Избранное

Пища души твоей есть свет и простор, так светом и простором корми её.

Музыка - консервный нож, чтоб душу открывать.

"Однажды вы опускаете руки, смиряетесь, и все даже посреди хаоса сменяет одно другое с неумолимой определенностью."

Его колоссальная деятельность литератора - это только оборотная сторона немого оцепенения, в котором сидит или стоит его двойник, не пошевеливший ни одним перышком. Оцепение и активность - два лица одной и той же болезни ...

Стоит безоблачная погода, во все стороны протягиваются тропинки, и все они — под гору. Была б моя воля, я не стал бы разравнивать проселочные пути, не стер бы с лица земли ни единого бугорка. Ведь с каждым ухабом в сигнальной башне вспыхивает новый огонек. Мысленно помечаю все оставленные позади неровности Дороги; отныне, чтобы воскресить ход моих размышлений, понадобится лишь еще раз с закрытыми глазами проделать это путешествие, еще раз ощутить кожей эти ухабы.

Впредь мы ходим, расколотые на мириады частей, точно насекомое с сотнями ног, тысяченожка мягко переступающих лапках, что впитывает атмосферу; ступаем чувствительными отростками, которые жадно пьют из прошлого и будущего, и все, сплавляясь, превращается в музыку и печаль; ступаем по объединенному миру, утверждая нашу раздробленность.

Прочитанные книги и услышанная музыка уверили меня в том, что где-то на земле есть люди, похожие на меня.

На мою душу снисходит покой. Будь еще у меня в руках сандвич с ветчиной и кружка пива - о, какого друга я обрел бы в Иисусе.

Я убедился, что любая мысль влюбленного бедняка — преступна.

Я думал о ней, как одержимый, дни и ночи, из года в год, а потом не заметил, как она выпала из памяти, словно пенни, провалившееся в дырку в кармане.