Сквозь тайгу

Именно так – книги путешественников стоят на почётном месте в моём списке противоядий от современных «шедевров». Они меня не разочаровывают, с ними мне интересно. Так получилось и с повестью «В горах Сихотэ-Алиня». У Арсеньева прекрасный язык, слог суховат, но выразителен, нет корявых предложений. Он умело вплетает в свой рассказ предания местного населения: орочей, удэгейцев, гольдов и подробности их жизни и быта. Большое количество географических названий меня не утомляло, наоборот, было интересно разглядывать карты района его путешествия. Замечательно рассказано о самой экспедиции и других исследователях Амурской области. И пусть кое-где смещены даты, например, в трагической истории топографа Петра Гроссевича, но ведь это не отчет в Академию наук, а поздняя художественная переработка записок. Кроме того, рассказ о злоключениях топографа побудил меня искать дополнительную информацию о нём, таким образом я выяснила, что мичман шхуны «Восток» Александр Максимов тоже опубликовал воспоминания, и его версия об экспедиции Гроссевича разнится от версии Арсеньева. Получилось, благодаря Владимиру Арсеньеву я узнала и о Максимове, и теперь буду искать его книгу мемуаров. Так что, для меня «В горах Сихотэ-Алиня» во всех смыслах прекрасна.

Чет как-т. И "Дерсу Узала", и "По Уссурийскому краю" были местами занудными, поскольку фактически это были дневники похода, но там встречались либо персонажи, либо сюжетные моменты, либо интересные детали. Здесь же всего этого как-то совсем мало, а академическое занудство, будто читаешь мемуары профессора, сохраняется — и это мне прямо не понравилось.

Книга в целом простая: это рассказ об экспедиции 1927 года по Дальнему Востоку, со всеми проистекающими отсюда проблемами — и с природой, и с людьми. Для тех времен это была, конечно, просто отличная книга, но даже двадцать лет назад я бы читал ее с кривым лицом. При прочих равных рекомендую для знакомства с Арсеньевым первые два произведения. "Сквозь тайгу" обладает теми же плюсами, но в меньшем количестве, еще и минусов сверху хватает.

В 2022 году я активно читала книги для участия в проекте "Читаем Россию", полагаю, что именно тогда я добавила в список "Хочу прочитать" сборник Арсеньева, туда входил роман "В горах Сихотэ-Алиня", повесть "Сквозь тайгу" и еще несколько рассказов о восхождении на вулкан, соболевании, промысле женьшеня и гору Лао-Хутун. Когда же спустя два года у меня дошли руки до этой книги, я её с большим трудом прочитала, оказалось, что этого сборника нет в подборке, относящейся к Приморскому краю. Он куда-то исчез, так что рецензия будет на весь сборник, а не только на роман из заголовка.

"В горах Сихотэ-Алиня" мне не понравился, было скучно, язык показался сухим, всё слилось в какую-то сплошную череду дней. Остановились там, встретили туземцев, ночевали, шли через леса, горы и реки. Единственное, что мне запомнилось из всей книги - история Гроссевича. Очень не хватало карты, было бы намного интереснее отслеживать передвижение путешественников по ней. Следующая повесть "Сквозь тайгу" мне понравилось немногим больше, но к ней не хватало рисунков зверей и растений, которых обильно описывает Арсеньев, в сети приходилось искать изображения изюбров и росомах самостоятельно. Больше всего пришлись по вкусу рассказы, они разнообразные, познавательные, а главное короткие.

Я люблю путешествия, люблю читать про них, но именно такого формата чтиво мне не понравилось, слишком однообразно и нудно. Может быть сама экспедиция была интересной, но в описании её не хватило динамичности, яркости красок и образов.

Познакомился с книгой "В горах Сихотэ-Алиня" благодаря проекту-марафону "Читаем Россию". Она находится в Хабаровском крае. Эта книга практически словарь и путеводитель по местам Хабаровского края и верованиям жителей давности столетних времен. Стоит учитывать, что книга не была завершена по причине смерти автора. Последние главы написаны лишь набросками.

