Stepbrother Dearest

Я знаю, что это не должно меня волновать. Но когда речь идет о тебе, мне не важно, что я должен, правила не имеют значение.

Думаю, некоторые вещи не меняются, разве не так?

Я чувствую, что ты видишь меня таким, каким большинство людей не видит. Поэтому заставить тебя ненавидеть меня было невозможно, ты знала, понимала, что все, что я говорю и делаю, наносное, что это не истинный я. Спасибо, что ты оказалось достаточно проницательной, чтобы видеть меня насквозь.

Удивительно, как быстро человек может отбросить уязвлённую гордость, когда чувствует, что кто-то, причинивший ему боль, нуждается в поддержке.

Элек вытирал с глаз слезы. Я испытала шок, увидев, как мой суровый сводный братец откровенно плачет.

Это было лишь доказательством того, что осознание потери может настигнуть нас в любой момент, и мы не вольны его выбирать. Иногда момент срыва можно предсказать, иногда это случается неожиданно. Он сдерживал слезы на поминальной службе и на похоронах, но дал волю чувствам лишь сейчас, в казино, среди толпы чужых людей.

Все может случиться. Всегда есть надежда. Потому что я и глазом не успею моргнуть, как мне стукнет девяносто, и я буду ждать, когда откроется шведский стол. Когда наступит это время, мне не хотелось бы о чем-то сожалеть.

– Похоже, мысли у вас заняты чем-то совсем другим, милая.

– Вы так думаете?

– Кто этот парень и чем он занимается?

Я в жизни никогда больше не увижу эту пожилую женщину. Почему бы не излить ей душу?

– Какую версию вы предпочитаете – длинную или короткую?

– Мне девяносто лет, и через пять минут открывается шведский стол. Так что, давайте короткую.

Удивительно - вы можете провести всю жизнь, гадая, существует ли Бог, но в момент кризиса вы всегда взываете к нему о помощи, словно никогда не сомневались в его существовании.

Биение сердца – это искренность в ее первозданной чистоте.

По пути домой я думала лишь о том, какой несправедливой может быть жизнь. Тот, кто покинул тебя, не должен был возвращаться и заставлять тебя испытывать боль разлуки снова.