Рассказы

Но когда народ смеется, даже с оттенком сатиры, монарх может спать спокойно.

... теперь бы коня, и - мчаться где-нибудь в степи так, чтобы захватывало дух...

Святая ложь — это такой трепетный и стыдливый цветок, который увядает от прикосновения.

Со струн Сашкиной скрипки плакала древняя, как земля, еврейская скорбь, вся затканная и обвитая печальными цветами национальных мелодий.

Она научилась встречать каждую неудачу с ясным, почти веселым лицом.

– Я тебя понимаю, – задумчиво сказала старшая сестра, – но у меня как-то не так, как у тебя. Когда я в первый раз вижу море после большого времени, оно меня и волнует, и радует, и поражает. Как будто я в первый раз вижу огромное, торжественное чудо. Но потом, когда привыкну к нему, оно начинает меня давить своей плоской пустотой… Я скучаю, глядя на него, и уж стараюсь больше не смотреть. Надоедает.

- Уди­вля­юсь, Саша, как это вы не жа­ле­е­те сво­их де­нег?
Он воз­ра­жал убе­ди­тель­но:

• Да ма­дам же Ива­но­ва. Да мне же их с со­бой в мо­ги­лу не брать.

То великое, мощное и святое, что жило и горело в нем при его жизни, угасло невозвратимо.

Носил я орга́н к мастеру – и чинить не берется. «Надо, говорит, новые трубы ставить, а лучше всего, говорит, продай ты свою кислую дребедень в музей… вроде как какой-нибудь памятник…»

... потому что на весь божий мир она глядела сквозь радужную пелену тихого очарованья, переполнявшего ее душу.