Защита Лужина

Моё третье произведение Набокова, и точно не последнее. Эта книга давно была в моих планах, но всё не находилось подходящего случая начать её читать. И вот в один прекрасный сентябрьский день я научилась играть в шахматы и поняла, что лучшего момента уже не будет.

Сразу скажу, даже если вы ничего не понимаете в шахматах, сюжет от этого не становится менее интересным.

Книга условно делится на две части: детство и взрослую жизнь. Мы видим, как формируется личность Лужина, как родители, школа и одиночество делают из него гения и одновременно изолированного от мира человека. Во взрослой части становится ясно, как это отражается на его судьбе и отношениях, особенно с отцом.

Подробно Набоков описывает жизнь русской эмиграции: дома, привычки, мелочи быта, которые так точно передают атмосферу времени. Когда приезжает в гости женщина из СССР, бывшая знакомая Лужина, разница между двумя мирами становится особенно заметной.

И, конечно, «любовная линия» Лужина и его жены. Хотя любовной её назвать сложно, потому что это не про любовь, а скорее про зависимость, про попытку спасти и быть спасённым. Но именно это делает историю интересной, наблюдать за отношениями, построенными на других чувствах и эмоциях, и видеть печальный итог, к которому они приводят.

Начиталась я рецензий на эту книгу и решила её прочитать в игре Дайте две! (я и сама в школе увлекалась шахматами ) Ожиданий на 1000, а результат в половину, но по порядку. В начале были обширные витиеватые описания, и их было тяжело слушать. Если бы я так ходила, то ноги точно морским узлом завязались) )  Потом уже много легче и живее пошло. Начитавшись рецензий, я ждала как минимум медико- психологический триллер, а в результате психологичная проза с трагичным финалом, разбавленная местами слишком обильными описаниями. Прослушала быстро, т к рассказ сам по себе не большой.  Начало вполне бодрое, но далее все грустнее и печальнее .. Не люблю я такие книги. Но излагает, как воду льет! Хорошая техничность, приятный слог. Что есть, то есть. И даже витиеватый иной раз ход мысли на этом никак не сказывается. Потому такая оценка и получилась в конечном  итоге.

Я в смятении. Это моя третья художественная книга Набокова и мне каждый раз кажется, что я вижу не все, что туда вложено. Прямо нутром чувствую, что помимо верхнего слоя – сюжета и среднего слоя – психологии поведения, есть еще третий, глубинный. Но в чем он? Хм.
Сюжеты у Набокова (на мой взгляд) не стандартны, что в Пнине, что в Лолите, что здесь – главные герои очень не простые личности, полные огромного мировоззрения, которое прямо мешает им жить как все. И это ужас, а ведь должно быть наоборот! Не быть как всем, иметь уникальный внутренний мир – как такое может быть плохо? «Общественное мнение похоже на привидение в старинном замке: никто его не видел, но всех им пугают». И пугают до такой степени, что у людей отклонения начинаются. И я понимаю, что всех этих странных людей встречала пачками (особенно когда работа в Университете, уж там-то среди сотрудников такого пруд пруди), но как мало мы про них говорим, о них думаем, и понимаем ли вообще? Лужину (как я думаю, большинству подобных людей) не повезло еще в детстве, родители хотели от него одного, получая другое, выказывали неудовлетворение. В школе, конечно же, издевались. Мать видела в нем предателя отца, отец видел в нем бесполезный талант. А Лужин в скором времени не видел уже ничего. Он запер себя в мире шахмат и очень скоро понял, что партию не выиграть. Даже имея любящую жену (она постоянно страдала из-за него), и какой ход не сделай, как партию не разыграй, выхода нет. Кроме одного.

