Восстание ангелов. Остров пингвинов

Понятия не имею, как эта книга вообще ко мне попала, но знакомство у нас вышло крайне занимательным.

Меня ввело в заблуждение название, ну и аннотация ещё, которая в моём издании составляла буквально две строчки, в которых было только что-то про ангельский бунт в 1914 году. Начиная читать, я ожидала чего-то мистико-драматичного в стиле, может быть, "Фауста", ну или хотя бы беллетристики вроде "Скорби Сатаны".

Что получила, описать сложно.
(Какое-то "вас обманули, вам продали гораздо лучше".)

"Восстание ангелов" - это такая социальная драма в сатирическом антураже чистой фантасмагории, и речь в ней вообще не про ангельский бунт, по крайней мере, не в теологическом понимании.
Никогда прежде мне не встречалось представления архангела, который живо рассуждает о классовой борьбе, и я до сих пор не могу определиться, это образ гениальный или безумный.

Всё здесь перевернуто с ног на голову: ангел-хранитель сбегает от своего человека, чтобы вершить революцию, потому что начитался захватывающих книжек в старой библиотеке, человек в свою очередь становится хранителем ангела, чтобы вернуть его на путь истинный, демоны превращаются в добрых богов, добрые боги - в закостенелых чудовищ, грехи и добродетели неотличимы.

В большей мере это роман о революции и её механизмах, о социальных изменениях, которые она приносит, и том, что последствия радикальных решений могут сломать больше, чем починить. Автор явно писал о французском обществе начала предыдущего века и идеях, которые в этом обществе яростно бурлили, и ангельский флёр - не более, чем иносказательное средство.
Такой роман мог родиться только в неспокойное время, которое царило тогда в мире, и он такой же неспокойный, как все двадцатые годы разом. Персонажи бурно творят глупости, рыдают и прощают, всё время куда-то бегут, поддаются порокам и тут же клянутся, что никогда больше, чтобы на следующий день заняться тем же самым. Действия очень много, персонажей тоже хватает, и выглядят они все, во-первых, колоритно, во-вторых, очень живо.
Хотя воспринимать их надо с поправкой на то, что сто лет назад в обществе были не только другие манеры, но и представления о прекрасном. Воспринимать того же Мориса всерьёз из нынешнего времени достаточно сложно, да и с ангельскими образами всё своеобразно.

Впрочем, после всех томов геймановского "Песочного человека" и "Люцифера" меня сложно чем-то удивить в альтернативных религиозных подходах, так что общая концепция гностицизма, которая ожидаемо тянет за собой превращение добра в зло и обратно, в романе меня ничем не смутила. Я с ней не согласна, но читать было всё равно увлекательно, а с учётом того, что книге больше ста лет, прямо свежо: автор бодренько натягивает демонов на даймониев и выпускает в свой прекрасный дивный мир. Наверное, пока это самое раннее использование религиозного синкретизма в художественной литературе, которое мне встретилось.

Интересно, что Франс явно очень тяготел к мифу о совершенной Древней Греции, эдак примерно треть романа посвящена тому, как там было хорошо и как великолепно развивалось человечество в эллинской колыбели. Опять же, не могу согласиться с этим возвышенным представлением, но для начала XX-ого века такое восхищение вполне понятно.

Весь роман закономерным образом выливается в финал - сюрреалистичный и красивый одновременно, и умещается он в нехитрую сентенцию, что борьбу с невежеством надо начинать с самих себя, а уже потом лезть свергать старых богов, чтобы не повторять их ошибок. Старую сказку о том, что убивший дракона сам становится драконом, автор завернул в несколько красивых слоёв дополнительных смыслов, но внутри она остаётся всё такой же простой.
И это роман не портит.

Читается очень легко, язык автора прекрасен, как рассвет. Ядовитым сарказмом он прошёлся по всему, что смог найти вокруг: по Республике, по империям, по анархистам, нигилистам и консерваторам, по полиции и преступникам, по военным и гражданским, по капиталистам, банкирам, финансистам и ювелирам, мужчинам и женщинам, высшему свету и рабочему классу, взрослым, детям и даже чёрному пуделю. И по тому, что найти не смог, но смог представить, включая райские сады, адские бездны, олимпийских богов и пробегавших мимо нимф.
Просто никто не ушёл обиженным.
Социальная критика - моё почтение, местами доводит читателя до гиеньего хохота. Причём, что характерно, немалая часть высказанных мыслей актуальна до сих пор и будет таковой примерно всегда.

