Фарфоровые затеи

Не могу сказать, что смысл книги прошел мимо меня. Нет, авторский замысел понятен. И написано, как всегда у Рубиной, очень красиво. Но вот персонажи... Периодически возникало ощущение, что я и они жители разных вселенных.
Жизнь творческих людей специфична и не совсем мне понятна. Их чувства, эмоции, образ жизни с трудом укладываются в мою строго техническую логику.
Все персонажи книги показались странными.
Старуха, конечно, неординарная и харизматичная личность с замашками примадонны. Но одновременно со всем этим она, на мой взгляд, обладает мерзким характером. В творческой среде смотрят глубже, не на внешние проявления а на внутреннюю глубину, но я предпочитаю гармонию: если у человека светлая душа, то и вести он себя должен соответственно, без постоянных закидонов. Я могу по-достоинству оценить отдельные поступки Пети, Матвея, старухи, но в целом я их не понимаю, не принимаю и читать про них было толскливо.

Сложное, двоякое отношение у меня к этому рассказу. Не нравится мне на какую мысль он меня наводит, хотя я прекрасно понимаю, что автор совсем эту мысль в виду не имела. В самом начале она честно делится, что рассказ основан на реальном событии, на истории ее знакомых, но всё равно меня не покидает мысль о том, что одна маленькая жизнь уничтожила три другие жизни.

Это факт, который невозможно отрицать и, возможно, у меня такая полоса, что мне постоянно попадаются книги в которых рождение детей, воспитание детей преподносится как страдание, как мучение, как лишение себя жизни. На это можно посмотреть и так, на этом можно посмотреть и по-другому, я прекрасно понимаю силу риторики и что одну и ту же проблематику можно возвести совершенно с разных углов. Есть огромное количество литературы, где дети это спасение. К примеру, недавно мною прочитанные Авонлейские хроники , там было много историй когда дети спасали жизни, спасали души, давали второе дыхание.

В этой истории, в этом рассказе получается что люди не способны разговаривать друг с другом, и это действительно проблема современности, даже несмотря на то что в рассказе описывается приличное прошлое. Люди не хотят говорить друг другу то, о чём они думают; чего нам хочется - мы не делаем; того что мы делать не хотим - мы постоянно заставляем себя делать; когда мы пытаемся высказаться про себя, мы зачем-то говорим как поступает наш партнер (хотя мы понятия не имеем, что на самом деле в голове партнера и лишь озвучиваем свои гипотезы, вместо того чтобы говорить о своих реальных чувствах). И вот это вот постоянное непонимание друг друга выливается в действие, пару не сказанных фраз, которые могут перечеркнуть 20-30 лет жизни. Это возмущает меня. Я всегда стараюсь (хотя надо говорить не стараюсь, а делаю) донести до других людей что я думаю, что я чувствую, как бы больно это не было. Никакая боль сказанного слова не может быть сильнее потраченных десятилетий.

А в рассказе мне не хватило какого-то личного высказывания. Акцент расставлен на внутренних переживаниях персонажей, хотя они и так понятны если, в принципе, знать синопсис. Это слишком верхний слой ситуации. Куда интереснее было бы прочувствовать авторскую рефлексию, чтобы войти с ней в конфронтацию или согласие. А так получается: "Померла, так померла".

На волне удачно прочитанного рассказа «Любка» решила не останавливаться и сразу прочитала еще и повесть «На Верхней Масловке», которая шла в сборнике следующей. И надо сказать, что понравилась она мне и зацепила больше. Может быть, это была та вещь Дины Рубиной, в которой я оценила ее больше, чем когда-либо до этого.

Все герои тут странные, «неудобные», болезненные какие-то, но при этом каждого я почувствовала и пропустила через себя. И каждый одновременно и раздражает, и вызывает сочувствие, но главное – именно живые чувства, не равнодушие, а значит, писателю удалось задеть читателя во мне за живое. Вдобавок их еще можно «пощупать» с разных сторон, взглянуть и глазами практически постороннего человека, и давнего знакомого, и близкого, и непосредственно в мысли заглянуть. А такой подход я особенно ценю, люблю, когда картинка становится более объемной.

