Hatter's Castle

Сосед покачал головой.

• А мне его не жалко. Он сам давно подготовил свое несчастье. Чего я не выношу в этом человеке, так это его дьявольской, угрюмой гордости, которая растет и растет, несмотря ни на что. Она у него вроде болезни. И гордость-то глупая, бессмысленная. Если бы он мог посмотреть на себя со стороны, он стал бы поскромнее.

- Ты совсем очумела от этого вздора, - заворчал он на нее однажды, когда она не сразу ответила на его вопрос. - Присосалась к книге, как
пьяница к бутылке! Кажется, если бы дом загорелся у тебя над головой, ты бы все также сидела и читала!

-Сколько вам лет?! -Двадцать второй? Господи! Да вы еще совсем дитя, перед вами вся жизнь. Все страдания, что вы пережили, забудутся, а счастья настоящего, в полном смысле, вы и не знали еще.

Мэри нырнула в это людское море, и оно тотчас поглотило ее. Она перестала быть отдельным существом, ее подхватил вихрь хохочущих, толкающихся, орущих, размахивающих руками людей и нес вперед помимо ее воли.

Если делать что, так делать хорошо!

Память его была темна, как небо, сплошь затянутое тучами, сквозь которые не может пробиться ни единый луч света.

Я была в тюрьме, во тьме, - шептала она про себя, - а когда вышла из нее,я была так ослеплана, что сбилась с пути.

Oнa былa для нeго брускoм, нa котoром oн оттaчивал и без того oстрое лезвие свoей ярости.

" - А разве преступление - разговаривать с молодым человеком, к тому же ... утром?..."