Это было так странно и притягательно одновременно, что, возможно, я теперь и про пингвинов наконец прочитаю.

Продолжаем грызть кактусы и знакомиться с французскими трактатами. Не буду скрывать, книга привлекла мое внимание своим названием. Однако, "Остров пингвинов" оказался не совсем уж про пингвинов, да птички есть, но еще больше про общество, изображенное гротескно и с большой долей сатиры.

Дичь начинается уже в начале, с крещения пингвинов. Далее следует совещание в раю на тему "достойны ли пингвины быть христианами?". На этом моменте я подумала, что мне не хватает волшебных таблеток дабы понять замысел, но все стало потихоньку выравниваться. Пингвины стали становиться людьми как внешне, так и внутренне, а где человек — там порок. С каждой главой все больше погружаешься в историю Пингвинии, наблюдаешь расцвет цивилизации, не обошлось и без войны. Примечания в конце книги помогают понять многие насмешки Франса, а так же различные отсылки. Мне кажется большее удовольствие "Остров пингвинов" доставит знатокам французской истории, а уж если читать в оригинале, то сатира покажется еще более колкой.

И ангел-хранитель Мориса, заказав два стакана кофе, стал посвящать товарища в свои мысли и планы. Он рассказал о том, как, пребывая на земле, увлекся исследованиями, мало обычными для небесных духов, занимался богословием, космогонией, мировыми системами, теорией о сущности материи, современными учениями о превращении и потере энергии. Когда он познал природу, то увидел, что она находится в постоянном противоречии с поучениями господина, которому он служил. Этот алчный к восхвалениям повелитель, которому он так долго поклонялся, стал теперь в его глазах невежественным, тупым и жестоким тираном. Он отрекся от него, проклял его и будет бороться с ним. Он горит желанием снова поднять восстание ангелов. Он жаждет вступить в борьбу и надеется на победу.

Вот он, сюжет этой книги, емко уложившийся в одну-единственную цитату. Это если вкратце. Если вдаваться в детали, то вы встретите в ней маньяка-библиотекаря, ангела, который хранит свои крылья в шкафу, и их постепенно пожирает моль, получите экскурс в мифологию, а заодно и любопытную версию того, кто же такие падшие ангелы.

Книга Франса, к сожалению или к счастью, относится к той категории книг, отзыв на которую написать очень сложно. Это сатира, сатира политическая, религиозная и социальная. Ангелы-террористы, собирающиеся захватывать небеса с помощью изготовленных на коленке бомб. Ангел-банкир, советующий им купить побольше электрофоров, потому что армия Бога увеличивает арсенал молний. Я даже ждала увидеть ангела-эрцгерцога, но увы.

Красивый язык, абсурдные ситуации, перевернутая вверх ногами причинно-следственная связь. Думаю, любителям жанра книга придется по вкусу. Но, увы, это немного не мое.

Да, я понимаю, что это - сатира. Да, понимаю, что хотел сказать автор, но... Но не принимаю.
Сначала читать было действительно интересно, первые две или даже три части. Но потом, как говорится, понеслась душа в рай. Автор ударился в политику, полемику, пародию и злостную сатиру на злобу дня. И, что называется, скатился. Не раз и не два хотелось крикнуть: "Да оставь ты уже все это! У Бальзака, Золя и Фейхтвангера то же самое получится поинтереснее!" Дочитывала исключительно потому, что книга не такого уж большого объема и, к тому моменту, когда начала что-то подозревать, осталось не так уж много страниц. Но все равно, мне случалось даже чуть ли не засыпать над последней частью и пришлось усиленно вливать в себя кофе. А отложить на завтра... ну, не слишком хорошая идея, ведь тогда я бы вообще бросила книгу недочитанной.
Чем вот именно это издание было ценно - тем, что книга была издана в 1956 году, до (очередной) реформы русского правописания, где "чорт" еще пишется через "О", а не через привычное "Ё".
Три балла - за первые три части, где было действительно и смешно, и интересно... нормальное такое фентези. Ему бы и дальше фентези писать, ан нет...

