Многобукаф. Книга для

Король бегает с мухобойкой, пугает фей, кричит «кыш, кыш!»; феи не обращают на него ни малейшего внимания. Они как трудолюбивые пчелки твердо намерены выполнить свою работу. Опускаются к колыбели и начинают:
   — Ты станешь самой красивой из принцесс!
   — Ты станешь самой умной из принцесс!
   — Ты станешь самой доброй из принцесс!
   И так далее.
   Пожужжали, покружились и вылетели в вентиляционный люк.
   Король осторожно подходит к колыбельке, приподнимает край одеяльца.
   — Ну?! — нервно спрашивает королева. — Что там?!
   — Да как обычно! — мрачно отвечает король, отбрасывает одеяло в сторону и зовет слуг.
   — Эй, кто там? Переоденьте ребенка из голубого в розовое.
   — Что, опять?! — королева начинает истерически хихикать.
   — Опять. Кретинки… Инсектоиды! Мальчика от девочки отличить не могут!
   — Эта уже пятая! — сквозь смех стонет королева. — Что, опять начинать по новой?
   — Ничего, мы пока молодые. А сказка только начинается. Успеем.

У Звезды был спутник. Один-единственный, зато свой. Правда, спутник не отличался постоянством – он то удалялся от Звезды, то снова приближался. Но Звезде даже нравилась его эксцентричность.
Когда спутнику приходило в голову вернуться в жаркие объятия Звезды, он это всегда делал красиво, с шиком, распустив хвост. И каждый раз при его приближении звезда радовалась, поспешно убирала с лица случайные пятна и волновалась, как девчонка на первом свидании. Но спутник, как обычно, погревшись возле Звезды, снова убегал куда-то, и ей ничего не оставалась, как покорно ждать. Другие звезды говорили ей: «Да что ты с ним так носишься? У него же сердце ледяное! И в голове один газ, даром что светится. Дурочка, это же только твой отраженный свет. Он без тебя – ничто!» Но Звезда, конечно, не слушала подруг. Им хорошо, вокруг них спутники так и вьются стаями, а у нее только этот и есть.
Так продолжалось до тех пор, пока однажды, во время наибольшего удаления спутника от Звезды, какая-то другая блуждающая звезда притянула его – и спутник, врубив четвертую космическую скорость, покинул свою орбиту. Что с того, что другой звезде он тоже не достался, отправился в затяжной свободный полет? Звезда осталась одна.

— Ты — незаконнорожденная дочь короля Людовика. Но дело в том, что сам король Людовик тоже был незаконнорожденным.
— Что, съела? — хихикнул Узурпатор.
— Как так?! — воскликнула принцесса.
— Очень просто. Отцом твоего отца был в действительности нe прежний король Филипп, а посол Бамбезии…
— Мой отец! — ахнул Варвар.
— Не совсем, — ласково улыбнулся Оракул. — Твоя мать зачала тебя от заезжего менестреля по имени Орест…
— Мой отец! — воскликнул Полуэльф.
— Нет, — покачал головой Оракул.
— Но моя мать говорила…
— Она ошибалась.
— Но я же Полуэльф! Мой отец был…
— … не человеком, а хоббитом по фамилии Хрумли из урочища Круглые Камни.
— Мой о… — пискнул Халфлинг и поспешно зажал себе рот рукой.

— Вы не можете меня убить, — сказал Чёрный Властелин.
— Это почему же? — ехидно поинтересовался Полуэльф, не отводя меча от горла Властелина.
— Да по кочану!— огрызнулся Властелин. — А ну, скажи мне, умник: что наша жизнь?
— Игра, — заученно ответил Полуэльф.
— Правильно. А что произойдёт, когда вы меня убьёте?
Полуэльф перглянулся со спутниками.
— Победа,— ответил Варвар.
— Освобождение,— добавила Принцесса.
— Мир во всём мире,— прогудел гном.
— И труднопредставимое счастье для всех,— закончил Халфлинг.— И чтобы никто не ушёл обиженным.
Полуэльф повернулся к Тёмному Властелину.
— Ну?
— Да, теоретически всё так. А практически — ничего подобного не произойдёт. Игра закончится, вот и всё.
— Как это, "игра закончится"?— ахнула Принцесса.— А как же...
— А вот как!— безжалостно отрезал Чёрный Властелин. — Вас поздравят с победой, прокрутят короткий оптимистичный ролик, а потом появится надпись: "Пройти ещё раз". И всё начнётся сначала.

Однажды вор залез в чужой курятник и украл курицу. Когда он убегал, то опрокинул фонарь, и курятник загорелся. Курица смотрела назад и, видя огонь пожара, понимала: вор спас ей жизнь.
Когда вор откармливал курицу пшеном и хлебом, курица понимала: вор о ней заботится.
Когда вор скитался из города в город, пряча курицу за пазуху, курица понимала: вор её любит.
Когда курица увидела, что вор замахнулся ножом, она поняла: вор хочет покончить жизнь самоубийством. Она прыгнула на нож и прикрыла вора своим телом. И умерла счастливой. И вор тоже был счастлив. В общем, хэппи-энд.
Так выпьем же за правильное видение ситуации!

Жила-была на свете Любовь. И был у неё, как полагается, Предмет Любви.
Им было очень хорошо вместе. Предмет смотрел на Любовь влюбленными глазами и говорил: «Я тебя люблю!»
А она расцветала от этих слов и была для своего предмета самой воплощенной Любовью.
Но время шло, и Предмет всё реже стал смотреть на Любовь так, как раньше. Ей теперь приходилось самой спрашивать: «Ты меня любишь?.».
«Что? — отвечал Предмет. — А, ты об этом… Конечно, люблю. Не веришь?»
Любовь, конечно, верила — и доверчиво прижималась щекой к плечу своего Предмета.
Так Любовь стала Верой.
Она верила своему Предмету безоглядно, даже когда он стал реже появляться дома, даже когда от него стало пахнуть чужими духами.
А потом Предмет и вовсе пропал, и верить стало некому.
От Предмета остались какие-то мелочи: зубная щётка, сношенные тапочки, треснувшая кружка. Вера ничего не выбрасывала.
«Это глупо, конечно, — думала она. — Бессмысленно даже надеяться… Но вдруг он всё-таки вернётся?»
Вера, конечно же, не может существовать без Предмета Веры. Так Вера стала Надеждой. Надежда — беспредметна.
Она живёт — и ждёт. Живёт — и надеется. Она умирает последней — и всё никак не умрёт.
Ей нельзя умирать — потому что после неё придёт Ненависть. Надежда должна держаться до последнего.

Дракон поднялся и, прихрамывая, пошел в пещеру. Через некоторое время он появился снова, ведя за руку принцессу.
— На. Вот твой выигрыш.
— Ты что, смеешься??? — завопил рыцарь. — Что мне делать с этой бабой??? Я же тамплиер, служитель церкви!! Где Святой Грааль??
— А я почем знаю?
— А кто должен знать?
Дракон пожал плечами и охнул, когда левое плечо отозвалось болью.
— Парень, это уже твои проблемы. Берешь ее?
— Тьфу на тебя!
Рыцарь грязно выругался, собрал свое оружие, сел на коня и уехал.
— А если бы он пришел за мной? — спросила принцесса.
— Ну, тогда я бы вынес ему грааль, — хмыкнул дракон.