Скрипач

Если Цицерон, путешествуя по Востоку, находил скорбное утешение в созерцании пустынных развалин некогда величественного города, то чего стоят мои ничтожные горести, когда в Гобое моим взорам предстают виноградная лоза и розовый куст, обвившиеся вкруг колонн поверженного в прах храма Славы?

- Пресыщенный некогда славой, он счастлив ныне и без нее. Оставленный ею, но неразлучный с гением, он блаженнее короля. И потому теперь более достоин изумления, чем когда-либо.

Несравненное мастерство, с каким он исполнял эти незамысловатые мелодии, ошеломило меня. (...). Этот человек владел смычком чародея.