Быть сатириком - непростое ремесло. Нужно постоянно поддерживать нужное настроение в своих речах: с одной стороны, шутить доступно и на злобу дня, с другой - не пересекать тонкую черту между сатирой и откровенной презрительной насмешкой. И это если не учитывать того, что некоторые и вовсе не улавливают тонкий юмор, который сатире как пища и вода.

В наш век, когда юмор несколько изношен, если не сказать потрепан, и втоптан в плоскости самые низменные, одна из ведущих радостей восприятия сокрыта в нахождении того самого Юмора с большой буквы: умного, лукавого и точного. Пусть мне понадобилось открыть для этого книгу более чем столетней давности, жалеть уж точно не пришлось.

Первая книга Анатоля Франса, которую я прочла, доказывающая мне, что я столкнулась с редким автором, актуальным для любого времени, потому что хорошая сатира не устаревает, даже когда высмеиваемые события давно канули в Лету. История Франции (а в более широком смысле - история Европы, почти история мира), поданная под терпким соусом шуток и аллюзий, доставила немало приятных минут. Для меня в первую очередь книга стала неким универсальным пособием о том, как нужно и можно шутить, обсуждая вещи самые серьезные, - вроде крещения народов или завоевательных Наполеоновских войн. Можно высмеивать, не боясь, да и почти не скрываясь, любые мирские несуразности, если делать это смело, но удачно. Франс всю книгу гуляет по острию, ни разу при том не скатившись до замшелых банальностей, все его шутки уместны и действительно смешны, но притом требуют для себя читателя подготовленного. Оценить такой юмор можно лишь будучи достаточно ознакомленым с историей Франции, что делает книгу немного более узконаправленной, но от этого не менее меткой.

Франс уважает своего читателя: он предлагает посмеяться, а потом поразмышлять, и в этом достоинство настоящего мастера своего дела - книга не останется пустышкой, которую можно ценить разве что за обилие удачных (но в существе бессмысленных) шуток, она оставляет приятное послевкусие утонченного и изысканно тонкого романа, где под покровами постоянных лукавых ремарок скрывается горькая усмешка человека поистине думающего, который видит и понимает сущность неидеального мира, но не станет никого этим попрекать.

Лишь скажет: давайте немного остудим все прибывающую тяжесть, посмеявшись над ней.
Он не предлагает решений, да и не в этом были цель и смысл этой книги. Он говорит: пусть вас забавляют смешные потомки обращенных в людей пингвинов, не забывайте, что пингвины - это вы.
Франс реалистичен, как зеркало, которое поначалу было кривым, но потом каким-то чудом стало обыкновенным.
И его зеркало гораздо лучше отрезвляет, чем беспрерывное нагнетание атмосферы в стиле "как же все в этом мире несовершенно", это абсолютно точно.

Ох, и хитрец же месье Франс! Заманил меня интригующим началом, намекнул на мистический детектив, насмешил забавными ситуациями, а потом кааак вывалил на меня богословские рассуждения и философские разговоры.

Я бралась за книгу без ожиданий, просто для того, чтобы познакомиться с автором. Знакомство вышло примечательным. Сначала я "Восстание ангелов" слушала, потом поняла, что в гуще событий теряю нить сюжета, и перешла на печатную версию, а гуща событий превратилась в долгие разговоры о Боге и человеке в кафе. Анатоль Франс как будто катает меня в тележке старьевщика по улицам Парижа - тут летим как на крыльях, потому что дорога широкая и свободная, там трясемся по булыжникам узкой мостовой, вот застряли в людской толпе, а здесь едем тихо-тихо, чтобы не попасться на глаза полицейским.

Начало истории интригует: в огромной библиотеке господина д'Эпарвье, где каждое бесценное издание хранилось на своем месте, вдруг совершается немыслимое. Книги оказываются в полнешем беспорядке, их явно кто-то читает  перечитывает. А господин архивариус не может поймать преступника.