Живут в мастерской на Верхней Масловке двое людей, и совершенно непонятно на первый взгляд, что их удерживает вместе. Ведь, кажется, они ненавидят и презирают друг друга: ни дня не могут прожить без ругани и взаимных оскорблений.

Анна Борисовна – властная женщина возрастом под 90 лет, в прошлом – знаменитый скульптор. Физически она уже мало что может, ей нужна постоянная помощь, но ум у нее по-прежнему ясный, язык острый, а характер такой, что не каждому под силу выдержать. Анна Борисовна страсть как любит помыкать всеми вокруг, заставлять делать, что ей угодно, а мнение свое высказывает откровенно и довольно грубо. И тем не менее, чем-то таким она притягивает людей, к ней в мастерскую часто кто-то заходит, ей готовы помогать, хотя и признают, что она совершенно невыносима. Притом в делах практических вроде цен на продукты она не смыслит ничего и не хочет забивать себе этим голову, для нее это материя скучная…

Петя – «мальчик» примерно 35 лет, живущий с Анной Борисовной и помогающий ей по хозяйству. Поселился он у нее, когда был только закончившим вуз молодым человеком, приехавшим «покорять Москву» из глубинки. Да так и остался. Петя – театровед и руководитель драматического кружка с крошечной зарплатой. Когда-то он подавал надежды, был на хорошем счету, его статьи печатались в журналах, он пробовал писать собственный сценарий. Но успеха так и не получилось, да и сейчас Петя до сих пор не может найти хорошую работу, хотя не оставляет попыток. Первое (да и второе) впечатление о нем, что и сказать – жалкое.

Так и живут они вдвоем на приличную пенсию Анны Борисовны (которую она, впрочем, растратила бы за день и сама не заметила куда) да на мизерную зарплату Пети, который пытается как-то свести концы с концами, занимается стиркой, уборкой, готовкой, выхаживает Анну Борисовну во время болезни и… каждый день вступает с ней в словесные баталии. Ей, кажется, доставляет истинное удовольствие выводить Петю из себя. Даже если он и дает себе слово не обращать на нее внимания и сдерживаться, надолго его не хватает, и вот, пожалуйста, очередной скандал. В том, чтобы доводить человека до белого каления, Анна Борисовна мастер. Впрочем, и Петя не гуру выдержки и спокойствия, он легко вспыхивает, а уж после за словом в карман не полезет и часто, не стесняясь в выражениях, высказывает все, что думает о «старушке».

Казалось бы, что удерживает этих двоих рядом друг с другом? Петя, уж наверное, легко мог бы снять угол в какой-нибудь коммуналке, где было бы спокойнее, а освободившееся от ухода за старухой время потратить на поиск работы. Да и Анна Борисовна, наверное, могла бы найти для помощи кого-то еще, с кем не приходилось бы постоянно ругаться. Но нет, за этой постоянной войной, как ни странно, скрывается сильная привязанность, беспокойство за другого, желание помочь, пусть и выраженное в такой форме. Мне подобного, наверное, никогда не понять до конца, но Дина Рубина очень убедительно описывает, как же так получилось, что каждому из них именно такой человек и нужен был в жизни. И ей в этом веришь. По мере развития сюжета читатель может узнать каждого из них получше, заглянуть за фасад и попробовать почувствовать и понять две эти странные натуры. Ну, пусть не понять, но хоть увидеть все с их точки зрения. И не судить сгоряча. И, хотя оба они мне все равно не нравятся, все-таки отношение к ним в начале и конце повести – разное. Особенно это касается Пети.

