Об этой книге хочется говорить тихим голосом. Она и написана тихим, проникновенным голосом. Но, к которому прислушиваешься, затаив дыхание, стараясь не нарушить дорогие воспоминания, которые, словно истлевшие страницы старой книги приоткрывают когда-то живое время…
Дми́трий Серге́евич Лихачёв (28 ноября 1906 года, Санкт-Петербург, Российская империя — 30 сентября1999 года, Санкт-Петербург, Российская Федерация) — советский и российский филолог, культуролог, искусствовед, доктор филологических наук (1947), профессор. Председатель правления Российского (Советского до 1991 года) фонда культуры (1986—1993).
Академик АН СССР. Автор фундаментальных трудов, посвящённых истории русской литературы (главным образом древнерусской) и русской культуры. Автор работ (в том числе более сорока книг) по широкому кругу проблем теории и истории древнерусской литературы, многие из которых переведены на разные языки. Автор около 500 научных и 600 публицистических трудов. Внёс значительный вклад в изучение древнерусской литературы и искусства. Круг научных интересов Лихачёва весьма обширен: от изучения иконописи до анализа тюремного быта заключённых. На протяжении всех лет своей деятельности являлся активным защитником культуры, пропагандистом нравственности и духовности. 
Книга Дмитрия Лихачева – это не просто мемуары, а свидетельство очевидца. Потому что в его воспоминаниях и рассказах о своей жизни, как в увеличительном стекле отразилась целая эпоха. Причем, именно «оглушительность» этого отражения создалась не с помощью каких-либо художественных приемов, с помощью каких-либо анализов или «интерпретаций»… Читать книгу непросто – повествование достаточно плотно, много информации о людях, о событиях, о дальнейшей судьбе упоминаемых людей. Отчасти было даже как-то непривычно читать о столь драматических годах, судьбах, но при этом автор – Дмитрий Лихачев не дает воле эмоциям. Он описывает это очень документалистично, скупо на всякие живописные детали, но при этом восприятие становится только острее. Потому что прекрасно понимаешь, что это все реальность, а не приключенческий роман. Для меня это показалось как документальное кино, без комментариев. Сам язык Лихачева изображает то, что могли бы увидеть зрители, но не почувствовать - ведь многое нам, современным «зрителям» воспринять невозможно – слишком невероятно то, что пережило его поколение.
Книга для меня открыла тему по-своему новую, потому как я практически не сталкивалась с литературой о политических заключенных, за исключением нескольких авторов. Но здесь книга, в общем-то, не только этому посвящена, а она охватывает жизнь Д.Лихачева в «интерьере» его эпохи, которая вобрала в себя начало ХХ века, годы террора 20-30-х годов, блокаду, но книга при этом не имеет тона обличения или судилища. Это просто честный рассказ о жизни человека, судьба которого пришлась на такую жестокую пору. И вот что человек видел, и вот что он помнит.
«Чем шире развивались гонения на церковь и чем чаще и многочисленнее становились расстрелы на «Гороховой, два», в Петропавловке, на Крестовском острове, в Стрельне и т.д., тем острее и острее ощущались всеми нами жалость к погибающей России.Наша любовь к Родине меньше всего походила на гордость Родиной, ее победами и завоеваниями. Сейчас это многим трудно понять. Мы не пели патриотических песен – мы плакали и молились.
И с этим чувством жалости и печали я стал заниматься в университете с 1923 года древне-русской литературой и древне-русским искусством. Я хотел удержать в памяти Россию, как хотят удержать в памяти образ умирающей матери сидящие у ее постели дети, собрать ее изображения, показать их друзьям, рассказать о величии ее мученической жизни. Мои книги- это в сущности, поминальные записочки, которые подают «за упокой»: всех не упомнишь, когда пишешь их, - записываешь наиболее дорогие имена, и такие находились для меня именно в Древней Руси.»
Поначалу, когда воспоминания Дмитрия Лихачева касаются детских и юношеских лет, то он сам по себе как главный герой в некотором смысле заметен. Но потом, когда рассказ его касается времени заключения и пребывания его на Соловках, то его рассказ практически не о себе, а о людях, которые его окружали ( А.А.Мейер, Ю.Н.Данзас, Г.М.Осоргин, Н.Н.Горский, Э.К.Розенберг, и многие другие)… И поражает то, что в таких условиях, когда человек был унижен и обречен на, в некотором смысле, бессмысленную жизнь (потому что не было никакой определенности, уверенности в будущем), некоторые люди находили смысл в творчестве, учебе, размышлениях на разные интеллектуальные темы, могли сохранять не просто человеческое «лицо», но и оставаться мыслящими, добрыми, милосердными, с чувствующим и благодарным сердцем.
Многое меня потрясло в воспоминаниях Лихачева, но одно свидетельство долго преследовало болью в сердце – его рассказ о том, как спешно эвакуировали детей из Ленинграда и при этом брошенные сопровождающими дети при прорыве фронта, потерялись и не могли даже сообщить о себе сведения, кто они, чьи они…
В главе про «проработки» Лихачев рассказывает о том, что есть более страшное, чем война и голод – это духовное падение людей:
«Проработки» являлись гласным доносительством, давали свободу озлобленности и зависти. Это был шабаш зла, торжество всякой гнусности…Это было своего рода массовое душевное заболевание, постепенно охватившее всю страну…. «Проработки» 30-60-х гг. входили в определенную систему уничтожения Добра… Они были видом расправы с учеными, писателями, художниками, реставраторами, театральными работниками и прочей интеллигенцией»
И все равно, не смотря на честный рассказ о всех картинах своего времени, Лихачев посвятил книгу не эпохе, а людям. Это книга памяти – бережной и благодарной. Поэтому в ней менее всего самого Лихачева, хотя он и рассказывает о своей семье, о детстве, но потом все более и более о людях, которые его окружали, и которые в большинстве своем «сгинули» в страшном переломе истории. Я подумала, что Дмитрий Сергеевич умел любить людей, и потому так много вокруг он заметил хороших, каждого по-своему интересных, мужественных людей. Поэтому книга в послесловии содержит удивительное признание:
:«Люди – самое важное в моих воспоминаниях. …Как они были разнообразны и интересны!...И в основном люди – хорошие! Встречи в детстве, встречи в школьные и университетские годы, а затем время, проведенное мною на Соловках, подарили мне огромное богатство. Его не удалось удержать в памяти все целиком. И это самая большая неудача в жизни»
Для меня это было очень удивительно читать, хотя я понимала, какую роль придавал Дмитрий Сергеевич всем этим людям в своей памяти. Он так подробно и много написал про многих и многих людей своего времени, но параллельно отмечаешь для себя страшные картины всей первой половины ХХ века, и думаешь, что даже осмысливать это тяжело – душа сжимается. А жить через это все, и на исходе жизни суметь увидеть в Соловках что-то, чему благодарна душа – это действительно особое качество души.
Еще потрясло искреннее горе Лихачева, когда он описывал руины Новгорода после его освобождения. Я понимаю, что не всякий человек способен понимать кроме личного горя, например, горе от утраты исторического и культурного наследия… Но наверное, поэтому надо читать книгу Дмитрия Сергеевича Лихачева чтобы прикоснуться к тем людям, их памяти, которые тоже составляли по-своему историческую и культурную «ценность» для своей страны, да и вообще для людей, чтобы понимали что такое быть Человеком.
150 понравилось