В это же время ничего не подозревающий юный Морис, наследник владельца библиотеки, предается нежной страсти с госпожой Жильбертой, когда к нему врывается его ангел-хранитель и объявляет, что он-де  прочитал достаточно много человеческих книг, чтобы понять всю низкую сущность Бога и готов объявить тому войну.

Эта встреча Мориса и Аркадия-Абдиила запускает такую цепочку разнообразных событий, что порой казалось, что я читаю одновременно детектив и комедию положений. И при этом постоянно хотелось воскликнуть: А разве сейчас не так? Разве сейчас книги не вызывают бурные реакцию и желание что-то изменить? Разве харизматичный лидер не способен поднять соратников на восстание? Разве революции не заканчиваются одинаково?

Вся книга - большая-большая метафора. Нет там настоящих ангелов, херувимов, демиургов и грустного Сатаны. Есть люди, книги и мысли...

Сатира на историческую тему какая-то... вся одинаковая. При прослушивании этой книги мне с раздражением вспоминались и "Путешествие Гулливера", и "Записки о кашачьем городе". Что же мне так не нравится? Чтобы оценить сатиру нужно, во-первых, хорошо представлять, что обсмеиваем. История Франции. Хоть я вроде как и узнавала личности и события, но мне, видимо, так на них плевать, что и сатира на них не вызывает особых восторгов. И всё так сумбурно, бессюжетно. Сплошное остроумие автора - с перескоками на очередное историческое событие. Вот так книга и шла - скука.
А всё дело в таком интересном начале! Завязка потрясающая - священник по слепоте окрестил пингвинов и... и всё. Теперь пингвины вошли в дом господень и всё им причитается как людям. Но это ж пингвины! На небе собирается консилиум во главе с Богом, и они там озадаченно решают, как теперь быть. Это было очень здорово, свежо, весело! И начало пингвинов-людей было резвое, смешное. А потом пошла историческая сатира - и постоянное чувство, что при всё это я уже где-то читала. Или точно такое же.
Наверное, книга просто устарела.

"Зачем же, голубчик, так утруждать себя составлением исторического труда, когда можно попросту списывать наиболее известные из имеющихся, как это принято? … Ну, что такое новшество? Дерзость — и только!"

Рецензия прислушавшегося к рекомендациям
"Остров пингвинов" представляет собой едкую сатирическую пародию (или великолепную социальную сатиру или злую безжалостную насмешку или воспроизведение в гротескно окарикатуренном виде или ядовитую сатирическую атаку) на историю Франции. Как справедливо замечают читатели: здесь рассказывается история не одного человека (т.е. пингвина), но целой цивилизации.

Несколько слов о сюжете: появление пингвиньей расы стало результатом действий чрезвычайно активного (но, увы, не отличающегося острым зрением) благочестивого проповедника Маэля. Однажды близорукий святой Маэль по ошибке окрестил стаю пингвинов (кажется, это называется обращение язычников?) и тем самым поставил непростую задачу перед богословами-обитателями рая: имеет ли такое крещение силу? Бурный и продолжительный теологический диспут на небесах окончился волевым решением всевышнего: птицы будут превращены в людей.

История пингвиньего человечества оказалась бурной и богатой на запоминающиеся свершения (правда, запомнили их все по-разному): пленение дракона Святой Орбозой, череда дворцовых переворотов, империя Тринко и некое подобие 20-ого века к концу повествования (по свидетельству одного читателя 2015 года в последней главе автор даже забегает вперед и в целом предугадывает развитие общества с незначительными промахами).

Общепринятым является мнение, что не только история Франции, но всё западное общество и даже многовековая человеческая цивилизация в целом отражаются в мутном зеркале франсовской истории Пингвинии. При этом автор уважает своего читателя: он предлагает посмеяться, а потом поразмышлять (по всей видимости, допустим и обратный процесс), и в этом достоинство настоящего мастера своего дела. Правда, раздаются и критические замечания по поводу романа: не всем читателям история пингвинов кажется ровной, временами повествование представляется сумбурным и несколько скучным из-за отсутствия какого-либо действия или динамики (с учебниками истории всегда так). Но тем не менее книга оставляет приятное послевкусие (с нотками перца, сатира всё-таки) утонченного и изысканно тонкого романа.
Впрочем, в общей оценке читатели практически единодушны: книга читается легко и приятно.