"В горах Сихотэ-Алиня" - книга о путешествии и приключениях главного героя в прекрасные горы Сихотэ-Алиня на Дальнем Востоке страны. В своих приключениях автор описывает свои встречи с различными народами и животными. В особенности упор идет на тигра, которого некоторые считают священным созданием.

Книга позволяет прочувствовать всю опасность тех времен и мест, которые пережил главный герой в своих путешествиях. Автор передает красоту и дикость дикой природы (да-да, знаю), описывая леса, горы и реки.

Одним из достоинств "В горах Сихотэ-Алиня" является то, что она предоставляет нам, читателям, взгляд на жизнь местных жителей. В книге МНОГО информации о традициях и обычаях различных народов. По-настоящему много информации о том, почему тот или ной народ имеет такое название. И так работает не только с народами, но и местами. Не зря я написал, что это практически путеводитель и словарь в одной книге, приправленной сюжетом, хоть, к сожалению, и не законченным. В книге рассказываются, как различные народы справляются с трудностями жизни.

А теперь стоит поговорить о минусах, и о том, почему же я поставил ей пять баллов, а не более высокую оценку. А причина крайне проста: для меня она оказалась пустой и незапоминающейся.

Да, сборы в экспедицию, похоже не зависят не от времени, не от места действия. Что Российская Империя, что СССР, что Канада (обращаясь к книгам Фарли Моуэта) - одинаково где-то что-то недоложили, недофинансировали, отправили не в ту степь )) И тем не менее автор снова в тайге, снова без спутниковой навигации и электронных карт исследует реки и перевалы. Описание путешествия не столько развлекает читателя, сколько даёт много сведений о дальневосточной тайге. Охваченными оказываются геология - вы знали, почему на Дальнем Востоке так мало портов? - а дело в геологической структуре и расположении гор; ботаника - оказывается, благородный амурский бархат, растущий в том числе и в Москве в Кузьминском парке, всего лишь простое пробковое дерево; зоология, мы встречаемся с хищниками и травоядными; этнология, отсылающая к верованиям и обрядам местных народов и многие другие области исследования мира. В общем, первая часть книги, относящаяся к экспедиции 1927 года - настоящий справочник о дальневосточной тайге и её жителях.
Вторая часть, состоящая из нескольких статей, вначале показалась мне ненужным довеском, а по мере прослушивания захватывала всё больше и больше. Арсеньев очень интересно пишет о жизни местных племён. Заметно, что автор уважает и с большим вниманием относится к аборигенным народам. Сколько уважения вложено в описание их честности, даже если местные старообрядцы ведут себя, м-м-м, несколько непорядочно. Владимир Клавдиевич со знанием дела описывает воспитание детей и подростков. Оказывается, девочку ни за что, ни при рождении, ни позже, не завернут в медвежью шкуру, поскольку медведь - прародитель. И, меня поразило, насколько подробно автор, мужчина, не женщина, изучил все мелочи родительства в суровых условиях тайги. Например, в отсутствие пелёнок и тканей как таковых малыши растут в люльках с древесной трухой! Надо же как удобно и остроумно: стирать не надо, малыш всегда сухой и материал под рукой. В общем, описана тысяча и одна мелочь быта и характера.
Но ещё интереснее оказался секретный доклад, посвященный предполагаемым трассам железных дорог. Мало того, что Владимир Клавдиевич приводит аргументы в пользу расширения дорожной сети, актуальные и до сих пор, так и именно по одной из предложенных им трасс сейчас и проходит действующая железная дорога. И ведь автор и представить себе не мог, что будет город Комсомольск-на-Амуре и прочие нововведения.
Ну и, конечно же интересно отследить путь экспедиции на карте.

Слушаю, читаю и перечитываю и снова слушаю книгу Арсеньева. Полагаю, что такими темпами мне чтения хватит не на один день. Но ведь описанное - это и моя жизнь, хотя и проходившая в тех же местах десятилетия спустя.

