Взялся за гуж — ну и гужуй теперь
Взялся за гуж — стал гужевым транспортом
Взялся за гуж — сделай вид, что так и было задумано
Взялся за гуж — хотя бы отвернись :)
Мало мне Долгой Прогулки: ещё и в рандом сунулась. А там всё-таки три варианта было. Так что сама выбрала, никто ж не заставлял. Расхлёбываю теперь.
С первых страниц возникло стойкое ощущение, что вернулась в прошлое и читаю один из бесчисленных романчиков «Ридерз Дайджест», помните, в красочных сборничках по четыре в одном? Почти уверена, что там и Пиколт есть, но лезть-проверять поленилась.
Так не тряхнуть ли стариной, не реанимировать ли маленькую частную радиостудию «Валдай FM»? ;)
музыкальная заставка
преувеличенно жизнерадостно
— Всем добрый день/вечер/ночер, сегодня у нас в программе роман Джоди Пиколт «Идеальная жизнь», а в гостях — трое главных героев, три вершины любовного треугольника. К сожалению, мы не смогли пригласить в студию ВСЕХ персонажей романа: их под восемьдесят человек, массовка, ха-ха, такое впечатление, что автору по десять долларов за каждого приплачивали, потому что другими причинами появление большей их части на страницах книги никак объяснить невозможно.
И наш первый гость...
И наш первый гость — Уильям Быстрый Конь, офицер полиции Лос-Анджелеса. Здравствуйте, мистер Быстрый Конь! Как добрались?.. внезапно фыркает
Уилл (сухо): Просто Уилл. Нормально добрался, не на своих двоих и не на четырёх, если вы на это намекаете.
— Простите. Уилл, как вы оцениваете своё участие в романе?
Уилл: Я далёк от того, чтобы тянуть одеяло на себя, но уверен, что миссис Пиколт на добрую половину романа, ту, что в середине, обо мне просто забыла. Во всяком случае, заявив меня как одного из главных героев, она надолго задвинула меня за кулисы, с головой погрузившись в сладострастное описание роскошной жизни Риверса и Касси, ну, и всего остального, что там у них меж собой произошло.
— Мистер Уилл, с первых же строк читателям становится известно, что вы полукровка-сиу. Помогало или мешало вам в жизни ваше смешанное происхождение?
Уилл: Зря я сюда пришёл. Сами-то не догадываетесь? Да я везде чужой: среди белых — потому что наполовину индеец, в племени лакота — потому что наполовину белый, да ещё и полицейский. Кто их любит? Правильно, никто. И Касси, как бы хороша она ни была, тоже. Но это всё из-за её муженька, звезды разэтакой. Так-то она в Пайн-Ридже нормально прижилась, не то что я. Даже удивительно.
— Миссис Риверс там жила у ваших родственников? И как ей удалось найти с ними общий язык?
Уилл: А вот по этой части надо бы писательницу допросить как следует. Потому что Пиколт этого никак не объяснила. Нашла, и всё тут. А ведь это поинтереснее, чем позолоченные краны в ванной бесконечно описывать или шкафы, битком набитые шмотками. Но, надо полагать, её читательницам такое интереснее. Да, Касси у моей родни жила, у деда с бабкой. А куда я ещё мог её отвезти? Они и меня вырастили, родители-то погибли, когда мне и десяти не было.
— Соболезную. (После приличествующей случаю паузы.) Скажите, Уилл, как вы можете объяснить название романа?
Уилл (с неожиданной злобой): Никак не могу объяснить. Не представляю, что там авторше в голову стукнуло и что она идеальной жизнью считает. Чтобы муж красавец, богач и знаменитость был? А что лупцует жену как сидорову козу — так это мелочи, с кем не бывает?! Я бы сам ей врезал, если б встретил где.
— Эээ... Что ж, спасибо за откровенность, всего хорошего!
А мы встречаем нового гостя, и в нашу студию направляется приглашённая звезда, киноактёр и режиссёр, обладатель до фига «Оскаров», альфа-самец, мечта домохозяек Алекс Риверс!!!
звучат фанфары; на их фоне, понизив голос:
— Пока этот звездочёт вылезает из своего лимузина, скажу вам по секрету, что мы тут, в студии, между собой называли его «Аверс Реверс». Всё потому, что весьма двуличная это персона. Не потому, что актёр, хотя да, масок у него на любой случай заготовлено, а потому, что с одной стороны орёл-мужчина, от сияния глаза режет, а с изнанки — решётка, за которую он супругу засадил, только вот решётка эта на одну половину из любви, а на вторую — из страха...
(Слышно, как открывается и тут же закрывается дверь студии — это понятно по восторженному вою тысяч поклонниц.)
Здравствуйте, мистер Риверс!
