Повести

Мне трудно писать рецензии на книги о Войне. И вовсе не потому, что не хватает слов. Наоборот, их достаточно, и даже слишком много, но это мешает. О Войне нужно говорить и писать редко и кратко. Но думать и вспоминать - ежесекундно...
Человек остается человеком, со всеми достоинствами и недостатками везде: и в Африке, и на фронте, и в тылу.

• Я вот думаю все, - беспокойно заворошился староста, - ну пусть немцы. Известно, фашисты, чужие люди, чего уж от них ждать. Ну а наши, которые с ними? Жил, ел, людям в глаза глядел, а теперь заимел винтовку и уже застрелить норовит. И стреляют! Сколько перебили уже...

Не увидит Сотников. И не увидел бы. Не повесили - умер бы от горячки, застрелился, но живым бы не сдался. А Рыбак... Его сотрет в порошок Великая Германия. И никуда, никуда не сможет он уйти - всюду презрение. Променял свою честь на жизнь. На жалкое существование. На хлипкую свободу. На постоянный страх. Гитлер своих людей освободил от совести, человечности и даже элементарной житейской морали. Человек человеку - зверь. Сегодня ты с ними в одной норе, а завтра они же насмерть загрызут тебя...

Я не могу, не имею никакого права осуждать героев повести, потому что я не знаю, что такое война. Не знаю, каково осознавать, что тебе суждено умереть. Но я знаю одно: если бы не Русский Солдат, до конца стоящий за свою Отчизну, не было б меня на белом свете. Не читала бы я книг, не ходила бы в школу, не ездила бы в Петербург, потому что его бы уже не было...

Спасибо вам, воины. Спасибо, герои. Спасибо, победители.
Знаю! Помню! Горжусь!

Полотно победы было соткано не только из громких и крупных сражений, нет, оно было и из миллионов боев местного значения, незначительных стычек, схваток с врагом.
Таких, когда кажется, что огромные усилия затрачены впустую, люди напрасно подвергали себя бессмысленному смертельному риску.
На той войне часто слишком многими рисковали, слишком многие нашли себе на ней смерть.

Никакие из человеческих мук не бессмысленны в этом мире, тем более, солдатские муки и солдатская кровь, пролитая за свою землю. Есть в этом смысл! И был результат, иначе и быть не могло, потому что не должно быть.

Первым чрез Альпы перешёл Ганнибал, вторым Суворов.
Третьими были Иван и Джулия, но их история напоминает скорее библейскую.

Бог дал Еву в помощь Адаму. Помогла ли ему по большому счёту жена, вопрос спорный. Но без Евы Адам так и остался бы бездельником в саду Эдемском. С Евы началась и закрутилась история человечества.
Вероятно, и Джулия не сильно помогла Ивану. Может быть, она была ему в основном обузой. Однако, думаю, Иван и в одиночку вряд ли добрался бы до Триеста. Замёрз бы где-нибудь в горах рядом с известным Этци, и кончилась бы на этом его история. Джулия, как праматерь Ева, обеспечила продолжение.
Впрочем, бог знает, что могло бы быть. Судьба Фёдора Полетаева напоминает во многом судьбу героя Василя Быкова.

Помощники, к сожалению, бывают разные, да и бог не всегда создаёт одно только хорошее. Например, сотворив эсэсовца, бог дал ему в помощь немецкую овчарку, пастушью собаку...

История сильная. И, главное, хотя понятно, что это художественный вымысел и даже в некотором роде притча, в неё верится больше, чем в опусы нынешней патриотической пропаганды. По крайней мере, Василь Быков, в отличие о сегодняшних"экспертов", точно знал о чём писал.

Всем рекомендую. И сам почитаю ещё Василя Быкова.

Довольно интересное и не совсем обычное для автора произведение. Уже хотя бы потому, что на первом месте в нём не война, не тема психологического выбора, а любовь – то самое чувство, которое сперва оставляет в душе смятение, а затем заставляет радоваться и благодарить судьбу за то, что она существует.