Но эти двое – не единственные, хотя и главные, герои произведения. Есть еще второстепенные, из которых выделяются художник Матвей и его жена Нина. Тоже пара из тех, про которые не очень понятно, как и за счет чего они сошлись и до сих пор вместе. Не очень счастливые, не очень удачливые в личной жизни, они однажды встретились и остались. Матвей – творческая натура, которая ни на что вокруг себя не обращает внимания, особенно когда входит «в поток». Он, безусловно, талантлив, добр и неглуп, но как же бесят порой ситуации, когда он в очередной раз не помнит, где взять чистую рубашку, хотя Нина и обещала себе не злиться. Нина же, напротив, довольно-таки практична, лучше зарабатывает, ведет хозяйство и искренне не понимает, почему Матвей не хочет продать картину, которую хотят купить, потому только, что он сам считает ее слабой. Нина вовсе не лишена душевной чуткости, она хороший человек, способный любить, но она другая. Любопытны их диалоги, их отношения с Анной Борисовной и Петей, интересно видеть, как такой вроде бы рассеянный в обычной жизни Матвей иногда в том, что касается человеческих взаимоотношений, видит вглубь и замечает больше того, что лежит на поверхности. И как при этом и Нина, знакомая с ними со всеми недавно, наблюдает со стороны и постепенно меняет свое мнение, напоследок разглядев в никчемном, казалось бы, человеке, тщательно скрываемый ранимый слой истинной гордости и великодушия.

Не скажу, что мне кто-то из героев оказался близок или я кого-то особенно полюбила. Такого не было. Но заглянуть в чужие души оказалось очень… жизненно, отрезвляюще, бодряще, если хотите. Хотя и болезненно. Чего-то такого мне в тот момент и надо было: без всяких сладких финалов, без захватывающих приключений и экшена, просто – погружение в человеческие эмоции и непростые, шероховатые, странные, местами раздражающие и непонятные взаимоотношения. В очередной раз – и в этот раз особенно – убеждаюсь, что именно в малых дозах Рубина для меня очень хороша.

Такая, прямо скажем, специфическая книжечка. Из тех, про которых боишься написать плохую рецензию. Плохую не в том смысле, что отрицательную, негативную, а плохую с точки зрения качества, чтобы совсем за дурака не сойти.

Но для начала банальненько так скажу - мне понравилось. Правда, читал я её урывками. Думаю, что если бы с одного-двух заходов, на никуда не торопясь, протянув ноги к камину и попивая кофе в коньяком, да периодически обдумывая и сопоставляя с чем-нибудь, то понравилось бы и больше.

А понравилось не только потому, что "ах как хорошо-интересно-глубоко написано". Потому что в кои веки углядел в литературе точный образ одной женщины, которая в своё время пила из меня кровищу таким же вот образом, как Анна Борисовна из Петечки. Правда, не пятнадцать лет. И была ей не за девяносто, а за сорок. Но если бы померла она тогда, я бы только перекрестился. Ну, поставил бы свечку за упокой и забыл бы про неё. Ага. Есть такой тип женщин, который умнее всех (без всякой иронии), желают всем блага (опять без иронии), ну и вообще все такие из себя, как старая карга Анна Борисовна. И именно поэтому от них надо держаться подальше.

А может быть это я из-за чисто мужской солидарности принял Петечкину сторону, и вместе с ним ненавижу злых тёток подобного склада? Фиг его знает, вполне возможно. Правда, Петя сам из тех, которых как правило считают неудачниками. А всё оказывается просто - он любит старуху как мать. Со стороны, конечно, выглядит очень странно - мужик прожить без старухи не способен, и уйти от неё сам не может, и она его не отпускает. Чем не любовь в её особой вариации? Ну а расстояние от любви до ненависти всем хорошо известно.

Книга образная, психологичная, и психологичность усиливается еще и тем, что персонажи Дины Рубиной люди творческие, то бишь те, чью душу без бутылки, ну или хотя бы чашечки кофе с коньяком не поймёшь.

Сюжет "Масловки" сам по себе является отличным доказательством того, что

Всё гениальное просто. На Верхней Масловке обитает невостребованный театровед Пётр Авдеевич и в прошлом успешный скульптор, а ныне сварливая старуха Анна Борисовна, несносная, но парадоксально притягательная.
Они не производят впечатления счастливого семейства, они не родственники и сложно назвать их друзьями, у них нет желания притворяться добрыми и обходительными, а разница в возрасте пролегла огромной пропастью. Они вместе давно, что вызывает лишь недоумение.
Странно, почему они так и не смогли притянуться, может потому что очень похожи в этой своей гордой неспособности даже помыслить об этом, в стараниях посильней и побольней ужалить, в стремление к одиночеству, прячась за повседневностью. Две творческие натуры безумно эгоцентричные и такие любопытные для стороннего наблюдения. Их так интересно рассматривать не только приятельнице Нине, но и читателю.
Чем дольше наблюдаешь, там ближе хочется подойти, тем внимательнее хочется слушать.

