The Backwash of War The Human Wreckage of the Battlefield as Witnessed by an American Hospital Nurse

В 1916 году американке Эллен ла Мотт довелось поработать медсестрой в военном госпитале неподалеку от Ипра. Под впечатлением от увиденного она написала 14 небольших рассказов, которые и составили сборник "На отливе войны". Сборник этот моментально запретили как во Франции, так и в Великобритании, а после вступления в войну Америки книгу запретили и там. Как шутил герой одного из рассказов, хоть в чем-то в Антанте согласие.

Причины запрета очевидны: на каких-то 130 страницах ла Мотт успевает поглумиться практически над всеми патриотическими штампами. Она еще в предисловии говорит о том, что про подвиги, храбрость и благородство все напишут и без нее, поэтому ей куда интереснее рассказать о той неприглядной взвеси, которую поднимает "отлив войны". Ну вот она и рассказывает — короткими рублеными фразами, с хладнокровным описанием гангрены, выпадающих кишок и повисших на ниточке глаз, без единого положительного персонажа. Даже если где-то появляется намек на какое-то теплое чувство — например, санитар показывает фото оставшейся дома жены — то через несколько страниц это чувство будет вырвано с корнем, ведь этот же санитар ночью отправится в деревню спать с 14-летней бельгийкой. Разумеется, по обоюдному согласию — всем ведь известно, что принуждают девочек к такому только варвары-немцы с другой стороны фронта!

Книга хороша не только как исторический источник, но и как литературоведческий артефакт. Она написана стопроцентным телеграфным стилем (он же "ноль-стиль") — и тут очень важно еще раз проговорить, что написана она в 1916-м, то есть задолго до Хэмингуэя. Таким образом, вполне вероятно, что создательницей телеграфного стиля является именно ла Мотт, а еще очень может быть, что Хэмингуэй ею вдохновлялся — удалось найти информацию, что рукописи ла Мотт хранились у Гертруды Стайн, ну а Хэм на каком-то этапе жизни от Стайн практически не вылазил.

Книгу однозначно стоит читать всем, кто интересуется Первой мировой, а также любит хорошую короткую прозу — местами тут чистый Чехов, только с поправкой на тематику и стиль. Не стоит читать книгу чувствительным читателям — страницы сочатся кровью, гноем и прочими выделениями, если вы к этому не готовы, то лучше пока почитать что-нибудь другое.

5/5

Это сборник рассказов из первых рук о французском фронте Первой мировой войны. Будучи медсестрой Эллен Н. Ла Мотт описала жизнь в полевом госпитале возле окопов. Латание, лечение и возвращение солдат на фронт только для того, чтобы они вернулись и повторили цикл. Кроме того, солдаты становились старше по мере продолжения войны, поскольку молодые солдаты были израсходованы.

Это не книга, полная надежды и приятных историй искупления. Это книга об отчаянии и безнадежности, а также о беспощадной реальности войны.

"На отливе войны" Эллен Н. Ла Мотт — это сборник полудокументальных рассказов о Первой мировой войне с точки зрения медсестры прифронтового госпиталя. Источником этих историй стал еë личный опыт, полученный в 1915-1916 гг. Сама книга вышла, когда боевые действия ещë не закончились. Она пропитана пессимизмом и сосредоточена на ужасах войны, хотя не лишена и мрачной иронии. Написаны рассказы очень талантливо и обладают прекрасным слогом, судя по переводу Даниила Лебедева. Истории крайне мрачные, полные натурализма и страданий: как физических, так и душевных. Эллен Н. Ла Мотт работала в палате для тяжелораненых, большинство из которых невозможно было эвакуировать, поэтому зачастую в центре рассказов чья-то смерть и путь к ней. Больные каждый раз разные, а медработники переходят из сюжета в сюжет. В большей мере это короткие зарисовки, чем истории с чëтким сюжетом. Весь сборник умещается на ста двадцати страницах малого формата с достаточно крупным шрифтом, плюс около семидесяти страниц сопровождающих материалов об авторе и еë книге. Это издание вполне можно прочитать за один день или вечер.

При всех несомненных достоинствах книги есть опасность увидеть в ней единственную возможную правду. Тогда как она вполне определëнно сфокусирована на худших проявлениях войны и, кроме того, основана на очень узком опыте пребывания в конкретном госпитале в один из периодов Первой мировой. Внимание Эллен Н. Ла Мотт приковано к мучениям, страху, трусости, подлости. Что-то положительное даëтся мельком и обычно для того, чтобы затем быть опорочено или оттенено чем-то ужасным. Автор и не скрывает этого, прямо декларируя, что у войны есть две стороны медали. О героическом и без неë почти все говорят (напомню, боевые действия ещë не закончились), поэтому она сосредоточится на противоположном. Это более чем допустимый подход, но не следует принимать частное и субъективное за общее и объективное. То, о чëм рассказывает Эллен Н. Ла Мотт было и такого было предостаточно, но не только этого.