Любовь – всегда остаётся любовью. И ей не помешают ни время, ни языковые барьеры, ни даже война. Казалось бы, всё это не вовремя: плен, чужая итальянская земля, побег, и мечты о Сопротивлении. Только во все эти планы советского военнопленного из безызвестных Терешек, что меж двух голубых озёр в Белоруссии, внезапным образом врывается она – хрупкая смешная девчушка, что также бежит из плена. А впереди у них Альпы – суровый переход через горы, погоня фашистской облавы, встреча с такими же бежавшими пленными.

Но Василь Быков не был бы верен себе, если бы не его фирменный, легко узнаваемый стиль. И полоумный лагерник оказывается не так уж и прост, другие пленные – готовы перегрызть горло за горсть хлеба. Проблема морального выбора: что было бы, пойди Иван против собственной совести и застрели этого австрийского идиота? Есть и непростые воспоминания Ивана о военных буднях – тех самых, что ещё до плена. Здесь и предательство, психологические испытания, проверка на прочность и силу духа. Пусть повесть и написана в далёком 1963-ом году, когда все ещё мечтали о торжестве коммунизма, да и критиковать его было чревато – у самого В. Быкова нет-нет, да проскакивают намёки на непростую жизнь людей, просчёты советского руководства. Внимательный читатель легко это заметит.

Очень хорошо показана трансформация чувств от смятения и ненависти к Джулии – этой итальянской дочери буржуа-фабриканта – до неожиданной нежности к той, что готова пожертвовать собой ради близкого, верности своей мечте и идее о мире. Очень сильным оказалось её письмо в эпилоге – эмоциональным и психологически насыщенным. Будто та заключительная сцена из к/ф «В бой идут одни старики». Эти три дня по заснеженным Альпам перевернут весь их мир – Ивана и Джулии, заставят одного, наконец, познать радость в любви, другую – найти своё призвание в жизни, посвятить её тому, кого будет помнить вечно. И её собственный 18-летний сын Джиованни – тому подтверждение (нехитрые расчёты позволяют смекнуть, кто его отец).

А я вот не могу сказать, что "Сотников" произвел на меня огромное впечатление. Возможно, потому что я выросла в Беларуси, и Быкова мне приходилось читать не раз и не два. И всю прочую белорусскую литературу впридачу. Если кто-то не в курсе - она почти вся про войну и партизан, до этого была о том, как белорусов притесняли при разных странах, которые их завоевывали, после.... ну если не брать авторов, которые про политику, все как у всех - про любовь, убийства и конец света :)
Быков нравится мне тем, что нет у него положительных и отрицательных героев. Есть просто люди. Это его противопоставление интеллигента Сотникова, рабоче-крестьянскому Рыбаку - это явный конфликт, но никак не разделение на хороших и плохих. У одного самое выдающееся деяние - спасти в детстве телегу, у второго самый ужасный поступок - поиграться с наганом отца. В итоге Рыбак несет на плечах через жизнь "хорошего парня", быть которым ему хоть и приятно, но чисто по-хозяйски неудобно (ну бросил бы он того Сотникова в снегу и донес бы до партизан ту овцу, его малодушие могло бы спасти еще минимум двоих человек, если не вспоминать о бедных детях, оставшихся на руках 11-летки). В то же время Сотников все пытается не ударить в грязь лицом перед покойным папой. Сидеть бы ему, больному и не лезть на тот хутор. Так нет же, другие не могу портянки сменить на сухие, а он со своим бронхитом по лесу должен идти... Его как подстрелили - он уже сразу не жилец был - не нужен одноногий партизан никому, да и полицай не нужен. Выбор был невелик, на самом деле: сдохнуть собакой или умереть героем. Парень просто извлек из ситуации максимум. А Рыбак? Кому охота умереть в 26, тут ножку поломаешь - слезами обольешься от чувства инфернальной несправедливости жизни, а человека винят за то что он, молодой и здоровый, отказался от петли и пыток? Вы толкьо представьте, что какия-нибудь гнида снимет с вас зимой верхнюю одежду, обувь и погонит по снегу, чтоб повесить на глазах у всех. Представили? Хорошо представили? Хотите погеройствовать? Я - нет.