Маленькое произведение, рожденное талантливейшим автором современности, являет собой поразительную глубину и широту человеческой натуры.
Есть же герои огромных романов, интересные, колоритные, харизматичные, они отлично играют выбранную писателем роль. Но они именно играю. Ступают точно по написанному тексту, строго по протоптанным стереотипами следам. Топ-топ - влюбились, поженились.
Топ-топ – заскучали, изменили, работа… заботы и прочие.
И мы даже во многих узнаем себя.
Всё как надо, просто узнать – «Ах, да! И у них все как у всех»
Нам так комфортно в кем-то придуманном и усредненном мире, и читать про него тоже в сущности удобно.
Надо чтобы было понятно, где дурак, а где трудяга, получивший по заслугам. И мы читаем, искренно веря, что если будем честными усредненными, то и нам воздастся… где-то за поворотом.
За что я люблю Рубину.
Она ударом женской, очень плавной и незаметной руки вышибает из зоны комфорта. Она заставляет смотреть на тех самых людей, ну абсолютно таких же как у всех, но откуда-то с левого края зажмурив правый глаз и вверх ногами.
Так вот, выбитый из стереотипов, невольно начинаешь думать… думать… думать. Что же есть любовь?! Почему и кто, а главное когда случилось, что решено навсегда и безапелляционно, какая она – Любовь?! А кто-то ведь действительно давно определил за нас - в каком возрасте, какими образом и за что мы должные любить. И всё, что безобразно вылезает за эти рамки, свисая и выпирая, взывает недоверие или раздражение.
А между тем, Рубина совсем не тот автор, кто станет загоняться в эти самые границы общепринятого, и читателю даст понять – шире и глубже надо видеть и слышать.
Ведь Петька и Анна Борисовна живут особенной жизнью, поверхностно ничем не выделяясь.
Посудите сами – она очень стара, груба и невыносима, она имеет целый арсенал шпилек и нескончаемое желание втыкать их в задницу в самый острый момент. Это просто несносная маразматичка.
А Петр… Петька – эгоистичный нахлебник, с какого-то перепугу горд и обидчив.
Ухаживает он за старухой не по доброте души, а ради наживы, ради возможности иметь крышу и кусок.
Но это было бы слишком просто, даже не потому, что две творческие натуры с трудом уживаются вместе. Все очень сложно оттого, что природа человеческих взаимоотношений окрашена или сдобрена широким спектром чувств и эмоций и не может быть просто, четко объяснима соседскими сплетнями.
И любовь… она такая разная и трудно понимаемая, даже для тех, кто в неё не верит. И назвать это чувство можно по-разному и объяснять. А нужно ли?! Самое трудное из всего - признать ее наличии, особенно тем, кто ее испытывает, но упорно отрицает этот факт.

Блестящее произведение от любимого автора, еще и в её же блестящем прочтении. Гениально!
Уже хочется перечитать… точнее переслушать.

На Дину Рубину удивительно неудобно писать рецензии. Её проза так густа, насыщена, что попробуй пропихни в это плотно сплетенное полотно свою жалкую мыслишку. Но я попробую.

О чём книга? О любви и смерти. Любви, невозможной, немыслимой, побеждающей все преграды, все препоны. О смерти и жажде жизни, неистовой, сметающей всё на своём пути. Рубина пишет о человеке, как явлении природном - скале, горе, молнии. Пишет о старухе-скульпторше, любуясь и немного побаиваясь, влюбленно и с опаской. И как шутит жизнь, как она иронична: в день, когда повесть "На Верхней Масловке" вышла в печать, её прототип, реальная женщина, скульптор Нина Ильинична Нисс-Гольдман умерла.