Через 60 лет после начала экспедиции Арсеньева (1908 г.) пересёк всю страну, поселился по направлению учебного заведения в Хабаровске. Записался в библиотеку, и одними из первых в числе прочитанных стали книги Владимира Клавдиевича Арсеньева. Стало быть, сейчас с удовольствием перечитываю то, что вдохновляло на насыщенную изысканиями жизнь более 50 лет назад.
«Против Хабаровска левый берег Амура низменный. Бесчисленное множество проток, слепых рукавов и озерков создают такой лабиринт, из которого без опытного провожатого выбраться трудно». Мы с товарищем каждые выходные ловили там карасей и без труда выбирались, потому что к тому времени уже было налажено курсирование по протокам речных теплоходиков.
«На западном склоне хребта Хехцир у самой реки Уссури расположилась казачья станица Казакевичево, а раньше здесь была небольшая ходзенская деревушка Фурме (Турме), состоявшая из четырех фанз». Истоптал все подступы к Хехциру, из курортной Бычихи, куда дали путёвку перед армейской службой, посматривал в сторону соседнего Казакевичево. «Высоты у слияния реки Уссури с Амуром являются древним берегом обширного водоема». Весёлый отдыхающий в Бычихе (и уже поживший немало на этом свете) махал рукой на грозно насупившийся Хехцир, который, как нас пугали, приютил тигров, и дурашливо предлагал: «Не пора ли нам отправиться на Сопку Любви?» А когда через много лет я пытался проехать туда, всё равно высадили из автобуса до Казакевичево - нельзя, пограничная зона.
Озеро Петропавловское «длиною около 20 и шириною около 8 километров. В недавнем прошлом оно было значительно больше и простиралось на юг и юго-запад до предгорьев Хехцира. Сита была небольшой речкой, и Обор впадал в озеро самостоятельно. Возвышенность, где ныне расположено селение Волконское, представляет собой древний берег большого озера».Тогда более века назад дорога от Хабаровска ещё не была асфальтирована, не была началом долгого пути и не значилась автодорогой до Комсомольска-на-Амуре. И мы более полувека назад катались на велосипедах по грунтовке до Князе-Волконского ещё не по федеральной автодороге А-376 (такой она стала совсем недавно). В протоках реки Сита перед её впадением в Петропавловское озеро мы ловили на закидушки сомов и были сильно разочарованы тем, что уха из сомов никакая. По предложению одного из наших рыбаков-любителей мы отвезли килограммы улова и пустили на котлеты, поклявшись, что никогда не выдадим имени этой рыбы жене товарища, пусть лучше не знает, потому что по распространённому поверью сомы ели мертвечину.
В. К. Арсеньева нередко упрекают в том, что якобы именно он «окитаил» карту Приморского края, записывая географические названия со слов пришлого китайского населения. Но… в работе 1914 года В. К. Арсеньев писал следующее: «Генерального Штаба полковник Тихменев прислал... старинные карты. Съемки эти были произведены в 1857 г. Рассматривая эти карты, мы видим, что в то время в Уссурийском Крае названия всех рек, урочищ, гор, стойбищ и т.д. – были исключительно маньчжурские, и ни одного названия нет китайского... Из этого мы вправе заключить, что в 1857 – 12 – году китайцев в Уссурийском Крае было ещё так мало и были они там так недавно, что не могли маньчжурские географические названия заменить своими китайскими. Эта замена произошла значительно позже». Цитирую, чтобы не было кривотолков о человеке, открывшем миру Дальний Восток России.
В книге много географических названий и все они по делу - ведь это рассказ про экспедицию.
«Юбилейная» (в честь 50-летия присоединения Приамурья к Российской Империи) экспедиция была уже после знакомства Арсеньева с гольдом Дерсу Узалой. С каким уважением писатель рассказывает о новых знакомых из местного населения. Приведу длинную цитату, привязанную к знакомству Арсеньева с орочем Карпушкой в Императорской гавани (теперь город Советская Гавань).
«Дня за два до выступления к нам на бивак явился ороч. Вошел он тихо в палатку и попросил разрешения сесть. На вид ему было лет сорок. Он был невысокого роста, коренаст и хорошо сложен. Круглая голова с плоским теменем и широким затылком, высокий лоб, немного выдающиеся скулы и редкая растительность на лице — вот первое, что мне бросилось в глаза. Головного убора он не носил; густые, как смоль, чёрные волосы, заплетённые в толстую косу, служили ему шапкой и прикрывали голову и от дождя и от солнца...
— Как тебя зовут? — спросил я его.
— Карпушка, — отвечал он, еще более прищуривая глаз.
Так вот это кто! Это тот самый Карпушка, который слывет лучшим мореходом, лучшим ходоком на лыжах. Никто лучше его не знает побережья моря до самой реки Самарги, никто лучше его не умеет ходить под парусами на утлых «тамтыга». Он знает, где можно приставать лодкам, где есть опасные камни, где есть бухты, удобные для ночевок, и где можно наколоть острогой рыбу. У Карпушки своя метеорология — свои приметы. Он знает, какая завтра будет погода, какое будет волнение, какой подует ветер и можно ли выходить в море. Среди орочей Карпушка слыл и самым искусным каюром. У другого собаки бегут сперва хорошо, а во второй половине пути еле волочат ноги, у него же они всю дорогу бегут ровно. Он как-то умеет влиять на собак, и они сразу привыкают к нему и не грызутся между собою, точно понимают, что ими правит каюр Карпушка».
Читающим впервые «В горах Сихотэ-Алиня» предстоит множество интереснейших знакомств с природой и людьми Дальнего Востока. И я вам завидую, мне уже недоступны те дороги и тропы, речные и морские мили, которые описаны живейшим языком Владимира Клавдиевича Арсеньева и по которым и я 50 лет назад делал свои, тогда ещё мало осмысленные шаги.