Алекс: Виделись. Давайте к делу, у меня расписание напряжённое, вон и «Макбет» ещё не доснят, и киносценариев гора нечитанных.
— Хорошо, как скажете. Тогда буквально пара вопросов. Мистер Риверс, что вас привлекло в Касси?
Алекс: Правду сказать, такой у меня ещё не было. От старлеток уже в глазах рябит, фанаток хоть жо... полной ложкой ешь, а тут на тебе — антрополог! Научный работник, представляете? И не то чтобы красавица, но глазищами смотрит — ух! Ну, и Африка своё дело сделала, экзотика, понимаете?
— Алекс, как вы считаете, почему роман с вашим участием называется «Идеальная жизнь»?
Алекс: Да потому, что на самом деле идеальная она была! Я всё, всё для жены сделал, всё ей дал! У нас дом в Малибу, поместье в Бель-Эйр, ранчо в Колорадо...
— Не надо гнуть... то есть загибать пальцы, мистер Риверс, наши слушатели всё равно этого не видят.
Алекс (не обращая внимания): Я всюду её возил, одел как куколку, сам на любую пати костюмчик ей подбирал, любил её во всех подробностях так, как вам... как остальным и во влажных фантазиях привидеться не могло! А она... бросает меня и улепётывает чёрт знает куда с грязным индейцем! Тварь неблагодарная! Ещё и забеременела, и я, знаете, не уверен, что от меня!
— Но... вы же её... били, разве нет?
Алекс (голос его звучит глухо; видимо, он закрывает руками лицо): Я не виноват. Это всё из-за отца. Вы даже представить себе не можете, чего я от него натерпелся. Я не виноват. Я не хотел... Даже на групповую терапию эту долбаную ходил, потому что Касси так захотела. А толку? Я уже почти верю, что это мой сын! А она меня опять бросила! Касси, где ты?.. (Рыдает.)
(Небольшая суматоха в студии, прерываемая музыкальной заставкой, включённой на полуфразе. Потом фонограмма так же резко обрывается.)
— Извините за небольшие технические накладки, мы продолжаем, оставайтесь с нами! И мы представляем вам главную героиню всей катавасии. У нашего микрофона Кассандра Барретт-Риверс...
Касси: Просто мисс Барретт.
— Даже так? То есть ваше решение окончательное?
Касси: Автор в финале романа не столь однозначна, я не могу её винить, — как, похоже, вообще никого не могу винить, в этом моя особенность и моя же беда, — но вся моя любовь к мужу не в силах преодолеть его девиацию, возникшую и развившуюся под воздействием перманентного семейного насилия, агрессивного поведения личности, с которой полагалось бы брать пример — его отца. Я по профессии физический антрополог и специально изучала разные теории возникновения агрессии в человеческом обществе, так вот...
— Вынуждена вас перебить, не могли бы вы выражаться попроще? Наши слушатели — а сегодня, я уверена, в основном слушательницы, — обычные такие люди, простые женщины, ну, как вам объяснить... любительницы дамских романов в мягкой обложке...
Касси (похоже, смущена): Я сама запоем читаю такие романы, знаете, где загорелый мускулистый герой, экзотически одетый или полураздетый уже, страстно обнимает теряющую сознание от чувств красивую героиню.
— Да не может быть!!! И как же это вас угораздило?
Касси: Волей автора, естественно. Она же хотела как можно больше потрафить целевой аудитории, просто впритирку к ней пройти, чтобы каждая потребительница этого немудрящего пафосного чтива могла ассоциировать себя с главной героиней, извините за резкость, слюнями истечь над описаниями сладкой и роскошной жизни, всё на себя примерить, как в бутике, а потом долго-долго страдать над собой выдуманной и себя же жалеть.
— Мисс Барретт, разрешите спросить: какое влияние на вас оказала амнезия?
(Большая пауза.)
Касси (с горечью): Лучше бы память ко мне не возвращалась. Ужасно было пережить всё это во второй раз.
— И последний, традиционный на сегодня вопрос: как вы считаете, «Идеальная жизнь» — подходящее название для этой книги?
Касси: Нет, о боже мой, нет! Мне кажется, что оно дано в насмешку, с каким-то цинизмом даже. Где ж тут идеальная жизнь? Всё for sale, всё на публику, но об этом Мюриэл Спарк гораздо раньше и лучше написала. А мадам Пиколт будто нарочно штампов насобирала. Кстати, вы только не удивляйтесь, но я перед этим интервью отзывы на роман почитала. В одной рецензии наткнулась на строчку: «В романе есть несколько явных калек...» Я прочитала «калЕк», и на минуту горячо согласилась с автором.
(Тихий короткий смех.)
— Касси, большое спасибо за откровенный рассказ. А вам, дорогие долгослушатели, спасибо за долготерпение, и оно вам ещё потребуется!
(Мвахаха.)
92 понравилось
