The Son

Для обычного бледнолицего индейские имена звучат бессмысленно и похожи на клички животных, потому белым трудно было понять, с чего бы относиться к этим ниггерам прерий как к человеческим созданиям. Дело в том, что у команчей было табу на использование имени умершего прежде человека. В отличие от бледнолицых, миллионы которых зовут себя одинаково, поколение за поколением, у команчей имя человека живет и умирает вместе с ним.

Никому не рассказывай. Мир взрослых держался на тайнах.

С какой идиотской самоуверенностью он давал советы по поводу вещей, о которых понятия не имел!

Господь, видимо, карает за гордыню.

Нельзя выпускать хлам и рассчитывать выжить в современном мире. Люди хотят покупать вещи, которые прослужат долго.

В итоге все вышло по его – нас считают людьми другой породы. Им вообще не приходит в голову, что мы тоже нуждаемся в пище, что у нас тоже идет кровь, что на нас можно устроить облаву с вилами и факелами. Или, точнее, со святой водой и осиновыми кольями.

Гарсия получили эту землю, уничтожив индейцев, и мы вынуждены были поступить точно так же. А однажды кто-нибудь избавится от нас. И я просил бы тебя не забывать об этом.

Слишком много в нас от рептилий, от пещерного человека с его дикими повадками. И ведь найдется немало тех, кто не прочь туда вернуться. Стать рептилией. Змеей, притаившейся в засаде. Нет, они, конечно, не говорят
змея, им больше нравится лев, но разница-то невелика, разве только внешне.

жизнь богатых и знаменитых бледнолицых не слишком отличается от жизни команчей: можешь делать что пожелаешь, и ни перед кем не отчитываться