"Вот этого, что на окне, - арестуйте его! Пусть посидит, пока я не вспомню, где я его видел". Так вот и схватили парнишку, и стали сдирать с него кожу саблями, и поджаривать на углях, дабы он признался, где человек, который у власти, мог его видеть. Но никакие пытки в камере ужасов не могли заставить узника говорить что-либо другое, кроме святой правды; он повторял её неустанно с такой убежденностью и несгибаемой смелостью, что генерал в конце концов вынужден был признаться в своей ошибке, признать, что никогда раньше не встречал Браулио Линареса Москоте, - "Но теперь нет другого выхода - пусть сидит! Ведь с ним обошлись так дурно, что если бы он и не был врагом, то стал им".
Ваша оценка