Мое знакомство с творчеством Василя Быкова состоялось около 10 лет назад еще в рамках школьной программы. Да, именно школа подарила мне радость чтения таких прекрасных, но пронзительных и щемящих книг. Знакомство произошло именно с этой повести.
Потом были Третья ракета , Альпийская баллада и Обелиск . Под впечатлением от последней книги я хотела писать сочинение на выпускном экзамене. Правда, поделившись своей идеей с директором, встретила откровенное непонимание и запрет. Но Сотников - первая повесть Василя Быкова, которая открыла мне литературу о ВОВ. За прошедшие годы многое забылось, но мой трепет к этим книгам остался, я решила освежить в памяти прочитанное и открыть для себя новые произведения Быкова, начинаю снова с Сотникова. Это как возвращение к давнему другу.

Такая небольшая, но непростая повесть. Бесконечные вопросы о цене жизни, о цене настоящего поступка. Что вернее, благородно погибнуть или спасти свою жизнь любой ценой, даже ценой предательства и малодушия.

Что мог сделать Сотников в этом заранее обреченном на провал задании? В чем его ошибка?
Да ведь и Рыбак - не законченный негодяй, и ему не чужды жалость, смелость и верность боевому товарищу. Но только в последние минуты не у каждого найдется мужество взглянуть смерти, несправедливой казни в лицо.

Я до последнего надеялась, хотя не верила в хороший, спасительный исход всего действа, ведь это та литература, в которой такого исхода просто не может быть. И, как всегда, задаешься вопросом, почему уходят самые лучшие, самые достойные....

Какое-то странное впечатление у меня вызвала эта повесть.

Когда-то давно (на 1 курсе вроде) я прочитала другую повесть Быкова ("Дожить до рассвета"). Сюжет я плохо помню, но хорошо запомнилось новое неожиданное впечатление от книги о войне. В той повести трагический конец, причем даже не потому, что все наши погибли, а потому, что погибли они чуть ли не впустую, не унеся за собой в могилу почти никого из врагов, не взяв никакой пяди земли. Они даже не смогли выполнить свое задание. При этом все они были настоящие бойцы, отдавшие жизни за победу. И вот именно эта трагичность ежедневного подвига и жертвы, от которых как будто не видно никакого результата, тогда и оказалась для меня новой в книге о войне, а еще совпала с моим пониманием войны.

В повести "Альпийская баллада" снова возникло новое впечатление, когда уготованный автором трагический конец начинает казаться чуть ли не наилучшим для героев. Военнопленный белорус Иван и политзаключенная итальянка Джулия бегут из концлагеря. Убегают порознь, но встречаются по дороге, и Ивану по сути приходится соглашаться на компанию Джулии. Что ждало бы героев, если бы они дожили до конца войны? Не секрет, как Советский Союз относился к большинству советских военнопленных, даже в самой повести Иван вскользь размышляет об этом. Нужно застрелиться, чтобы в плен не попасть, или попробовать прорваться? А если прорваться не вышло? Если не ты идешь в плен, а тебя ведут? Если немцам тебя выдают местные, бывшие советские люди?
Так каковы были шансы у Ивана вернуться после войны в родную деревню в Белоруссию, а не в Сибирь? А жива ли была сама деревня? Не сожгли ли ее дотла фашисты? А каковы были его шансы взять с собой в СССР итальянку, пусть и с коммунистическими взглядами? Так, может, Иван и Джулия просто остались бы в Италии? Очень сомневаюсь, что Иван на такое согласился бы, да и Джулия тоже с ее наивной верой в замечательную Россию.
Как-то обреченность Ивана чувствуется и крутится этими мыслями в голове с первых строк. Другое впечатление производит Джулия, которая хоть и каждый вечер чуть не умирает от изнеможения, но каждое утро возрождается как феникс и снова в действии ее озорство. Так что, может, лучше так, как написал Быков.

