Фарфоровые затеи

Жанр: монолог подростка на фоне воспоминаний отца о воспитании этого парня.
О чём: сюжет прост, но на сколько же он широкий. Едет машина, и 16 летний пацан рассказывает о себе отцу. Мужчина, по ходу разговора, вспоминает как рос мальчуган, открывая жизнь героев с неожиданной стороны. Целая жизнь в этих воспоминаниях и рассуждениях мужчины.
Книга переключается с мужчины на парня и обратно. Один говорит вслух, другой про себя. Парню водитель отвечает, но за кадром (вот интересно, как сказать "за кадром" про книгу) и односложно, а вот во внутреннем монологе мужчина очень красочно размышляет и говорит то, что знать парню не следует.

ПОНРАВИЛОСЬ:
Герои. В книге лишь два героя, но как это часто бывает в семейных романах, за рассказом двоих цепляются истории людей что рядом. События множатся, а вселенная ширится. При всём при этом, главными действующими лицами остаются двое. Другие вмешиваются и резко, меняя сюжет и понимание происходящего, но всё внимание на двоих. Мне нравится, когда мало действующих лиц. Я всегда путаюсь, когда героев много.
Более того эти двое мне невероятно симпатичны. В юном я вспоминаю свою юность, такую же наивную и протестную, в другом узнаю современную свою рассудительность и спокойствие. Оба героя невероятно классные. Я полюбил обоих и жадно слушал голос автора, в тайной надежде, что книга никогда не закончится, а когда закончится, то у этих двоих будет всё хорошо.
События. Сюжет движется не спешно и вроде бы ничего не происходит. Если бы это был фильм, то зритель увидел бы машину и двоих в ней. Едут и разговаривают, вот и всё. Есть, правда, воспоминания и в них вся соль. Видим разговор отца с сыном, но тут воспоминание и всё переворачивается с ног на голову, потом другое воспоминание и снова всё не то чем кажется. Таких поворотов несколько и все они уместны и правдоподобны. Понравилось не только это, а то что сложности в прошлом раскрывают героев в настоящем. Люблю когда бытовые сложности в книге присутствуют не просто так, а чтобы раскрыть героев. Показать их читателю.
Нравится, что герои справляются с трудностями как могут. По человечески, без пафоса и геройства. Не всегда верно, но очень правдоподобно. Я люблю когда правдоподобно.
Увлекательно. Не мог оторваться и не о чём другом думать не мог, как о судьбе героев. Так что если захотите её прочесть/прослушать (вот придумали бы слово объединяющее два этих процесса) выбирайте выходные или отпуск. Может увлечь.
Озвучка. Слушал в прочтении автора. Люблю я когда авторы читают свои сочинения. Я думаю, что только авторы и гениальные чтецы могут верно передать интонации.
Так вот, Дина читает очень хорошо. Живо и дерзко за подростка и медленно и рассудительно от мужчины. Гендерная разница чтеца и героев вообще не ощущалась. Слушать приятно.
Экранизация. Есть фильм по повести. Заинтересовало. В виде фильма эту историю можно показать, иллюстрируя прошлое как поясняющие воспоминания. Правда, чтобы полноценно показать все эмоции героев нужен не один десяток часов.
Название. Название на прямую связано с историей. За прилагательным "двойная" скрывается двойственность происходящего. Двойная жизнь, двойная вина и двойное отцовство.
Конец. Последняя фраза в повести - это текст телеграммы как гром средь ясного неба. Автор так хорошо подготовила почву, что хочется крикнуть "Нет! Только не это!!!". Сильно, очень сильно. Жирная точка там где надеешься на многоточие.
Кому хочется посоветовать: отцам, мужьям и их жёнам. Подросткам, а так же матерям сыновей.
И всем любителям семейных историй, рассказанных интересно.

Цитата:

Впечатление:
Книга, а точнее чтец попался мне в игре. Ее ранее не читала и когда увидела список книг подумала, что за «бульварщина», ощущение по названиям книг было как от Донцовой. Плюс, что большую часть книг, автор читает сама.

Нашла книгу, которая понравилась по названию и хотела ее оставить на зимние чтения, но ждать не стала, правильно сделала, там больше про осень и ожидание зимы.
Чтец- это сам автор, начитка очень унылая, при наличие прекрасного голоса, но слушать на первой скорости было не реально, а вот 1,75 самое то и уже юмор и метафоры автора воспринимаются по другому и повесть приобретает другую окраску.

