактеризовать, как отрицательных персонажей, но очевидно, что это не так. Глубокая симпатия к «подвигам», восхваление жестокости и кругом – двойные стандарты. Например, богатство поляков и евреев характеризуется только уничижительным образом (хотя по факту описывается что у одних это королевские или заёмные средства, а у других – результат коммерческих умений), а богатство козаков целиком и полностью награбленное (об этом говорится впрямую) – так и молодцы козаки, герои.

Антисемитизм в рассказе зашкаливает. Ещё в школе, помнится, мне было ужасно стыдно за автора. Там, где я росла, антисемитизм считался чем-то диким, каким-то дремучим пережитком, да и вообще непорядочным. И мне было неловко перед моими одноклассниками-евреями, что их вот так вот за людей не считают. Прям мерзко было, до сих пор помню.

Единственное, что может хоть как-то оправдать полученную картинку, так это если воспринять этот рассказ как эпос (что некоторые критики и делают). Мне эта мысль несколько раз приходила в голову при прочтении, но – нет. Невозможно в 19 веке создать эпос, никак невозможно. Авторские уши (то есть, оценка, индивидуально-личное отношение) видны повсюду, хоть он и очень старается подлаживаться под стиль этакого «народного сказителя». Только автор почему-то не понимает, что истинная эпическая объективность не в том, чтобы обгадить врагов и восхвалить своих: Гомер восхищается Гектором и сострадает Андромахе, Кассандре; в эпосе врага уважают. А у Гоголя что евреи, что поляки, что татары выставляются моральными и физическими ничтожествами, и непонятно тогда, что же героического в том, чтобы победить таких немощных врагов?

Ну и пятиминутка феминизма. Три женских персонажа – мать, панночка и татарка – даже не поименованы (фантазии не хватило у автора, зато у всех, даже у самых третьестепенных козаков есть имя и фамилия). Их судьба автора не интересует. Более того, она не интересует и персонажей. Сыновья как-то ещё один раз вспомнили о матери, но Бульба о жене – никогда. Женщины у Гоголя не чувствуют, не думают, не действуют, живут на инстинктах. Если у матери он всё-таки описывает некие чувства (и то, только те, которые обращены к мужчинам), то панночка здесь вообще как декорация. Описания внешности доставляют отдельно: мать у него исключительно «старуха» (с чего бы это, если старшему сыну 22 года???), а описание панночки исключительно сладострастно, и подано с довольно гадливым отношением, мол, мерзкие сети, которые могут отвлечь Настоящего Мужчину от его Дела. Сцена встречи в блокадном городе вообще не выдерживает никакой критики, враньё, она не могла так чувствовать, как это описывается. Ну и в заключение. Вот это вот, что за садизм? (цитата):

Что это за смакование: тело пышное и прекрасное, чудные груди, густая коса? Вообще-то она там от голода умирала. Да и сама мысль, что женщину можно не за облик полюбить, не как красивую вещь, автору и его герою в голову не приходит.

"Налетай, не скупись, покупай живопИсь!" - город Петербург знаменит букинистическими лавками, маленькими магазинчиками изящного искусства, статуэток, картин. В одной такой лавке художественного ширпотреба и лубков молодой, талантливый и нищий художник Андрей Чартков случайно покупает картину. Зачем? Да он и сам не знает. Истратил последний двугривенный на совершенно ненужную вещь.

И только дома Чартков замечает необыкновенные глаза старика, изображенного на картине. Неестественный, пристальный взгляд как-будто следил за ним, старик точно хотел выпрыгнуть из рамы. Художник и не подозревал, что на свою беду приобрел портрет самого Духа Тьмы.

Повесть состоит из двух логических частей. Две потрясающие судьбы - купившего картину и нарисовавшего ее. Оба вдруг начинали чувствовать тревогу, томление, зависть и ненависть к друзьям, любимым, одаренным личностям. Но особенное нетерпение и бешенство они стали испытывать к настоящим произведениям искусства, выражавших духовную суть всего живого. От дьявольского портрета пытались избавиться, он переходил к новым владельцам, но никому не приносил счастья. Только тоску, алчность и сумасшествие.

