Противостояние

Это продолжение "Петровки, 38", которую я прочитал буквально неделю назад. В этой части из трёх главных героев первой книги осталось уже двое, о третьем упоминают мельком.

Так же как и в первой книге, преступники тут известны заранее и мы плюс минус уже понимаем кто что сделал, но эта книга мне показалась поинтереснее. Сюжет тут был подинамичней и как то позакрученней.

Я не фанат такого типа детективов, в которых нет загадки и интриги, но читать было интересно. Да и вообще это как будто не детектив, а какой то производственный роман о работе советской милиции.

Концовка книги вышла прям неожиданной и жёсткой, такого я точно не ожидал, тем более под конец. Как нибудь попозже вернусь к циклу и прочту продолжение.

"Наша служба и опасна и трудна,
И на первый взгляд, как будто не видна.
Если кто-то кое-где у нас порой
Честно жить не хочет.
Значит с ними нам вести незримый бой
Так назначено судьбой для нас с тобой-
Служба дни и ночи."

Мощнейший детектив от Юлиана Семёнова, достойно завершающий трилогию о полковнике Костенко, знакомом нам по романам "Петровка,38" и "Огарёва,6". Пожалуй ни в одном из предыдущих романов этого цикла Костенко не приходилось противостоять столь сильному противнику. "Нелюдь" из РОА Николай Кротов по своим навыкам чем-то сродни Мищенко в исполнении Кравченко. Это такой же искушённый диверсант как и герой "Операции "Неман". Для обоих существует лишь одна ставка в смертельной игре - чужая жизнь. Та лёгкость, с которой они распоряжаются судьбой других людей поражает. Правда в отличие от "идейного" Мищенко Кротов - обычный уголовник. И даже его членство в РОА выглядит как обычная ширма. Кротову глубоко наплевать на те ценности, за которые сражается РОА. Его единственной целью является - выжить любой ценой. Для Кротова не существует таких понятий как честь и достоинство. И он не задумываясь может в любой момент убить "лучшего" друга или "возлюбленную". По сути это не человек, а робот, действующий по заложенной в него инструкции. Единственным руководством к действию для него служит "школа диверсантов". Во всех своих "акциях" Кротов следует полученным инструкциям. Впрочем, сложно ожидать от главного героя каких-то иных действий если за всю свою жизнь он не прочитал ни одной книги. Правда поверить в это весьма непросто. Даже учитывая "абверовскую школу". Действия Кротова свидетельствуют о том, что этот человек обладает недюжинным интеллектом. И не просто интеллектом, а способностью преображаться, надевать на себя ту или иную личину, мимикрировать в окружающую среду, становиться "своим". И при этом следует отметить у Кротова ещё одну важную черту - он настоящий знаток человеческой психологии. А судя по его затяжному "противостоянию" с Костенко последний умеет предугадывать последующие ходы своего противника и действовать на упреждение. На мой взгляд, по психологическому портрету действия Кротова это скорее вариант из "Ошибки резидента". Так действовать в предполагаемых обстоятельствах мог только человек недюжинного интеллекта. Вопрос - откуда этот интеллект у Кротова? Лично для меня это загадка...

В этом романе Юлиан Семёнов сводит в одно целое милицейский советский детектив и отчасти детектив политический (если считать политикой поиск и разоблачение бывших военных преступников и предателей). Главное действующее лицо нам знакомо по предыдущим двум книгам цикла — это полковник Костенко. А вот все остальные его соратники сменились в силу разных обстоятельств. Сменился и главный антигерой — на этот раз в розыске состоит человек, совершивший хладнокровное убийство с расчленением тела убитого. И преступный почерк выводит нас и группу розыска на аналогичное преступление, совершённое в далёком 1945 году. Раз похож почерк, то может быть и преступник то же самый? Так начинается работа одновременно по двум линиям — работа в архивах и с возможными косвенными свидетелями из прошлого, и активные розыскные действия в современности. Понятно, что постепенно обе линии сближаются и в конце концов сводятся в одну точку.

Дальше...