Любая книга не существует вне контекста. У оригинального издания был свой. У русского перевода, выпущенного Издательством Ивана Лимбаха в 2024 г., свой. Думаю, не ошибусь, если скажу, что значительная часть людей будет приступать к чтению с желанием в итоге лучше понимать происходящее сейчас на фронте и в госпиталях, либо с желанием подтвердить свою точку зрения о всеобщем разложении и нравственном упадке. Я советую очень аккуратно проводить аналогии. Между этими боевыми действиями целое столетие. Характер войны за это время серьëзно изменился, как и французы 1916 года при многих пересечениях не идентичны русским солдатам в 2024. Можно найти немало схожего, но и немало различного.  Однако забывать, что эти истории происходили не здесь и сейчас, а век назад и в Бельгии (именно там располагался госпиталь) не стоит.

Мой собственный опыт пребывания на фронте и в разных госпиталях с тяжëлым ранением говорит мне, что бессмысленно пытаться найти правду только в героическом или только в ужасном. Война — это место контрастов. Люди там проявляют как свои худшие, так и лучшие качества, а порой и то, и другое. При этом не существует какой-то одной личной истории, личного опыта одного человека, который мог бы описать всю войну. Она распадается на множество отдельных и очень разных историй, где каждое подразделение, каждый госпиталь — это свой отдельный мир. Ко всему прочему многое зависит от субъективного взгляда конкретного человека, а это тоже окрашивает одни и те же события по-разному. Поэтому я всем советую прочитать "На отливе войны": это прекрасная книга, которая будет полезна людям разных взглядов. Но также советую помнить, что это только один из фрагментов сложной и многообразной картины человеческих войн и поведения людей на них.

Это было невкусно и грустно.
Ну, правда. Вы бы знали, КАК я хотела прочитать этот сборник рассказов о войне, навесив себе макаронных изделий на уши с помощью аннотации: запрещённая в некоторых странах из-за описаний ужасов войны и самое громкое антивоенное высказывание. Нет, я даже понимаю, почему книга может понравиться — Ла Мотт хорошо прошлась по всем военно-патриотическим штампам, мол-де никому не нужна эта ваша война, она как мясорубка перемалывает всех, кто в неё попадает, а Благодарная Отчизна напоследок задорно похрустит твоими останками и выплюнет, так что даже не надейся на благополучный исход.

Так что же тогда не так?
Эта книга полна ненависти: французов — к бельгийцам, бельгийцев — к французам, французов — к Англии и иностранцам, врачей — к пациентам, пациентов — ко всем вокруг (ладно, не осуждаю, никому не хочется умирать и «правильных» эмоций здесь быть не может) и, что самое печальное, госпожи Ла Мотт к окружающим.

То есть понимаете, да? Американка, работавшая медсестрой во французском госпитале, упивается чужими страданиями, ведь кому интересны лёгкие болячки? То ли дело палаты с тяжелобольными, вот где развлекуха-то, товарищи: кровь, кишки наружу, блевота, запах говна на всю комнату, крики не желающих умирать — и умирающих — мужчин... А ещё жёны у них уродливые, зачем-то они эти фотки дурацкие показывают, кому нужны их жёны-то вообще, фи...
Бррр. Я не ханжа, спокойно отношусь к физиологическим подробностям в текстах книг, я понимаю, что читаю сборник рассказов о войне, но если вспомнить ту же Алексиевич «У войны не женское лицо» или «Последние свидетели», то сравнение выходит явно не в пользу Ла Мотт.

Подводя итог — книга летит в «Разочарование года», да, вот так, этот список появился уже в марте, открыт госпожой Ла Мотт, добро пожаловать. Вместо антивоенного высказывания я получила книжку, сочащуюся желчью и ненавистью ко всем, спасибо, не моё.

P. S. А ещё фан-факт: из 200 страниц книги в моей читалке рассказы занимают 111. Всё остальное — любование госпожой Ла Мотт в предисловии, послесловии и её биографии. Послесловие сначала долго и нудно приводит нам цитаты восторженных критиков и описывает тяжкую судьбу книги, а дальше идёт анализ рассказов... С цитатами этих же рассказов, которые мы читали ранее... Мы так в университете воды наливали в курсачи, чтобы страниц побольше вышло, здесь что, тот же случай? Зачем так растягивать эту несчастную книжицу? Короче, это ещё минус балл от общих впечатлений.