Про линию Анны Борисовны и Пети ничего не скажу вам боле - это надо читать, и смотреть в исполнении блистательных Фрейндлих и Миронова - про любовь, любовь сложную, любовь-ненависть,про непонимание, но мне гораздо ценнее были мысли про смерть. Но с Анной Борисовной согласна на все сто:

Скажу про Нину и её художника. Очень мне это странно. Она же всё понимает: что ему лучше быть одному. И тут обычная бабья жалость - как удар под дых, и она взваливает и тащит на себе этого чужого, непонятного человека. И ведь не девочка уже. Где мозг-то, откуда силы? Но, с другой стороны, когда одиночество, как удавка, как строгий ошейник рвёт горло и не даёт вздохнуть, ещё и не то потащишь и не на такие расстояния. С третьей стороны, нам показана просто напросто притирка в начале отношений, так что я, возможно, зря кипишую.

Короче, Рубиной, как впрочем и всегда, аплодирую стоя, невероятная книга о важнейшем в человеческих жизнях.

Всё течет, всё меняется, летят года, как птицы перелётные, а моя любовь к Дине Рубиной не мельчает. Я заботливо собираю на книжных полках серию её романов и искренне считаю, что читательский год прожит зря, если в нем не случилась хотя бы и крохотная её история. Меня совершенно не пугает её явственное присутствие на страницах собственных книг, куда страшнее однажды не обнаружить в этих книгах кружево слов, акварели знакомых образов, лёгкую нотку ностальгии и тепло. Благо любимый автор не подводит, каждый раз одаривает с лихвой.

И вот, казалось бы, ну что нового я получила в этом коротеньком рассказе? Удивишь ли кого-то девчонкой, добровольно сбежавшей от учёбы и с запоем читающей книги под партой? Нет, конечно! Сама грешна и в школьные годы, и в студенческие… И есть ли что-то необычное в том, что девчонка эта, девятиклассница-фантазёрка (видит бог, кое-кого она мне всё-таки напоминала!) на уроке физики вылетела из окна и совершила два плавных круга над школьной спортплощадкой? Снова нет, ибо воображение, сдобренное многочисленными страницами прочитанных историй, способно и не на такое… И всё же даже в этой маленькой зарисовке из жизни я обнаружила кое-что особенное.
Например, знакомую, но для меня всё еще болючую, горячую в собственной памяти истину, что быть хорошим педагогом – дар и призвание, и совсем никак не набор знаний, умений, навыков. Всякий ли учитель, обнаруживший школьницу читающей скабрезную книжку прямо на уроке, не придал бы дело огласке и всеобщему порицанию? Всякий ли учитель, ставший объектом насмешек после двусмысленного ответа на требование объясниться, сумел бы воздержаться от взаимного укола и простить? Аркадий Турсунбаевич, молодой учитель физики, отец новорожденных двойняшек смог. Потому что порой жизнь требует от нас мудрых, взвешенных, непростых шагов, продиктованных не задетой гордостью, а разумом и сердцем.

…А финал отдает печалью, ибо после той смутной истории на уроке физики юная читательница уже более не летала. Всё та же жизнь, с годами нагружая опытом и ответственностью, не оставляла более минут для астрального полёта. Однако читатель, пусть и не на долгий миг в компании ученицы и учителя, сможет воспарить – вспомнить и школьные годы чудесные, и собственные фантазии, оторванные от реальности, и мгновения взлётов и падений, а после и улыбнуться, и погрустить.

Дина Рубина - обладатель несчетных талантов. Она легко может растревожить, развеселить, вдохновить или отправить путешествовать. А еще она умеет удивлять. Берясь за рассказ Концерт по путёвке «Общества книголюбов», я никак не ожидала такой темы. Такой локации. Хотя я редко берусь угадывать финал или развитие сюжета в произведениях этого автора. Наполненные повседневной реальностью, знакомой не по наслышке каждому читателю, ее книги настолько далеки от шаблонности и предсказуемости, насколько это возможно в литературе.

Я прошла, вслед за героиней рассказа все стадии концерта по путевке. Включая предысторию с публикацией трех рассказов в популярном московском журнале во время учебы в девятом классе музыкальной школы. Последовавшую за этим раннюю славу, которая коварно пригрела юное дарование.