Гениальность и безумие часто идут рядом. И тому есть множество примеров: Джон Нэш, Никола Тесла, Винсент Ван Гог, Эдгар По и другие. Прототипом главного героя романа Набокова стал его близкий знакомый, шахматист Курт фон Барделебен. С детства замкнутый и неприспособленный к реальности мальчик становится знаменитым гроссмейстером, живущим одновременно в двух мирах - реальном и шахматном. Лужин пытается отгородиться от чуждой ему повседневности и с головой уходит в более понятный черно-белый мир королей, ферзей и пешек.

Своеобразную партию ведет и так и оставшаяся безымянной жена Лужина. Эта классическая "тургеневская девушка" всецело посвящает себя служению супругу, ежеминутно стараясь "возбуждать в Лужине любопытство к вещам, поддерживать его голову над темной водой, чтобы он мог спокойно дышать" и заполнить идеей каждую пустующую минуту его жизни - "лазейки для призраков". Подобные люди, намеренно приносящие свою жизнь в жертву отношениям с разного рода тяжелыми людьми вопреки уговорам родных и непониманию окружающих, вызывают зачастую даже больший интерес, чем сами чудаковатые гении. Что движет ими - любовь, жалость или стремление к своего рода бунту?

Большое внимание Набоков уделяет теме эмиграции, воплощением которой в романе становится теща Лужина. На протяжении всего повествования сыплющая в сторону шахматиста колкие замечания и неприкрыто его осуждающая, она на самом деле тоже является своего рода "лишним человеком" для своей Родины, и, подобно Лужину, отгородившегося от мира с помощью шахматной доски, выстраивает в своем немецком жилище "маленькую Дореволюционную Россию" с самоварами, славянской вязью, жар-птицами и кулебякой на обед.

Знаменитый язык Набокова как всегда красив и полон цвета, вкуса и запахов. То и дело мелькают шахматные образы - Лужин видит очертания фигур в силуэтах людей, представляет окружающих их в виде комбинаций, сравнивает темный прямоугольник окна с шахматной клеткой. Предложения растянуты и тяжеловесны, что способствует погружению в безумие главного героя.

Единственная моя претензия к роману, возможно, в том, что при всем его великолепии его сложно читать. Точнее сложно найти подходящий для чтения момент. Своей гнетущей атмосферой он подпортит хорошее настроение, а хмурым осенним днем только усугубит меланхолию.

На шахматной доске, как в клетке, — это, наверное, первая ассоциация, которая возникает при анализе своих ощущений от «Защиты Лужина» Набокова. Чтение этого романа — долгое, длиною в четыреста семьдесят шесть электронно-смартфонных страниц путешествие по замкнутому пространству жизни главного героя, людей, его окружавших, и шахматности — безумия — всего происходящего.
И если сначала при чтении чувства были неясными — толика интереса, надежда на то, что книга окажется достойной, три грамма сочувствия к героям, что-то ещё, может, понимание, а может, наоборот, — то потом эти неопределённые ранее ощущения принимают словесное воплощение, Набоков так прямо и говорит:

Жизнь Лужина — шахматная игра. Забитый, маленький мальчик, он не жил до знакомства с шахматами, будто существовал в каком-то ожидании, как деревянная фигурка, которую уже начали делать — уже назвали Лужиным, отобрав имя, — но ещё не завершили, потому не ясно, чем она станет, пешкой ли, ферзём ли или, может, ладьёй. И вот Лужин узнал шахматы, и всё — он попал в шахматное поле, ловушку, клетку, сначала дававшую свободу: сколько комбинаций и задач! Но потом затёршую всё за её пределами, обратившую шахматную судьбу — вундеркинд! известный игрок! гроссмейстер! — в шахматное безумие, в котором никакая рокировка не поможет, которое напоминает патовую ситуацию, всё одно и то же, и из этого не выбраться.
Жизнь Лужина могла бы изменить его родня, так и оставшаяся безымянной жена или её родители, но все они — несчастные литературные люди. Не в том смысле, что литература для них много значит, но в том, что они все в чём-то литературные образы — тургеневская барышня, её мать-казак и др., — и это видно отчётливо, Набоков и не пытается воссоздать реальность, нет, он создаёт литературу, партию, комбинацию. И литературность, бесспорно, вписывается в концепцию романа, она уместна, но она всё сильнее и сильнее заключает читателя в клетку шахматной доски — уже даже не во всю целиком, «к а к в клетку», а в одно поле, тёмно-коричневое, где-то в середине, откуда видно остальные, но не то, что вне, и откуда никуда не деться.
Вот и Лужин не может сбежать от своей шахматной судьбы, потому что волею игрока-Набокова, кроме шахмат, ему не дано ничего, только смазанные чувства к жене, которые ни во что бы не вылились — шагать Лужин может только конями и слонами, но не по жизни, — если бы она сама себе не надумала его образ и своё место рядом с ним, не взяла на себя роль спасителя.
Лужин загнан, кроме того, в клетку нерешённой задачи, как найти идеальную защиту сначала в партии с умелым шахматистом, а потом — от чего-то неясного, шахматно-прорвавшегося в реальность: судьбы, безумия. И выход, который он находит, настолько же предсказуем, как первый ход е2-е4. И если для Лужина это попытка выйти и обмануть предопределённость, то для читателя — возможность наконец шагнуть с душной, сумасшедшей, литературной шахматной диски, полной не людей — фигур. И желательно скорее забыть эту партию с Набоковым. В чём-то интересную, но… выигрышную для последнего, а не первого.
Это был слишком долгий мат в четыреста семьдесят шесть страниц.

Эта книга, как яд замедленного действия. При прочтении и сразу после него, кажется, что трагическая история неприятного героя не особенно затронет тебя. Даже радостно, что наконец то можно с ним попрощаться. Ставишь нейтральную оценку, а спустя пару дней замечаешь, что казалось бы, далеко не самая любимая, не самая "моя" книга Набокова стала занимать слишком много места в жизни.

У Набокова мало симпатичных персонажей, но даже самого отъявленного негодяя, можно оправдать, найдя в нем что то человеческое. Почему же Лужин человек талантливый, даже гениальный, не совершивший никакого зла, вызывает такое отторжение?
Слишком точный портрет социопата, причем лишенный всякой романтизации, восхищения перед непризнанным гением, вещи в себе. Человека отвергающего общество, страдающего от него, вынужденного защищаться, при большом желании можно понять, но полюбить, проникнуться к нему очень трудно. Он как будто под микроскопом, видно каждую черточку. Жутковато находить в нем что то общее с собой.

Это был тяжелый, болезненный, но необходимый, полезный для души опыт.

Набоков очень многогранный и талантливый автор. «Защита Лужина» стала третьим прочитанным произведением, и эта книга отличается кардинально от других. Здесь сохраняется прекрасный слог автора, но направление и сюжет совершенно другие.

Главный герой Александр Лужин, еще в детстве он отличался от своих сверстников, так как страдал аутизмом. Вся его жизнь словно шахматы, которыми он тоже «болел», а по-другому просто не мог. В его мире не было ничего, что привлекало бы так, как эта игра, собственно, это и был его мир.

На протяжении всей книги героя называют просто «Лужин», он безымянный герой, незаметный, странный. Но и его сердце способно любить. На его пути встречается дочь русских мигрантов, которая отвечает взаимностью. Параллельно перенапряжение на шахматном турнире приводит к тому, что у героя случается нервный срыв, он попадает в больницу. Не смотря на протесты родителей девушки, влюбленные вступают в брак.

Но Лужин не простой гений, он жил и умел жить только игрой, после запрета, он потерялся, сломался, его мир разрушен. Жена и путешествие не приводят к положительному результату. Всю жизнь он прятался за черно-белыми фигурами: сначала от родителей и их наставлений, от жестоких одноклассников, трудной учебы. И вот конец… В его голове осталась последняя партия и он в неё сыграет…

Атмосферно, очень… Было ли мне жаль главного героя? Было. Он не виноват, что родился таким. Мог ли быть другой исход? Я думаю, что рано или поздно всё к этому и пришло бы, в лучшем случае психушка до конца дней была бы обеспечена.

