Двенадцать стульев. Полная версия

Из двух зайцев выбирают того, который пожирнее.

Кобелировать - это значит ухаживать за молодыми деушками с нечистыми намерениями.

— Мальчик, — сказал Остап, — разве плох? Кто скажет, что это девочка, пусть первый бросит в меня камень!

Два дня лежал, спиртом лечился.

— Растирался?

— Нам растираться не к чему.

— А что, отец, — спросил молодой человек, затянувшись, — невесты у вас в городе есть?
— Кому и кобыла невеста, — ответил он, охотно ввязываясь в разговор.
— Больше вопросов не имею, — быстро проговорил молодой человек.

- Впрочем, вы можете уйти, но у нас, предупреждаю, длинные руки!..

Но конец, который бывает всему, пришел.

Остап артистически раскланялся с хозяйкой дома и объявил ей такой длиннющий и двусмысленный комплимент,что даже не смог довести его до конца.

вы довольно пошлый человек,вы любите деньги больше,чем положено.

— Вы верный друг отечества! — торжественно сказал Остап, запивая пахучий шашлык сладеньким кипиани. — Пятьсот рублей могут спасти гиганта мысли.
— Скажите, — спросил Кислярский жалобно, — а двести рублей не могут спасти гиганта мысли?
Остап не выдержал и под столом восторженно пнул Ипполита Матвеевича ногой.
— Я думаю, — сказал Ипполит Матвеевич, — что торг здесь неуместен!
Он сейчас же получил пинок в ляжку, что означало:
«Браво, Киса, браво, что значит школа!»

Бендер учтиво снял шляпу. Персицкий учтиво снял шляпу. Бендер прелюбезно поклонился. Персицкий ответил любезнейшим поклоном. Бендер приветственно помахал рукой. Персицкий, сидя у руля, сделал ручкой. Но Персицкий уехал в прекрасном автомобиле к сияющим далям, в обществе веселых друзей, а великий комбинатор остался на пыльной дороге с дураком компаньоном.

Тут вот рядом стоял скелет, собственность студента Иванопуло. Он купил его на Сухаревке, а держать в комнате боялся. Так что посетители сперва ударялись о кассу, а потом на них падал скелет. Беременные женщины были очень недовольны.

— Никогда, — принялся вдруг чревовещать Ипполит Матвеевич, — никогда Воробьянинов не протягивал руки.
— Так протянете ноги, старый дуралей!

— Вы умеете ездить зайцем? — спросил Остап Воробьянинова.
— Я попробую, — робко сказал Ипполит Матвеевич.
— Черт с вами! Лучше уж не пробуйте!

обменивался спотыкающимися фразами

Воробьи несли разный вздор

Какие теперь магазины! Теперь только очереди, а магазинов нет.

башня Эйфеля, похожая на сумасшедшую табуретку

" - И вся-то наша жизнь есть борьба!"

"Женщину украшает скромность."