
Жизнь замечательных людей
Disturbia
- 1 859 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Как и несколько предыдущих книг из серии ЖЗЛ, посвящённых российским монархам, по которым я недавно делал тут рецензии, эту книгу я тоже прочел во время работы над докторской. Хотя она была посвящена экономике, в ней была и историческая составляющая, касающаяся эволюции хозяйственных институтов. В России были свои особенности у такого рода эволюции.
Так, если мы сейчас возьмём в руки стандартный учебник по экономике, там об этом почти ничего сказано не будет. Мы увидим темы, связанные с изучением разных видов рынков, спроса, предложения и цен, которые там устанавливаются. Можем прочитать как государство пытается влиять на экономику и ряд других тем. Но эта информация нам не даст полной картины понимания того, как происходит развитие экономики, страны, где эта экономика находится, особенно в долгосрочной перспективе - 200-300 лет например. Но за такой долгосрочной динамикой стоят определённые политические и хозяйственные институты, традиции управления, которые могут формироваться веками, но в дальнейшем они становятся своего рода стержнями, с укоренёнными традиционными практиками, связанными с вырабатываемыми стратегиями развития крупных стран, имеющих многовековую историю.
Эту логику можно проследить на примере развития тех же Китая и России. Для них характерно распространение такого хозяйственного института как редистрибуция (по терминологии К. Поланьи), масштабного централизованного перераспределения ресурсов. Это был во многом доминирующий хозяйственно-политический институт в стране. Рынок в этих условиях тоже существовал, функционировал, но играл отчасти подчинённую роль в развитии.
И хотя сейчас кажется, что такого рода централизация для той же экономики была характерна уже в наши времена, при СССР, но правильнее было бы рассматривать феномен плановой экономики не как нечто из ряда вон выходящее, но больше как усиление существовавшей издавна традиции, связанной с централизацией политической и хозяйственной власти, которая проявлялась и усиливалась в той или иной степени на разных исторических этапах существования страны.
И вот как раз правление Алексея Михайловича, которому посвящена книга, как его называли современники - "Тишайшего", тоже закрепило эту историческую тенденцию, способствующую централизации страны и её развитию. При его правлении произошло также очень много важных изменений, которые можно порой оценивать по-разному. Границы страны расширили на территорию уже всей Сибири и Дальнего Востока, было упорядоченно законодательство, окончательно упрочилась система крепостного права.
Он был отцом куда более известного в истории Петра Первого. Который однако не просто придумал новые пути развития страны, как может показаться, если мы смотрим на строительство того же парусного флота, открытие Академии и многие другие его преобразования. Многое из этих реформ начало реализовываться ещё во времена его отца. Появление новой армии на западный манер (так называемых полков "нового строя"), появление образовательных заведений на светской или полусветской основе, первый театр, развитие крупных мануфактур и разработка месторождений полезных ископаемых и др.
Сам "Тишайший" во время своего правления столкнулся со многими вызовами. Длительная война с Польшей, потом с турками и татарами за Украину (тут есть очевидные параллели с современностью), проблема с расколом в православной церкви, борьба с восставшими казаками во главе с Разиным, неудачная война со Швецией за выход к берегам Балтийского моря (задача, решённая его сыном), масштабные бунты (Медный Соляной), которые пришлось подавлять, возникшие из-за ошибок при проведении внутренней налоговой и денежной политики в стране.
Сегодня на этой площадке узнал, что отмечается День Спойлера). Но при всём желании по этой книге трудно спойлерить. Она содержит огромное количество исторических подробностей по всем упомянутым выше вызовам и проблемам, с которыми столкнулся этот царь. Как в примере с историей той же Украины. Подробно излагается этот сюжет, начиная с того как и почему Богдан Хмельницкий решил просить Москву о подданстве и далее подробно развивается тема того, как Москва воевала за обладание Украиной с Польшей и Турцией, каковы были особенности внутриукраинской политики, где в одно время даже правили одновременно несколько разных гетманов, которые часто переходили на сторону то Москвы, то Варшавы, то турок. Достаточно интересные подробности, помогающие понять, что всё и тогда было совсем не просто в политике, вокруг "украинского вопроса"....
В общем, мне книга очень понравилась. Похоже у неё было несколько изданий, обложка на картинке, которую здесь можно видеть, отличается от обложки книги, которая есть у меня. Наверное, это не принципиально.

