Альберт Швейцер. Картина жизни

И только благодаря тому, что Елена понимала важность замысла своего мужа и, находясь в Европе, деятельно помогала ему во всем, Швейцеру удалось заново создать, а впоследствии и расширить прославившуюся на весь мир больницу в Ламбарене.

Совместно с Эммой Мартин она великолепно организовала постоянную помощь больнице из Европы. Таким образом, заслуга Елены Швейцер в осуществлении дела, которому посвятил свою жизнь ее муж, весьма велика.

Существовала одна важная проблема, которая долгое время ставила под вопрос планы Швейцера: его жене по состоянию здоровья была противопоказана Африка, не говоря уже о том, что ей надо было растить пятилетнюю дочь Рену.

Супругам Швейцер пришлось принять суровое решение — о разлуке на долгие годы.

14 февраля 1924 года Швейцер простился со своей семьей и страсбургскими друзьями. Начинался второй «исход» в Африку. На этот раз Швейцер уже не чувствовал себя «авантюристом милосердия».

В свое время, когда он принял решение ехать в Африку, над ним смеялись, его ругали, объявили безумцем. Война бесславно оборвала его работу. У Швейцера был один выход — продолжить прерванную работу в Африке. Любое другое решение было бы на руку тем, кто называл его «чудовищем милосердия».

Необходимо было поставить африканское предприятие на прочную основу, настолько прочную, чтобы оно могло успешно противостоять всем мировым бурям.

Швейцер решил снова отправиться в Африку. В ту пору ему уже было около пятидесяти лет, и ему не терпелось вновь посвятить себя непосредственному служению человеку.

«Мировоззрение благоговения перед жизнью принимает мир таким, какой он есть.

Мир — это ужасное в прекрасном, бессмысленное в осмысленном, страдание в радости. В любом отношении он остается для человека загадкой». -(А. Швейцер).

Приняв решение служить людям, а уж тем более самым обездоленным из обездоленных в девственном лесу Африки, он считал самым подходящим для этого спартански простой образ жизни. Ему не потребовалось привыкать к нему — всю свою жизнь он жил только так.

"У правды нет урочного часа. Ее время всякий раз наступает тогда и именно тогда, когда она кажется самой несвоевременной. Заботы о тех, кто в беде — у себя дома или на далекой чужбине, правомерны уже тем, что они пробуждают нас от бездумного равнодушия и вызывают к жизни дух человечности". -(А. Швейцер).

В душе Швейцера созрело решение снова поехать в Африку и продолжить прерванное войной дело помощи африканцам.

Швейцер с радостью отмечает:

«В Уппсале я впервые встретил отклик на мысли, которые вынашивал в течение пяти лет. На последней лекции, излагая мою основополагающую идею благоговения перед жизнью, я так разволновался, что с трудом мог говорить».