Концовку автор изготовил совершенно уже невероятную: угон воздушного судна (что вполне могло быть) и спецоперацию по поимке опасного преступника, которая вдруг каким-то волшебным образом оказалась полностью подготовлена и в техническом отношении, и по всем прочим параметрам. Ну, да бог с ним, всё же это книга, простим автору некоторую недостоверность в финале. Зато поаплодируем ему же (и Костенко тоже) за его изменившееся отношение к своему новому напарнику по розыскной работе, которое автор так изящно вывел в романе.

Аннотация слегка обманывает относительно действующих лиц этой повести: да, в центре расследования находятся Костенко и Садчиков (блистательно сыгранные в фильме «Петровка, 38» Василием Лановым и Георгием Юматовым), а вот Росляков (его играл Герасимов) после ранения ушёл в адвокатуру и в расследовании не участвует, а только один раз упоминается в разговоре (а вот в фильме «Огарёва, 6» он как раз есть, причём далеко не на вторых ролях). Зато писатель Степанов здесь появляется, пусть и вполне эпизодически, но всё же он в книге есть. А в аннотации его нет. Так что с осторожностью читайте аннотации…

Дальше...

Повесть написана по всем законам детективного жанра. Происходят некие криминальные события, причём параллельно-одновременно: ограбления покупателей автомобилей с их смертельными отравлениями/передозами (именно этим делом и заняты наши сыщики) и попытка изнасилования актрисы, в ходе которой преступник засветил драгоценные камни. По мере накопления информации по всем расследуемым эпизодам деятельности совершенно разных лиц постепенно оказывается, что некоторые детали расследования сводят их в одно целое, приводят их к одним и тем же подозреваемым. Постепенно ситуация накаляется, происходят исчезновения сопричастных к преступлениям лиц, покушения на их жизни, и всякие прочие детективно-криминальные события, а также розыскные и следственные действия. Параллельно со всей этой детективщиной Семёнов нагружает читателя переживаниями за судьбу Костенко, ибо предполагается, что он серьёзно болен. И накал страстей достигает своего пика в самых последних страницах повести, а трагический её финал тоже вполне в духе автора — победы не даруются свыше и не падают в руки сыщиков подобно манне небесной, а бандиты всегда остаются готовыми на всё бандитами.

Качественный детектив! Настоящий!

Очень типичный для советского времени детектив. Раньше они приводили меня просто в восторг. Сейчас — рассматриваю и читаю их довольно спокойно.
Что нравится:

• Уважительное отношение к органам правопорядка. Это правильно.

• Широкий взгляд на общество. На причины, толкающие людей на преступления. И это не банальное сегодняшнее: "У Петьки были богатые родители, а я завтраки в школьной столовке жрал."

• Хороший язык. Может и несколько уже старомодный, но — хороший.

Книга получилась, как жесткое одеяло или кусачий плед — неудобно, мешает, но не хочется ничего менять.
Это не привычный (мне) советский детектив. Где у всех горят глаза. Где, несмотря на метания и тяжелое детство, четко понятно "где наши, где фашисты". Тут всё намешано.
И общее ощущение абсолютно не светлое. И не про торжество справедливости.

Вспомнила, что начинала смотреть фильм. И не досмотрела, потому что была не готова к такому.
Басилашвили играл главного героя, и, читая, я представляла именно его.
В книге он именно такой. Неяркий, невосхищающий, но чем-то затягивающий.
Сцена встречи с друзьями потрясающая. Такая живая.
Разговоры с женой такие простые, но такие настоящие.

История из военного времени страшная. И таких, наверное, было немало.
И вплетена она в повествование очень тонко. Иногда я забывала, где я, "там" или "сейчас".

Очень необычный Семенов для меня получился.

Это третий роман Юлиана Семёнова, в котором одним из главных героев является сыщик полковник Костенко.
ФОРМАЛЬНО книга посвящена единоборству советской милиции с бывшим гитлеровским прихвостнем, предателем, продолжающим совершать преступления в СССР и 40 лет спустя. Предателя этого, наконец, ловят, и всё кончается хорошо.
Это то, что НАВЕРХУ.
На самом же деле всё гораздо хуже.