- такие слова вложены в первый абзац предисловия, и с ними можно не только согласиться (особенно, после прочтения книги "Михаил Федорович" из серии "ЖЗЛ"), но и почти признать, что Игорь Андреев и есть тот историк, который умеет интересно рассказывать.
Говорю "почти" - потому что с середины книги начинаешь чуточку уставать от всей той исторической подробности, которую он вложил в свою книгу. Да, она получилась действительно подробной и полной, 600 страниц написано недаром. Но все же иногда хочется пролистать пяток-другой и поискать чего-то более интересного, потому что за подробностями исторического процесса теряется личность самого царя Алексея Михайловича, которому посвящена книга.
Итак, Россия, XVII век, на царский трон садится второй Романов, царевич Алексей. Он едва-едва старше того возраста, в котором стал царем его отец, бывший царский стольник Михаил Федорович. Зато он уже был готов к тому, что это ему придется царствовать. Иначе говоря, Михаил Федорович был сыном боярина, а Алексей - сын царя.
Алексей Михайлович вошел в историю под именем Тишайшего. Но насколько это был тихий царь? В быту, в семье, как человек - да. Преисполненный православной веры, очень набожный (даром ли - внук патриарха?), он имел незлобливый, не злопамятный нрав, если и вспыхивал, то быстро отходил. Но на государственном поприще бывал и строгим, и жестким, и карающим, и иногда не знавшим пощады.
Будучи очень приземленным, приближенным к миру, семье, церкви и разрешенным церковью житейским радостям вроде птичьей охоты и песнопений, царь, все же, не отстранялся от государственной деятельности (хотя, как видим из книги, мог бы браться за дела и почаще), и достаточно времени посвящал делам внутренним и особенно внешним. И вот мы видим, как "отсталая" Россия осмеливается "тявкать" на Европу, и не только сводит счеты с Польшей (ну тут, казалось бы, исторически так сложилось, что с поляками надо поквитаться за Смуту), но и шведов сапогом под брюхо задевает. Исход войн разный - где-то победы, где-то поражения, но мы видим, что царь - царствует. А не лежит на боку.
Другое дело, насколько это эффективно? Окруженный разными людьми, среди которых, как всегда, есть подлинно талантливые, а есть и бездари-стяжатели, Алексей Михайлович не имеет настолько твердой воли, чтобы иногда довести задуманное до конца. И хотя с годами его уверенность в себе и своих силах только растет, все же царствование не решает множество старых исконных проблем страны, в первую очередь финансового.
Морозов, Милославские, Нарышкины, Ордин-Нащокин, Хованский, патриарх Никон и многие другие - это те лица, которые связаны с именем царя Алексея Михайловича, которые сложили его эпоху и без которых не сложилась бы эпоха именно таким образом. Есть и другие имена, которые также прочно связаны с тем временем - Степан Разин и протопоп Аввакум.
Ближнее окружение, Соборное уложение, дружба и вражда с Никоном, церковный раскол и гонение староверов, эпидемия чумы, войны, медный бунт - все это подробно рассказывается в книге Игоря Андреева. Делается и вывод о том, насколько подготовленной оказалась государственная почва для тех изменений, которые внес его сын Петр I. Видно, что автора перерыл тщательно все источники, и сделал все, чтобы книга получилась удобочитаемой.
Почти удалось. Твердая четверка с твердым жирным плюсом.

Иезуит Скарга, ярый гонитель православия и ненавистник украинского крестьянства, должен был признать, что нигде не обходятся столь бесчеловечно с земледельцами, как в восточных областях Речи Посполитой: "Владелец или королевский староста не только отнимает у бедного холопа всё, что он зарабатывает, но и убивает его самого, когда захочет и как захочет, и никто не скажет ему за это дурного слова". (с. 220).

Событийность Петра — это событийность внешней жизни, шумная история строительства Империи. Событийность Алексея Михайловича — событийность внутренней жизни, сосредоточенное размышление о душе и вечное движение к Богу. Отец и сын несопоставимы ни по масштабам своей личности, ни по силе воли и глубине ума. Алексей Михайлович — человек средних дарований. Но в одном он, бесспорно, превзошел своего великого сына. В Тишайшем больше сострадания к людям, больше душевности и больше души. Благодаря этому время Алексея Михайловича, не менее бурное, чем время Петра, кажется более теплым, как кажется более теплой Москва в сравнении с холодным и чопорным Петербургом.
















Другие издания