Повесть мне понравилась, напомнила Щербакову, которую люблю, а потом почитала еще про автора и саму историю произведения и мое сердечко оттаяло. Хочу постановку посмотреть.

О чем книга: Рассказ про девушку, которая была больна, но при всем при этом училась жить в добре и принятии окружающего мира и людей в нем.

Читать/ не читать: читать под настроение

Очень милая маленькая повесть о поиске себя, о выборе дела, которому можно отдаться без оглядки, о компромиссах и зарабатывании, денег, будь они неладны. О нас с вами, таких разных, симпатичных и не очень. Сюжет незатейлив. Молодая писательница создаёт сценарий для фильма, чтобы заработать себе на жильё.  Начинаются киносъемки и она попадает в круговорот киношных перипетий. Ей, далёкой от богемы, неуютно, непонятно, скучно, иногда даже противно, но в результате -  получен бесценный жизненный опыт, найден самый близкий человек.
Читается легко и непринуждённо. Много юмора, но и много вещей, заставляющих пристальнее посмотреть на своё житьё-бытьё.

Рубину я не читала уже давно, около семи лет. Но с той поры осталось у меня четкое ощущение: с большими ее романами у меня совсем не складывается, а вот малая проза очень хороша. На этой волне я даже купила себе тогда сборник ее повестей и рассказов. И вот, не прошло и десяти лет, пришел его час, потянуло на что-то подобное, так что прочитала сразу две вещи подряд. И получила от чтения большое удовольствие (хоть не скажу, что мне прямо все понравилось), в очередной раз убедившись, как важно иногда бывает читать под настроение.

Начало 50-х, Ирина, молодой врач-терапевт в крошечном городишке, пытается как-то жить эту жизнь. Дома маленький ребенок, которого не с кем оставить, мама, которая была надежной опорой, скоропостижно умерла, никого другого в этом городе, куда Ирина попала по распределению, у нее нет. К тому же, она не из самых «благонадежных»: отца давно забрали, да и нация у нее та самая, которую многие не любят.

Поддавшись внезапному порыву, Ирина предлагает молодой девушке, встретившейся ей на медосмотре, работать у нее няней. Отмахнулась даже от того, что девушка – зэчка, воровка и успела «отмотать» срок. Так в ее жизнь вошла Любка, а вместе с ней – помощь и практическая сметка, которых Ирине так не хватало. Удивительным образом эти двое дополнили друг друга: интеллигентная, добрая, но непрактичная Ирина и грубоватая, но подкованная в житейских делах Любка. Никогда не знаешь, как повернется жизнь, вот и в жизни Ирины случилась такая полоса, когда та самая Любка, которую «в приличной семье» и на порог бы не пустили, практически спасла жизнь ей и ее ребенку. Бывает по-разному…

Есть в этом рассказе и некоторые минусы, которые заставили немного снизить оценку: отдельные чересчур карикатурно-отрицательные персонажи, например. Но, по большому счету, сейчас даже не хочется о них писать. Вещь все равно хорошая и однозначно стоит прочтения.

После прочтения я осталась под огромным впечатлением. То, что автор безумно талантлива, я уже давно убедилась, но этот рассказ меня просто потряс. Засунуть столько тем в одну маленькую вещь (на ридере около 40 страниц), использовать такой язык, что я плюнула и не выписала ни одной цитаты (там просто нужно выписывать каждую фразу) и при этом умудриться не перегрузить текст ни в смысловом, ни в стилистическом отношении. Я в восхищении! Аплодирую, стоя!

Нино всего 16 лет, но в этой жизни она уже успела испытать много горя. Любимая мать умерла пять лет назад, у отца новая любовь, а еще у нее и очень большие проблемы со здоровьем. Казалось бы осталось только сидеть и реветь, но, к счастью, эта еще совсем юная девочка не такая. Она не опускает рук, борется, размышляет, переосмысливает многие вещи и свои поступки (за многое стоит сказать спасибо старшему брату, который всегда рядом), она взрослеет. В первую очередь, это история взросления. Но вообще здесь обо всем, история Нино и членов ее семьи, история семьи Бориса, столько тем, столько мыслей, и все это крайне трогательно и лирично.

Не знаю, не могу внятно написать об этой жемчужине малой прозы, хочется только сказать: «Читайте! Обязательно читайте! Это потрясающе!».

Дальше...