Если вы только планируете начать знакомство с автором и боитесь брать нашумевшую «Лолиту», можете начать с этой книги. Она не такая жесткая и жестокая, хотя сюжет достаточно гнетущий.

Определенная часть этого небольшого произведения до сих пор остается для меня несколько непонятной и покрытой пленкой тумана, но если в некоторых книгах это печалит или даже раздражает, то в случае с Набоковым общий принцип явно не работает. Если я чего-то не поняла, это отличный стимул перечитать "Защиту Лужина" еще раз, попозже, когда история по своему одинокого и брошенного на произвол собственного разума человека чуть уляжется в сознании.
Я безумно далека от шахмат, я не умею просчитывать ходы, но эта история меня зацепила. Зацепила не только сюжетом, где плутает в тумане не зная ориентиров господин Лужин, но и красками, неожиданно яркими при таком степенном повествовании. Суета, одиночество, стратегия защиты и нападения, шаблоны и предрассудки, брошенная жизнь и крикливая истинная красота пушистого платка - все это здесь, перед нами, пока по дорожке парка бредет человек, который в свое время спрятался, чтобы выжить, создал себе кокон, из которого сложно вылезти и не забыть себя.

Честно говоря, взялся за роман из какого-то странного желания провести параллели с сериалом "Хороший доктор". Так вот: параллелей нет. Лужина почему-то все называют аутистом, хотя, на мой взгляд, он просто необщительный увлеченный человек. Впрочем, я перестал следить за сюжетом где-то на середине, чего и вам желаю. Аналогии между реальной жизнью и шахматами, то по-цыгански броские, то слабоумно-загадочно завуалированные, видимо, составляют для Набокова какой-то интерес и суть романа. Предполагается, что читатель найдет это очень остроумным, но нет. Любой профессионал или увлеченный человек склонен описывать окружение в терминах своего занятия, это не признак аутизма и не что-то экстраординарное. Возможно, увлеченные шахматисты найдут в этом больше очарования, но человека далекого навязчивый шахматизм заставляет скучать.

Впрочем, это все не важно, так как язык просто божественный. Не будь в романе вообще никакого сюжета, и будь он лишь сборником набоковских поэтических фразочек, я все равно влепил бы максимальный балл. Но помимо поэтики есть еще изящество языка, россыпь марких мелочей, так точно подсвечивающих суть вещей, характеров и мест, что от их яркости становится больно глазам. Читается все это великолепие так легко, что ты несешься по этим прекрасным фразочкам, не замечая, с каким мастерством и кропотливостью каждая из них отесана и положена строго на причитающееся место.

Да,скажу я вам,Набоков это нечто!Начав читать книгу , первые страниц 20 ты словно "вкатываешься" в стиль автора , сразу ощущаешь его особенности , может сразу и не все понятно в его манере изложения , но потом просто наслаждаешься этими "кружевами" из слов , его иронией и своеобразным юмором:

Лужин - гениальный чудак,безвольный и покорный,он словно блуждает в потемках своей гениальности,субъект совершенно оторванный от реальной жизни. В его жизни , есть единственный смысл , смысл который называется "ШАХМАТЫ". Он одержимый игрой, она затягивает, засасывает в свой мир, отбрасывая все человеческое:

А еще любовь.Странная любовь женщины к гению.Да и любовь ли это , скорее жалость , подобие материнского инстинкта. Девушка из высшего общества , привыкшая к роскоши , бросается с головой в омут супружеской жизни с человеком, реальный мир которого , мир шахматных комбинаций. Ее идея спасения Лужина - мир без шахмат, заставить жить его по человеским правилам , "нормальной" жизнью. Но остановить "лужинское" безумие крайне трудно , а скорее всего невозможно...