После прочтения В Уссурийском крае и Дерсу Узала, где очень много научных сведений, данных, детальных описаний местности и ландшафта, мне кажется Арсеньев задумал более приключенческцю повесть с красивым описанием природы и более доступную для чтения рядовым читателям. Но и эта книга, как и две прошлые сплошь и полностью изрезана названиями рек, протоков, долин, названиями и детальным описанием птиц, животных, что только предает ей прелести. Очень искусно Арсеньев описывает ночь на берегу Японского моря, что невольно представляешь себя в той или иной ситуации. Это и заряжает и очаровывает читателя! (Очень живо пишет).
Ну и также приходилось во время чтения заглядывать часто в Википедию и обращаться к интернету, для доподлинной фотографии животных, птиц и растений, что и советую вам. А также почти всегда следить за маршрутом передвижения, что также добавляет полноты ощущений.
В общем если вы любитель - посидеть у костра и полюбоваться звездным небом,- то возможно эта книга еще не для вас, но если вам по душе проливные холодные дожди, 30кг-вый рюкзак за плечами, а также топкие болота и переправы, 30градусный мороз, пурга и чувство голода- тогда это для вас!

Книга написана красивым языком про интересные вещи, но стиль повествования очень уж тяжеловесный. Ближе к учебнику по географии с примесью биологии и этнографии, в котором вдруг внезапно встречаются детальные дневниковые вставки: "лёг на шкуру, завернулся в одеяло", "чувствовал себя плохо", "позже я подружился с этим человеком", "весь вымок", "тот носил кальсоны вместо рубашки, а этот был неудачливым охотником".
На художку не тянет, скорее, на учебник для средней школы. Там подробные описания одежды народов Сихотэ-Алиня, их жилищ и быта, их традиций и верований. Это всё увлекательно, хотя и слишком концентрированно.
Заголовок про горы, хотя чаще группа Арсеньева двигалась по лесам, а обложка - про речные сплавы.

Писатель очень атмосферно и в мельчайших подробностях рассказывает обо всем происходящем с ним и его группой во время экспедиции в горы Сихотхэ-Алиня.

Детали маршрута, описания природы, рельефа гор и рек; особенности быта местных аборигенов, их суеверий и ритуалов. Автор так кропотливо описывает каждую деталь, что в какой-то момент забываешься и переносишься туда – к биваку в долине реки Анюя или Самарги. Представляешь как сидишь в юрте или фанзе в одном кругу с орочем, удэхейцем, китайцем Чжан-Бао и Арсеньевым, ужинаете свеже пойманной рыбой, приготовленной женой удыхейца, и обсуждаете как преследовали тигра в лесу, потому что накануне ночью он наглым образом напал на одну из ваших собак. Все это настолько реалистично, что грань между книгой и жизнью стирается.