Автобиографический рассказ Дины Рубиной "Концерт по путёвке "Общества книголюбов" - это ещё одно свидетельство о том, сколь велика сила настоящего Искусства. Искусства, которое способно проникать в самую глубину человеческой души, трансформируя её восприятие мира. Искусства, вдохновляющего на изменение нашей жизни, на устремление к добру и красоте. На мой взгляд, несмотря на то, что этот рассказ Дины Рубиной носит ярко выраженную сатирическую направленность он имеет глубинный подтекст. Описание автором её "творческой командировки" в воспитательно-исправительную колонию поначалу вызывает у читателя непроизвольную улыбку:

"…В назначенный час я слонялась у подъезда «Общества книголюбов», ожидая обещанный транспорт. В сумке, перекинутой за спину, лежал мой творческий багаж – три столичных журнала с моими рассказами. Мне было восемнадцать лет, в активе я имела: новые джинсы, ослепительной силы глупость и твердое убеждение, что я – писатель. Пассив тоже имелся, но незначительный: несколько задолженностей по музыкальным дисциплинам и несчастная любовь за прошлый семестр.
Наконец подкатил транспорт – этакий крытый фургончик для перевозки небольшой компании. Вполне обычный «рафик», если не считать одной странноватой детали: окошки «рафика» были довольно крепко зарешечены.
За рулем сидел молодой человек в форме, из чего я поняла, что выступать придется в воинской части. Молодой человек приоткрыл дверцу и крикнул почтительно:
– Товарищ писатель?
Я подтвердила со сдержанным достоинством.
– Сидайте в «воронок», товарищ писатель! – пригласил он приветливо.
Мы поехали…
Когда в зарешеченном окошке ханское величие мраморных дворцов сменилось глинобитным пригородом, я поняла, что воинская часть находится далековато. Когда кончился пригород и по обе стороны дороги разбежались хлопковые поля, я поняла, что это – очень далеко. А мы все ехали, ехали, ехали…
В конце концов часа через полтора машина остановилась перед высокими железными воротами, крашенными той особой темно-зеленой краской, какой у нас красят обычно коридоры больниц, тюрем и городских нарсудов – вероятно, для поднятия настроения..."

Осознание автором, что выступать ей придётся не в воинской части, а в исправительной колонии вносит в рассказ некие тревожные нотки:

"Несмотря на состояние сильнейшей анестезии, я отметила, что их актовый зал похож на вагон-теплушку времен войны: длинный, дощатый, битком набитый серо-черными ватниками. Лица же над ватниками… Лиц не было. Я их не видела. Страх и отвращение слепили глаза. Были серые, тусклые, бритоголовые рожи. Без возраста.
Ватники, с кочками бритых голов, озверело затопали, засвистели и нецензурно-восхищенно заорали. Надо полагать, здесь это считалось аплодисментами. Потом наступила… Ну, тишиной это можно было назвать только в сравнении с ядерным взрывом, но к этой минуте мое авторское самолюбие давно уже валялось в глубоком обмороке, и единственное, чего мне хотелось жалобно и страстно, – чтобы на зарешеченном «рафике» меня вывезли отсюда поскорее куда-нибудь..."

И вот в этом бараке, служащем для воспитанников колонии "очагом искусства" происходит неожиданная трансформация. Соприкоснувшись с великой силой настоящего искусства воспитанники колонии на глазах у автора внезапно преображаются:

" Когда в горле совершенно пересохло, я потянулась за стаканом воды и бросила взгляд на ватники в зале. И вдруг увидела лица. И увидела глаза. Множество человеческих глаз. Напряженных, угрюмых. Страдающих. Страстных. Это были мои сверстники, больше – мое поколение, малая его часть, отсеченная законом от общества. И новый, неожиданный, электрической силы стыд пронзил меня: это были люди с судьбой. Пусть покалеченной, распроклятой и преступной, но судьбой..."

Удивительно, но пробуждению их исстрадавшихся душ способствовали произведения запрещённого на тот момент Александра Галича и не жалуемого Владимира Семёновича Высоцкого. Именно строки этих поэтов зацепили за живое и всколыхнули в неприкаянных душах отверженных обществом изгоев лучшие порывы. Не случайно, автор обращает наше внимание на искренность чувств этих ребят, на те аплодисменты, которые звучали в её адрес:

"Но иногда я вспоминаю почему-то небольшой квадрат скользящего неба, поделенный прутьями решетки на маленькие голубовато-синие пайки. И еще вспоминаю: как они мне хлопали! Я, наверное, в жизни своей не услышу больше таких аплодисментов в свой адрес. И хлопали они, конечно, не мне, а большим поэтам, песни которых я пропела, как умела, под аккомпанемент разбитого фортепиано..."