При наличии отсутствия нового "Книжного базара" - сойдет. Люблю я подкасты, всегда с удовольствием их слушаю - началось все с радио "Маяк" и их многочисленных познавательных разговоров - о книгах, о языках, о науках... Тем более интересно, о чем будет вещать любопытный мне автор.
Получились такие разговоры обо всем и ни о чем. Дина Рубина уже давно озвучивает свои книги - с определенным успехом. Хотя... У нее приятный голос - такой обволакивающий и убаюкивающий, отдающий интеллигентностью. Но, конечно, над актерским мастерством нужно еще поработать. Забавно, что этому и посвящен первый же выпуск - как завлечь аудиторию, как это делают профессиональные преподаватели...
По темам, конечно - полный режим акына: "Что в голову взбрело - о том пою". Есть забавные истории - как ее детский страх лечился шумной узбекской свадьбой. О ценности и сакральности русского мата, и о том, как грустно книжечкам томиться в целлофановой тюрьме, если люди так и разговаривают. Кстати, здесь тоже стоит сделать пометку - "содержит нецензурную брань" - для экзальтированных натур. О трудностях писательского чеса, когда бедному писателю прилечь не дают, возя, как заморскую диковинку по родственникам и друзьям вплоть до клуба любителей авторской песни где-нибудь в Оклахоме.
Есть и чуть менее увлекательные куски. О современном искусстве и роли в нем кураторов и продвижения (кто не знает (и я в их числе), ее муж - художник). О поиске писательского вдохновения и писательском мастерстве слушать и подмечать. Хотя - очень забавная история от одесского таксиста о роли графа Воронцова в становлении города и гастролировавшем в городе Пушкине. Одесский колорит - это вообще отдельный вид искусства.
Здесь начинается странное. Хотела бы порекомендовать фанатам. Но - когда я пересказывала моему инсайдерскому трушному фанату - меня просветили, что многие истории уже встречались в книгах. В частности, про узбекскую свадьбу - уже рассказывалась в Дина Рубина - На солнечной стороне улицы . К сожалению, хорошие рассказчики берут количеством, но не качеством. Об этом даже сама автор рассказывает историю, что не очень понимает супер-преданных фанатах, которые таскаются на все выступления - и из-за них приходится лихорадочно менять программу. Идея возникла во время карантина - и много этому посвящено. Как быстро стареют новости, как быстро мы излечились...
Интересные впечатления остались. Приятно слушать - хоть и иногда монотонно. Я все-таки люблю исконный формат подкастов - диалог. Даже самый неумелый интерьюер все-таки как-то освежает. Здесь же автор сама себе задает вопросы - и сама отвечает. Конечно, не без саморекламы - упоминания своих книг, в том числе и новой на тот момент о внутренней кухне писательства Дина Рубина - Одинокий пишущий человек . Да даже реклама участия в подкасте "Книжный чел". Тем не менее - какое-то приятное, очень ламповое и обволакивающее чувство. Такие беседы-воспоминания на коммунальной кухне под самоварчиком или даже "В гостях у сказки". Так что рекомендую в терапевтических целях - может, кого-то и не увлечет на 100% Но прочистить голову и помедитировать на голос - вполне. Мой формат - может, и не завлекло полностью, но точно отвлекло и позабавило.

Ну наконец-то свершилось!

А ведь еще много лет назад мне говорили, что Рубина мне очень понравится.

Но все никак не складывалось. В мощном "Почерке Леонардо" чего-то сильно не хватало, что-то было лишним, а рассказы о любви вообще прошли мимо меня слабым намеком на нераскрытые возможности сюжетных линий.

И вот оно, долгожданное чувство восторга, прямое попадание, долгожданная встреча.

В этой вещи мне понравилось все - от прекрасно выписанных характеров, до малейших тонкостей сюжета, до каждого психологического нюанса, реплики, фразы, настроения.

Грустно, но как же правдиво. Грустно, но сколько надежды и жажды жизни!

И как же много достоинства в героях, каждого из которых Рубина лепит в этом коротком романе (или это все же повесть?) так же ярко и талантливо, как восхитительная главная героиня лепила свои шедевры.

Да за один только этот образ прекрасной старухи я теперь на веки веков в рядах поклонников Рубиной, как же гениально сделана старуха.

И пусть горит свет как можно дольше, прекрасный свет жизни, восхитительных свет творчества, нежный свет мудрости и любви..