Не смотря на то, что моё детство пришлось на 1970-80-е годы, мне повезло вырасти на книгах СТАЛИНСКОЙ эпохи. Любимыми произведениями моего детства и юности стали «Как закалялась сталь» Островского (1932 г.), «Улица младшего сына» Кассиля и Поляновского (1951 г.), и «Повесть о Зое и Шуре» Космодемьянской (1951 г.). Это действительно хорошие книги, написанные честными людьми о честных людях. У авторов этих произведений была одна задача – ВОСПИТАТЬ подрастающее поколение коллективистами (коммунистами, коммунарами), патриотами и бойцами. Эти три книги я перечитывал настолько часто, что они вошли в мою кровь и плоть. Обо всех остальных книгах (и не только о книгах) я сужу с позиций той, советской, сталинской эпохи. И «Противостояние» Юлиана Семёнова с этой точки зрения выглядит отвратительно.

Юлиан Семёнов до мозга костей либерал. В этой книге (как и во всех своих книгах, где может это сделать) он пинает Сталина и его эпоху как мячик. Всё ему в том времени не нравится. Более того, он считает, что и в ЭТОМ времени (книга написана в 1979 году) многое осталось от ТОГО времени. И это многое надо ИЗМЕНИТЬ.

Постоянно Семёнов говорит о том, что надо заниматься бизнесом. (Правда, не используя самого этого слова).
Пусть, мол, пенсионеры открывают семейные кафе.
А зачем? Почему бы не работать пенсионерам (если уж им так хочется) в государственных кафе?
Пусть, мол, дети с детства подрабатывают.
А, опять же, - зачем? Почему бы ребёнку учёбой не заняться? Пусть астрономию учит, философию, музыкой занимается. Пусть ребёнок, скажем так, повышает свою квалификацию. Зачем ему за прилавком стоять или машины мыть? Будем крестьянина-кулака растить? Пусть с детства свою выгоду ищет, дураков облапошивает, да копейку в кубышку кладёт?

Книга вроде бы про борьбу милиционера-сыщика с предателем-власовцем. И сыщик, разумеется, хороший, а власовец плохой. И это правильно! БЫЛО БЫ ПРАВИЛЬНО. Но эта сюжетная линия идёт каким-то фоном для проповеди «бесстрашия», «свободы слова», да просто для клеветы на СССР!
Семёнов считает, что руководствоваться надо Конституцией, даже если твоя совесть не мирится с тем, что предатель после тюрьмы оказался таким же гражданином как ты. То есть, закон для автора – это что-то внешнее, и к этому внешнему автор требует большего уважения, чем к собственной совести.
КСТАТИ! Ни в этой книге, да и ни в какой другой у автора вообще не идёт речи о таких понятиях как совесть, честь, смысл жизни, истина, Бог. И это не случайно. Для Семёнова эти понятия либо относительны, либо вообще лишены смысла. Писатель является в полной мере «современным» человеком, для которого нет ничего святого. Его герои руководствуются лишь разумом и выгодой (не забывая, впрочем, время от времени потакать свои инстинктам).

От Семёнова за версту несёт американщиной. В произведениях Ленина он выискивает какие-то пробуржуазные цитаты. Кстати, ссылок на произведения, из которых эти цитаты взяты, автор не приводит. Действительно ли Ленина он цитирует? Не прикрывается ли он просто ленинским именем, чтобы протаскивать в советскую литературу западные взгляды?

Конечно, я теперь понимаю, что, осудив Сталина, СССР во многом изменил свою политику. В нём стало гораздо больше буржуазного, чем пролетарского. Некоторым жителям СССР нравился именно этот анти-Сталинский Советский Союз. Юлиан Семёнов, несомненно, один из таких людей. Но меня не оставляет мысль, что он мог СОЗНАТЕЛЬНО работать на американскую разведку. Он ведь вышел из стиляг. За ум-то он взялся лишь после юношеских увлечений. И увлекался он вовсе не альпинизмом или историей ВКП(б), а кое-чем другим. Став журналистом-международником, он мог быть завербован. С «перестройкой» его книги становятся всё более анти-Сталинскими, всё более «демократическими», всё более «свободолюбивыми». Уж на что этот роман 1979 года, а и то весь пропитан антисоветчиной.