Интересная Рубина и здесь, в своём раннем творчестве. Потрясающая и необыкновенная её проза, до той самой беглости пальцев по страницам, когда взгляд цепляется за каждую букву, каждое слово и воображение рисует невиданную ранее картину. Казалось бы, самый обыкновенный рассказ, такая себе бытовая история, но что-то в ней трогает душу, и книга запоминается так сильно, что удивляешься. Такие моменты и есть признание автору в любви. А я ведь заметила, Рубину либо любят и отчаянно хвалят, либо не любят и просто обходят стороной её произведения. Не ругают. Так просто и говорят "ну, не мой автор". А она и не может быть для всех. Это как шоколад. "Ой, нет-нет, знаю что вкусно, просто я не ем сладкое". Я вот ем, получаю свой серотонин, радуюсь. И Рубину читаю, эффект примерно такой же.

Вообще сюжет этого маленького рассказа отнюдь не радостный. Болезнь девочки Нины, в прошлом смерть её мамы, в настоящем у папы новая пассия... Но удивительным образом автор не пытается нагнать на читателя тоску и вогнать в депрессию. Тут же в противовес есть славный брат Максим, добрый доктор Макар Илларионович, красивый юноша Борис, который по случайности знакомится с Ниной. А потом так красиво и нежно кормит её солнечными апельсинами и рассказами о настоящей любви его бабушки. И он мог бы, конечно, умчаться вслед за той самой, которую искал, но почему-то гладко бреется для Нино, битый час торчит в очереди за цитрусами. И ждёт первый снег вместе с ней. Так, когда же он пойдет…?

Очень рекомендую к прослушиванию радиопостановку с прекрасным музыкальным сопровождением в исполнении актеров театра и кино. В голос Татьяны Канаевой (роль Нины) просто влюбилась.

Сложно определить, что такое писательский талант.
Кто его оценит? Можно ли вообще оценивать такую категорию. То, что популярно сейчас, будет никому не нужно через 10 лет, а известный сегодня только друзьям сочинитель, будет объявлен писателем эпохи. Писатель может быть способен создавать удивительно продуманные чудесные миры, играя в господа Бога, хотя скорей всего просто удалось подсмотреть. Это чудесный дар и спасибо им проводникам в другие миры.

Но есть еще и такие авторы, которое приходят посидеть на кухне, послушать за ужином семейный разговор знакомых и написать семейную сагу, поражающую проницательностью, глубиной и любовью к людям. К таким, мне кажется, относится Дина Рубина.

Конечно, не всё так просто, и люди о которых пишет Рубина не случайные знакомые, а близкие люди, в той или иной степени, поэтому в её историях обыкновенной житейской правды, гораздо больше писательского воображения. И даже не это, а дело в том, что Дина Рубина – вот она такая своя. Свой человек.

Человек, которому хочется рассказывать, доверяя сокровенное и слушать, веря каждому слову. Мне кажется ей удалось, найти что-то такое общее, из-за чего она и стала такой своей. И понимаешь, что за этим стоит очень сильный интерес к людям. К обыкновенным людям, не героям и вождям, а простым людям, которые живут свою немудреную жизнь. И там в этой жизни Рубина находит настоящие подвиги духа, самопожертвования, любви.
Небольшая повесть «На верхней Масловке» рассказывает про вредную, но притягательную своей жизненной силой, старуху. Вокруг которой постоянно, как спутники кружатся друзья, родственники, какие-то люди, подпитываясь её силой, жизнелюбием, стойкостью. Она их постоянно проверяет на прочность, шпыняя и тыкая во все больные места, убежденная, что им же лучше. Будут только крепче. Все обижаются, но никто не уходит. Жить с таким человеком, сплошное мучение, но так ли всё просто.

Вроде одна сплошная бытовуха, но написано так здорово, что погружение в книгу – это еще мягко сказано. Слушаешь проникновенный голос Рубиной и настолько оказываешься, вовлечен эмоциями и чувствами, что испытываешь чувство неловкости. Будто оказался в роли невидимки в чужой квартире)))
Большой мастер всё - таки Рубина. И пишет хорошо, а читает еще лучше. Буду продолжать знакомство с творчеством автора.