Мне не понравился только эпилог -- письмо Джулии. Оно какое-то не то, в нем как-то много слов, но толком ничего нет, кроме патетики в адрес Ивана.

Первая книга за последнее время, над которой я плакала. Из-за вселенской несправледливости, из-за войны, из-за обреченности любви и отсутствия надежды. Здесь нет некторой липкости и слащавости, которые встречаются в современных книгах о любви во время Второй мировой войны.
Но есть удивительно красивая история любви двух людей, которым не суждено было бы встретиться в мирное время, но они все равно нашли друг друга благодаря побегу из концлагеря и совместному пути в Триесте. Герои у Василя Быкова получились чистые, благородные, даже не смотря на вынужденное ограбление лесника. Ведь Иван раскаивается в своем поступке, но иначе без тужурки и хлеба им не пройти через горные перевалы.
Первое время сеньорина Джулия - обуза для Ивана и в какой-то момент он даже думает оставить случайную попутчицу и продолжить свой путь к свободе в одиночестве. Для него этот побег уже четвертый и как же жаль, что он закончился неудачей. За время побега было очень много опасных моментов, но жизнь Ивана оборвалась за один шаг до долгожданного освобождения, но сделать его он был не в силах. Зато спас от овчарок Джулию, итальянскую девушку, которая за 3 дня стала для него самым дорогим существом на свете.
Главные герои очень разные. Серьезный Иван из крестьянской семьи и смешливая Джулия, дочь итальянского буржуа, сбежавшая от отца-фашиста. Он уверенно стоит на земле, она порхает в небесах, грезит о коммунизме, восхищается своим попутчиком и его Родиной, с гневом встречает слова о том, что и в колхозе не все так гладко. И голод случается, и людей угоняют в Сибирь по доносу, как это было с деревенским учителем.
Вся повесть построена на контрастах не только между героями, но и в окружении. Снежные перевалы, скалы и обрывы и маковое поле. Двое влюбленных и немцы, идущие по их следам. Чистая любовь и безумие сумасшедшего немца, до последнего не понимающего происходящего.
И название повести очень подходит, самая настоящая песнь Любви.

Перечитал в который раз.
Известная книга известного писателя об известной войне. Да ещё и из школьной программы. Ну, по крайней мере, из СОЫВЕТСКОЙ школьной программе – не знаю уж, что они там СЕЙЧАС изучают.
Ох! Даже не знаю, что сказать...
Безнадёга сплошная.
Именно чувство безнадёжности, обречённости, бестолковости какой-то внушает автор, причём, на мой взгляд, намеренно. А вот зачем? Просто так? Захотелось описать как бессмысленно и бестолково всё бывает?
Я не признаю искусства ради искусства. Книга должна вести человека к совершенству.
Занимаясь искусством ради искусства можно оправдать даже постмодернизм.
Быков РАЗВЕНЧИВАЕТ войну, но ведь война бывает СПРАВЕДЛИВОЙ.
Иногда война необходима, как необходима подчас операция. Быков воевал, а ощущение такое, будто повесть писал пацифист. А ведь Великая Отечественная была одной из самых справедливейших войн! Я бы не стал её ТАК описывать – мне это кажется дурным.
Ну да, бог с ним!

Вся жизнь за три дня

Что можно успеть сделать за три дня?

Если ты студент, можно попробовать написать курсовое исследование.

Если у тебя уже есть профессия, можно попробовать успеть выполнить работу раньше предполагаемого срока.

Если у тебя имеются недоделанное ранее дело (недовязанные носки, недовышитая крестиком картина), можно попробовать успеть дело закончить.

Три дня – это так мало! Это всего лишь 0,82% прожитых дней от года. Или 0,01% прожитых дней от 50 лет. Но иногда в противовес законам математики и логики три дня могут оказаться 100% полноценной человеческой жизни.

Как такое возможно? Ответ ищите в повести Василя Быкова «Альпийская баллада».