С тех пор, как я стал работать учителем, я уже не могу читать «просто так». Я теперь оцениваю книги с позиции педагогики.
Воспитывать детей очень непросто. Постоянно задаёшься вопросом, как добиваться хороших результатов, как воспитать настоящего человека, то бишь, КОЛЛЕКТИВИСТА. И на всё вокруг начинаешь смотреть с этой точки зрения. Например, если рекламировать по телевизору женские прокладки, то вряд ли это взрастит в подростках уважение к женщине, - скорей, это приведёт к тому, что в обиход ребёнка войдут слова и понятия, которые будут лишь развращать его. То же я могу сказать о дискотеках. Что в них хорошего? Подростки выключают свет, включают мигающие лампочки, громыхающую примитивную музыку и ТРЯСУТСЯ под неё. Это разве танцы? Нет. Я не против танцев, хотя и не люблю их. Пусть играет ансамбль. Пусть даже играет магнитофон, но пусть он играет ТАНЦЫ: вальс, менуэт, да хоть гопак! И пусть свет будет не слишком ярким, но НОРМАЛЬНЫМ. И пусть дети ТАНЦУЮТ, а не трясутся и не тискаются во тьме. Танцы могут развращать (при неумелой организации), а могут и развивать в хорошем направлении. А вот дискотека может ТОЛЬКО развращать. Мне это кажется очевидным.
С этих же позиций я смотрю и на этот роман. Чему хорошему он учит? По-моему, ничему. Почему Кротов стал предателем? Здесь нет ответа на этот вопрос. Почему Кротова (ювелирша) и её подруга спят с первым встречным? Что развратило этих женщин? Автор и на этот вопрос не отвечает. Вообще в романе мы встречаем (включая самих милиционеров) ОДНИХ ТОЛЬКО МЕЩАН – людей, не исповедующих никаких идей и живущих лишь бытовыми делами. Чем живут Журавлёвы? Неужели философией Маркса или Канта? Нет. Они просто обыватели и всё. А сама Журавлёва жадна и подла до мозга костей. Жить с мужем и принимать самородок от бывшего любовника – это разве не измена мужу? А разве она не знала, что самородок в нашей стране может быть только краденым? Знала. Так разве принимать его – не измена государству? Кстати, не какому-нибудь, а своему собственному, русскому, советскому. А в конце романа, когда её разоблачили, разве она устыдилась? Нет. Раскаялась? Нет. Она взвыла от жадности, жалея об упущенной возможности зажилить государственную собственность ради личной наживы. Разве не так? Так! А бывший предатель Лебедев, получающий деньги из ФРГ? Как этого человека вообще Земля носит? А Дора-«бульдозер», вроде бы, такая безобидная и «хорошая баба», - кто она? Тоже мещанка. А каковы идеалы остальных героев? Да не увидел я тут идеалов НИ У КОГО! А если взять самих милиционеров (Костенко и Жукова), то их «идеалы» сводятся в либеральному нытью.

Очень хорошо видно, что автор не просто одобряет взгляды Костенко и Жукова, но передаёт посредством этих героев СВОИ мысли. Мне эти мысли кажутся отвратительными – это нечто вроде манифеста подкулачника, не более того. А Семёнов считает это мироощущение прогрессивным. Ну не смешно? И могу ли я с помощью этой книги воспитывать детей НАСТОЯЩИМИ ЛЮДЬМИ? Нет, не могу. Самое правильное – выкинуть эту книгу на помойку.

Перечитывая этот роман, я понял, насколько всё непросто было и в СССР. Противостояние между различными группами граждан было не слабее, чем теперь. И оно началось не во времена «перестройки». Оно было всегда.
Наверное, когда-нибудь оно будет похоронено, но не теперь. И нам надо понять, что вопросы, которые мы хотим решить, надо решать в существующих условиях, ибо других условий нам никто не даст. И Юлиан Семёнов не только для Союза, но и для нынешней России - враг. И это не шутка и не преувеличение.