Лично мне, эту книгу Дины Рубиной хочется обнимать, в прямом смысле этого слова, читать понемногу, закрывать, гладить обложку, снова обнимать, затем снова чуть-чуть читать и опять обнимать, и так бесконечно. С другими ее работами всё совсем не так, и скорее наоборот.

О повести «На Верхней Масловке» я говорю, задыхаясь, несмотря на то, что произведение небольшое и история сама по себе проста. Это на первый взгляд, ведь отношения двух близких, но диаметрально противоположных по характеру людей, живущих бок о бок много лет, заранее простыми быть не могут. А если прибавить к этому то, что оба человека – художники, и один из них в вынужденном подчинении, получится взрыв эмоций.

В одном из интервью писательница рассказала, что у Анны Борисовны, главной героини, был прототип – Нина Ильинична Нисс-Гольдман, «могучая скульпторша с Верхней Масловки. Огромная, с огромными мощными руками, с огромным носом, которая говорила басом». Мне же представлялся образ сухой старушки с острыми чертами лица и высокими чуть стервозными интонациями в голосе.

Я органически не выношу бытовых споров, ругани, пафосных надрывных речей и прочей сакраментальной ерунды на пустом месте. Но люблю точные хлесткие замечания, сказанные вроде спокойно и почти непринужденно, однако в миг растаптывающие оппонента, хотя сама и не умею к месту выдавать такие «пенки» (если только потом, перед сном, когда обо мне и причине ссоры все, кроме меня, забыли). А вот Анна Борисовна в этом деле спец. И это ежедневно, ежеминутно убивает Петю, наравне с его собственной неустроенностью, неприкаянностью, творческой невысказанностью.

Отношения Анны Борисовны и Пети настолько противоречивы, интересны, где-то возвышены, где-то болезненны, что не перестаешь удивляться, каким всё-таки тонким психологом должен быть писатель, чтобы так метко ухватить суть и рассказать об этом миру. Анна Борисовна любит своего квартиранта, как непутевого сына, а Петя любит свою покровительницу, как сын любит взбалмошную мать. И почему-то тут вспомнился Маяковский:

Не смоют любовь
Ни ссоры ни версты
Продумана
Выверена
Проверена
;)

У тебя не всегда будет все что ты хочешь, но точно будет все необходимое. Давай вместе переживем плохие времена, и если ты мне поверишь, то все у нас будет хорошо

Лора Шрофф "Невидимая нить"

Вот что мне лично говорят книги Дины Рубиной!

Для лично имеются три Рубины:

Одна - пишет небольшие рассказы-зарисовки из своей жизни, которые пропитаны еврейскими добрыми, ироничными и метафоричными высказываниями, можно просто брать и слушать их, путешествия одновременно со сборниками по миру, ища невольно глазами старые потерянные альты и наслаждаясь великолепной природой и колоритом местной культуры

Вторая - углубляется в одну конкретную неповторимую историю, которая буквально становится как бы нарисованной на холсте красками магического реализма, здесь автор проходит совсем по краешку между правдой и вымыслом, выдаваемым за правду. Многие читатели не могут воспринимать эти произведения, так как воспринимают повествование буквально и метафизически не приемлют здесь стороны предлагаемого автором магического реализма. Самая сложная, на мой взгляд, Рубина.

Третья - часто углубляется в психологию, казалось бы обычных людей, в которых она находит свой собственный колорит и отражая его в своих строках, превращает обычные жизненные истории в трогательные, почти эпохальные мелодрамы, которые могут восприниматься читателям глубоко и даже порой эмоциально для слез. Самое удобно воспринимаемая с точки зрения каминных читателей Рубина.

Вот именно такая, "третья" Рубина, написала этот небольшой роман "На верхней Масловке". На такой "заречной улице" бывает страсти-мордасти и поболее. А, главное, каждый герой романа буквально жаждет жить и надеятся на лучшее. Здесь нет явного драматизма, но трогательная поэтика внутреннего мира героев так живописна, что невольно снимаешь перед автором шляпу.

Книга получилась знаковой, так как этот роман - первый, который написала "третья Рубина". На его базе возникли знаменитая трилогия "Русская канарейка", именно после этого романа начала формироваться и "вторая Рубина". Начитка аудиокниги в исполнении автора просто феерична. Прекрасно понимаю, что никто кроме автора не сможет прочитать этот роман лучше, ведь она точно знает что пишет, о чем, и где какие акценты следует расставить. Слушаешь Рубину и веришь в то, что сюжет не придуман на пустом месте, а возник из жизни и головы писательского таланта.