Малое собрание сочинений

Мне страшно по ночам.
Я простыню коленями горбачу,
лицо топлю в подушке, стыдно плачу,
что жизнь растратил я по мелочам,
а утром снова так же её трачу.

Еще немало на земле рабов,
еще не все надсмотрщики исчезли,
но ненависть всегда бессильна, если
не созерцает - борется любовь.

Выход в том,
чтоб озарял нас, души просветляя,
тот свет, который сами создаем.

... Чтобы понять человека,
его
надо представить у власти...

...но справедливость, к власти придя,
становится несправедливостью.

Так больно причинять другому боль! Когда осознаешь, что жить — жестоко, гуманней не родиться вообще. Но что же делать, если ты родился? Гуманнее всего — убить себя. Убить себя, чтобы не быть убийцей. Простите все, кого я убивал, прочтите мой дневник — и вы поймете, что получалось это поневоле, что никого из вас не ненавидел, что никого из вас не предал я, что всех я вас любил и всех люблю, и тем, что ухожу, — вам выражаю мою любовь непонятую к вам…»

Смерть многолика… У самоубийства не может быть всего одна причина. Когда за что-то зацепиться можно, нам не конец. А не за что — конец.

... ей что-то обещал и снова лгал. Ложь во спасенье — истина трусливых. Жестокой правды страх — он сам жесток.

Есть в слове «нужно» запах нужника, куда войдешь и в что-нибудь да влипнешь, так, что подошв потом не отскребешь.

И какое я право имела
веру в жизнь потерять, как впотьмах,
если люди, кайля онемело,
не теряли ее в лагерях!

Она ушла.
Она не уходила
с тех самых пор из памяти моей.

... я видел в дневнике биение любой малейшей жилки и вздрагиванье каждого комочка, как голубя, рожденного для неба, но спрятанного в тесной клетке ребер, и чувствовал я кончиками пальцев, касавшихся не строк, а рваных нервов, как под рукой пульсировали буквы.

... пусть вешаются только те, кто вешал,
и только те стреляются от страха,
кто на земле свободу расстрелял.

Народ, народ… Затрёпанное слово,
которым очень любят спекульнуть
сидящие на шее у народа,
привыкшие болтать с трибун о том,
как нежно они любят эту шею.

Мой румянец - не с витаминов,
не от пляжей, где праздно лежат,
а от хлещущих вьюг сатанинских,
от мороза за пятьдесят.

Открыв дневник, вы всё поймёте сами
и, может быть, напишете поэму,
так всем необходимую, - о том,
какой самообман - самоубийство…

Внутри большой истории Земли
есть малые истории земные.
...
История есть связь историй жизней.

Поэт в России - больше, чем поэт.

Когда, забыв о третьем, двое взрослых
ребёнком бьют по голове друг друга,
то разбивают голову ребёнку.