Детективы советского времени, сейчас можно рассматривать как зарисовки той эпохи. А между срок можно увидеть по каким темам бьет автор. И не всегда они связаны с расследованием.
Дефицит товаров. Ведь почему произошли два главных преступления? В одном случае люди хотели купить машину, но для этого приходилось использовать какие-то серые схемы. Из-за этого люди и пострадали.
Кризис командной системы. А во втором преступлении мы видим хорошо производителя. Но он не заинтересован производить продукцию по закону. А зачем? Он ничего не получит. И не факт, что товар будет производится с такой же скоростью. И возникает теневая экономика. Нам показали только зародыша. И то ему не дали развиваться.
Реформа милиции. Сколько раз сказали о молодых кадрах. Сколько раз сказали о новинках техники. Прошлись по несчастному Садчикову. Показана и работа экономического отдела.
Прощание с друзьями. Сдается мне, у Семенова в этот период умер кто-то из друзей или близкий. И этой потерей пронизан весь роман. И не так уж много надо, дойти до врача, который тебя ждет. Но кто знает, что в этот момент произойдет...

Роман Юлиана Семёнова «Огарёва, 6» продолжает цикл книг автора, в которых действует сыщик полковник Костенко. Первую книгу с участием этого героя автор написал в 1962 году («Петровка, 38»), а вторую, эту – 10 лет спустя, в 1972 году.
Впервые я прочёл это произведение в школьные годы, затем перечитывал вновь, а теперь обратился к нему в третий раз. Впечатления от книги сейчас, конечно, другие, чем 35 или 25 лет назад. Причём, СОВСЕМ другие.
Сейчас я вижу в этой книге как бы 2 слоя.
Первый – тот, что на виду. Перед нами советский детектив 1972 года, рассказывающий о том, как полковник Костенко при участии своего старшего друга и соратника Садчикова, а также при участии других работников «компетентных органов» ловит убийц и «расхитителей социалистической собственности». Ловит он их самоотверженно и успешно – в конце романа «наши победили», то есть, преступники были пойманы. Словом, хорошая и правильная книжка.
Ну, к серьёзной литературе это отнести, конечно, нельзя – бульварщина. Но в рамках ЖАНРОВОЙ литературы можно этой книге поставить твёрдую четвёрку (что я и сделал).
А есть здесь и второй слой. И он тоже, в общем, на виду. Он, может, даже больше на виду, чем первый. Этот второй слой заключается в постоянной (на всём протяжении романа) пропаганде автором читателю своих экономических, политических и моральных взглядов. И эти взгляды мне СОВСЕМ не нравятся.
Автор – либерал, ЯРЫЙ антисталинист, сторонник большей экономической свободы для граждан СССР. Он имеет взгляды, которые я с чистой совестью называю антисоветскими. И мне не вполне понятно, как и зачем в СССР такое печатали. Хотя… ведь даже «Один день Ивана Денисовича» Солженицына был вполне открыто напечатан в советском журнале с подачи Твардовского. Это, конечно, грустно.

Иногда либеральные взгляды у Семёнова проповедуют бандиты. И тут можно сказать: «Ну, они ведь бандиты, так что с них взять?» Допустим. Но и СЫЩИКИ у Семёнова ведут себя так, как будто они не советские люди, а какие-то американские полицейские.
Мне, например, совсем не нравятся те фразы и те слова, с помощью которых наш сыщик (между прочим, полковник!) и наш писатель (прототип самого Семёнова) общаются друг с другом.

« - Митя, привет, это Костенко.

• Здравствуй, старичок, - ответил Степанов.
• Я не разбудил тебя?
• Что ты! Я начинаю трудиться с шести.
• Ну, слава богу. А то я испугался – у тебя голос сонный. Слушай, мне надо к тебе подъехать. Можно?
• Осёл! Что значит «можно»?
• Это я демонстрирую уважение уголовного розыска к труду литератора.
• Ну, извини. – Степанов усмехнулся.
• Да нет, пожалуйста… - в тон ему ответил Костенко. – Значит, я через двадцать минут у тебя».

  Когда я читал этот диалог, мне казалось, что я слышу речь каких-то лоботрясов, которых выгнали из ПТУ за то, что они пили политуру и пропускали занятия. Я не представляю, чтобы так говорили друг с другом Дзержинский и Горький, например. Они ведь тоже были – один писателем, другой – работником органов. Даже рабочие на заводе далеко НЕ ВСЕ так говорят друг с другом. ЧЕМ же эти положительные герои отличаются от отрицательных? Речь, во всяком случае, у них вполне бандитская.

