Les Diaboliques

Я не знаю, каким образом, живя в России, можно проторенной тропой выйти на книги Барбе д'Орвийи. Он, кажется, и на родине-то не особо популярен, а в России — тем более. Но при всём при этом его книги найти достаточно несложно, и стоят они копейки.

Первые пять коротких рассказов, представленных в этой книге, вполне сносные. Процентов на двадцать–тридцать они состоят из томных описаний быта французских роялистов и нравов тех времён — ну очень скрупулёзного изучения характера и чувств героев. Будьте готовы к витиеватому и кажущемуся сейчас занудным стилю. Хардкорно-декадентскому и готическому. Вся эта медитация на старинные нормандские сервизы при этом сбалансирована очень лихими поворотами сюжета, любопытной драматургией и крайне фактурными персонажами. Читать их, во всяком случае, интересно, хотя не все из пяти рассказов одинаково сильны.

Окончив их и подступив к «Шевалье де Тушу», я всё же начал сомневаться, стоит ли дочитывать книгу. И «Шевалье де Туш» убедил меня в том, что скорее нет. Это наиболее слабое из произведений: буквально процентов на сорок–пятьдесят состоящее из камерного описания внешности и характера шуанов в их войне против французских революционеров, а на оставшуюся половину представляющее собой практически французский экшен времён реставрации монархизма. Не слишком впечатлило. Всё-таки едва ли не половину «Шевалье де Туша» можно было спокойно сократить. Но Орвийи — это антоним к "Пиши-сокращай".

Заканчивая Шевалье, я вновь задумался, насколько вообще стоит тратить время на скрупулёзное дочитывание подобной литературы. Подступая к «Безымянной истории», я был уверен, что делаю это зря. Но произошло внезапное чудо: «Безымянная история» оказалась безумно хороша. Это, наверное, повесть, которую я бы оценил едва ли не условными десятью из десяти баллов — по накалу страстей, по драматургии, по фактурности характеров персонажей, по точному балансу между столь любимым Д’Орвийи копанием в чувствах героев и развитием событий.

Правда, «Безымянная история» чудо как хороша. Буквально от первой до последней строчки. Я не знаю для неё аналогов в европейской литературе. Она, на мой взгляд, требует экранизации в виде неторопливого хоррора. Все, кто каким-то образом дочитает этот сборник до «Безымянной истории», нисколько об этом не пожалеют.

Всё-таки д'Орвийи— особенно если знать его биографию — писатель очень и очень сильный. Другой вопрос, что читать его, наверное, стоит выборочно, но лёгкой прогулки можно априори не ожидать, если не готовы продираться через описания чепчика норманской барышни на несколько абзацев. Как писатель религиозный, как превосходный психолог, дотошно исследующий содержимое душ католических барышен, как денди-роялист, свирепо направо и налево раздающий в текстах оплеухи революционерам, Орвийи прекрасен.