А вот какое любопытное стихотворение о гоголевском "Портрете" я увидела в Интернете:

Свет доброты – основа знаний,
Но духи тьмы на свете есть,
И у талантов испытаний,
Врагов и бед – не перечесть.
Мир полон ярких искушений,
Поддайся им – и ты погиб:
Иссякнет вмиг поток свершений,
И пенье сменит страшный хрип.

Мир Двух готов разрушить третий,
И дрогнет мастера рука:
Нельзя писать глаза в портрете –
С глаз дьявола-ростовщика!
«Нельзя талант сменять на злАто!» -
Старо, как Мир, но вновь, опять
Растут потери и утраты:
Коней привыкли подгонять!..

Влекут червонцы золотые:
Возьмёшь запретное – потом
Глаза возникнут как живые,
Из рамок вылезет фантом!
Глаза – неласковые очень:
Портрет бросает в дрожь и в пот…
Надеюсь – больше тёмной ночью
Портрет художник не найдёт!

(Валерий Таиров)

Какая же эта классика КЛАССНАЯ, абсолютно не скучная, уютная! А примесь чертовщины, рассуждения об искусстве и яркие образы героев создают почти гениальную вещь! Напрягает местами немного архаичный язык, после современных авторов, но куда лучше многих из них Гоголь создает интригу и описывает жизнь вокруг себя.

Неблагополучный район Петербурга? Да в любом нашем городе есть такой! Именно там, в сосредоточении горя и бед, затаился Дьявол-ростовщик, покупая доверчивые души...

Я особо не люблю творчество Гоголя, как говорится "На цвет и вкус товарища нет")
Но в школе никого не волновало, что я люблю и, что не люблю, надо было читать.
Прочитала первый раз, даже фильм посмотрела. Фильм понравился больше книги. Книга мне,ну, не понравилась. Как Тарас мог убить собственного сына? Да, он был врагом, но он же СЫН. Почему Бог прощает нам все, а Тарас не мог простить собственного сына? На эту тему в классе мы проводили дискуссию, меня пытались переубедить, но я оставалась на своем.
Спустя год - два, я перечитала еще раз. И мое мнение не изменилось, и по сей день я остаюсь на своем мнении. Видимо, мне не понять как можно убить собственного сына.

Вот бывают же книги, не подвластные времени. "Вий" был написан 180 лет назад, но до сих пор читатели получают удовольствие от произведения. Когда-то давным-давно, в школьные времена, разумеется, читала эту книгу, но за столько лет всё настолько стерлось с памяти, что читала как в первый раз.

Кстати, обнаружила главное отличие от современных авторов. Современники бы растянули этот сюжет если не на "кирпичик", то на страничек 300-400. А вот Гоголь вложился всего-то в сотню :) И интрига есть, и воды нет, и почитать в поездке весьма увлекательно.

Очень забавная сатирическая повесть о человеке, от безысходности и разочарования в жизни возомнившим себя испанским королем. У Гоголя очень хороший язык, наслаждаешься буквально каждым словом, каждым оборотом, а его фантазия просто безгранична. Говорящие и переписывающиеся собаки - верх юмора, но от всего этого веселья веет грустью. Жалко, что человек из-за положения в обществе не может даже посмотреть на дочку директора и из-за этого сходит с ума, жалко, что общество так жестоко и глупо со своими чинами, рангами, иерархией. Но так оно было, есть и будет - это заложено в природе человека, а Гоголь всего лишь один из талантливых писателей, облекающий все, что видит в небольшие забавные повести и рассказы, от которых хочется смеяться и плакать одновременно.

Мне кажется эту повесть следует читать исключительно в издании от Mikko. Особенно если Вы не "дружите" с Гоголем, не смотрели фильм, у вас не очень богатое воображение, но вы страсть как любите жуткие картинки. Именно иллюстрации окунают вас в "вальпургиеву ночь" и дают вам на собственной шкуре почувствовать всю силу Панночки.

Что же до самой повести, то Гоголь говорил, что это народное предание, которое он записал за кем-то, не меняя при этом ни строчки. Но вот что интересно, историки в один голос утверждают, что в фольклоре нет ни одной истории хоть отдалённо похожей на "Вия". Из чего можно сделать вывод, что это плод воображения писателя.....а может и не воображения вовсе?

иллюстрации