  Далее. Сыщикам Семёнова обычные люди постоянно жалуются на то, что порядки в нашей стране отвратительные. И сыщики (Костенко) с этим СОГЛАСНЫ.

  «Костенко устало прищурил глаза.

• Ладно. В отправных экономических оценках мы с вами сходимся: в стране бардак, трясина…»

  Это МИЛИЦИОНЕР говорит БАРЫГЕ – модельеру, который, нарушая закон, берёт на дому частные заказы.

Ещё один ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ герой, друг Костенко, говорит полковнику так: «В мусорное время живём, брат, гарантий никаких, все друг друга подсиживают, не жизнь, а смертельная схватка на выживание».
Это он только о НАШЕЙ стране или о всём мире говорит? А «ВСЕ» подсиживают – это кто? БУКВАЛЬНО все? Значит, и ты сам ТОЖЕ подонок?
И Костенко ничего ПРОТИВ такого утверждения своего товарища НЕ сказал. А, на мой взгляд, этому человеку надо было, как минимум, разбить лицо. А лучше – вполне официально ПОСАДИТЬ за клевету на советскую власть.

А вот что говорит полковнику Костенко ПРОКУРОР. Не ВОР, заметьте, а ПРОКУРОР, который представляет ЗАКОНЫ нашей страны.

«Давайте учиться уважать закон даже в мелочах, давайте научим этому всех людей в стране, это лучшая гарантия и для нашей спокойной старости, и для юности наших детей, иначе вполне может начаться новая волна террора, - многие ведь мечтают о новом Сталине».

Да? Сталин – это террор?! А я-то по наивности думал, что это человек, который провёл в стране коллективизацию, индустриализацию, присоединил часть Финляндии, часть Пруссии, западную Украину и Белоруссию, Прибалтику, выиграл Великую Отечественную войну, дал государству ядерное оружие.
Я думал, Сталин для нас, советских, русских людей – это почти Бог. Это такой же (или ещё больший) великий политик, как Александр Невский, Иван Грозный, Пётр I, Екатерина II, Николай I, Александр III.
А Сталин – это, оказывается, террорист?

«Как начала она мне задавать вопросы, Митя, про нашу ужасную, злую и бесправную жизнь…» - говорит МИЛИЦИОНЕР Костенко СОВЕТСКОМУ ПИСАТЕЛЮ Степанову.
Костенко передаёт слова ПРОСТИТУТКИ и ПРЕСТУПНИЦЫ. И он СОГЛАСЕН с ними. И он СОЧУВСТВУЕТ ей.
А он точно в МУРе работает, а не в ЦРУ?

А вот что думает наша милиция о СОВЕТСКИХ писателях. О советских не по названию только (какими были Зощенко, Ахматова, Булгаков и сам автор этой книги), а о тех, кто творил именно СОВЕТСКОЕ искусство.

«Костенко проверял Торопову – лейтенант Рябинина прошлась по всем знакомым актрисы: «Душенька, бессребреница, честная и открытая, истинно русская актриса; уходила из двух театров в более низкооплачиваемые только потому, что не хотела играть «макулатурные» роли в чудовищных пьесах нынешних литературных вождей страны – в массе своей номенклатурных бездарей, которых наёмные критики тщились представить социалистическими Гомерами, Гёте и Достоевскими».

Нормально?
Я помню, что наших писателей охаивали Солженицын и Войнович. Ну, так эти отщепенцы из СССР по заслугам и вышвырнуты были. А Семёнов-то был ОЧЕНЬ популярным автором, и книги его издавались огромными тиражами. Спрашивается – зачем ему ПОЗВОЛЯЛИ лить грязь на нашу страну? Или цензуры на очень-то и вчитывалась, что «втюхивают» народу авторы детективов?

Этот роман можно очень подробно разобрать – автор проповедует много такого, что теперь говорят всякие Галкины, Невзоровы, Шевчуки, Макаревичи и им подобные.
И кончается книжка тоже прекрасной фразой:

« - Тише ты, гад, - зло сказала женщина, - ребёнка разбудишь…»

Чудесно, верно? Вот такие, мол, женщины мерзкие жили в СССР. И так-то роман был весь «болью» и «горечью» пропитан. И двое друзей Костенко на страницах этого романа умерли, погибли. И такая тоска тоскливая. «А финалом я вас вообще убью!» - будто говорит нам автор.
Спасибо!

Я убеждён, что литература эта направлена не только против СССР, но и против современной России. И я убеждён, что когда писатель создавал эту книгу, он отлично понимал, ЧТО делает.

Автор включил в эту книгу две параллельные сюжетные линии. Мы расследуем преступление, совершенное где-то в 70-80 годах, и в то же время обращаемся к прошлому преступника, а следы его ведут в военные годы, к военнопленным 41, к власовцам, к абверу, к немецким провокациям.
Современная (на тот момент) сюжетная линия дала автору возможность вскрыть некоторые проблемы советского быта и продемонстрировать методы работы милиции. Например, по полусапожкам, найденным на трупе, удалось установить (вернее, подтвердить предположение) личность покойной. Потому что: можно запросить фабрику когда и куда поставлялось, потом запросить распределяющий центр нужной области, потом близкий к дому потенциальной жертвы магазин, а потом найти ту продавщицу, которая продала их ей из-под полы, потому что официально их на прилавок не выкладывали!
Или же политкорректный доклад моряка дальнего плавания: тогда ж в Белоруссии был голод, т.е. нехватка некоторых высококалорийных продуктов.
Или попытка грузин получить со склада в Москве уже выписанную их начальством лабораторию для печати цветных фотографий - то нач. склада в отпуске, то бухгалтер, то и вовсе начальство сменилось и требует все визы заново получать …
Бывали и грустные моменты про братство народов. Ведь жители страны тогда действительно воспринимали Советский Союз как единую семью. И если еще можно как-то понять радостный выход из Союза прибалтов, то поведение грузин удивляет, но больше всего, конечно, расстраивает ситуация с Украиной, потому что грузина от русского отличить легко, а кто отличит русского, белоруса и украинца?
Линия, тянущаяся из сороковых годов, позволила автору поподробнее обсудить власовцев с точки зрения общей политики Гитлера. Какие надежды он на них возлагал? Что они оправдали, а что нет? Почему он ставил их на оборону именно в определенные города? Конечно, это только предположения, но подкрепленные обдуманной логической цепочкой. Какой бы сюжет не описывал Семенов, он не забывает посмотреть на дело шире, с общеполитической точки зрения. Этим и ценны его произведения, и увлекательным сюжетом, и глубиной.
Кроме того, в данном произведении у нас не рядовой преступник, не мелкий бандит или сорвавшийся безжалостный уголовник - все равно на вышку уже набрал и вообще, “однова живем”. Перед нами человек, прошедший определенную подготовку в немецких военных школах, где он учил не только приемы рукопашного боя, но и возможность вступить в интеллектуальное сражение: как замести следы, когда надо поспешить, а когда лучше выждать. Это и тактик, и стратег уголовного мира. И преступления, которые он совершает, по тем временам беспримерно жестокие. Это в наше время разделать трупы, чтобы легче было вынести их из квартиры и спрятать, стало практически обычным делом, и этим занимаются уже не только алкоголики, пришившие дружка по пьяни, но и историки таким же образом сводят счеты с подругами. В то же время дойти до такой дикости, в глазах советского человека, мог только безжалостный волк, не имеющий с людьми ничего общего. Ну, а сам преступник, вероятно, мыслил вполне рационально. Он не был маньяком, а просто усложнял опознание трупа, лишая его головы и конечностей, с которых можно взять отпечатки. Увы, одинаковый почерк преступлений подвел его. Именно из-за такого расчленения и смогли связать воедино два преступления, между которыми было несколько десятков лет разницы. А дальше уже сработала дисциплина и налаженная сеть по стране, с возможность послать запрос и отовсюду получить ответ. И, конечно, голова следователя, потому что прежде чем послать запрос, надо понимать, о чем спрашивать.