The Steampunk Bible: An Illustrated Guide to the World of Imaginary Airships, Corsets and Goggles, Mad Scientists, and Strange Literature

Для меня стимпанк – это прежде всего про визуал. Все эти причудливые механизмы, очки-гогглы, смешение викторианской моды с панком, безумные учёные, ретродизайн техники, странные транспортные средства... Смотреть дух захватывает, а вот читать на эту тему мне неинтересно. Но игра есть игра, и жанр этот до меня всё же добрался. Решила выкрутиться и прочесть нон-фикшн по теме.

Книга издана 10 лет назад, и многое уже кажется устаревшим и принадлежавшим к субкультурам нулевых: стиль фотографий, практически полное отсутствие других соцсетей помимо личных блогов, популярность тех сайтов, что сейчас почти забыты, интернет на вторых ролях и т.д. Но авторам надо отдать должное, на момент 2011 года информация собрана и систематизирована весьма хорошо, пусть и не всегда полно.

Начинают они с книг, рассказывая о праотцах стимпанка, Жюле Верне и Герберте Уэллсе, на чьи романы повлияли мистификации Эдгара По и философско-сатирические повести на основе работ Фрэнсиса Бэкона и Иоганна Кеплера. Разбираются сходства и различия их взглядов: Верн в своих книгах опирался на современную ему науку, Уэллс выдумывал машины будущего. Верн фантазировал сюжеты, Уэллс давал социально-политические комментарии. В Америке на рубеже 19-20 веков также были популярны так называемые эдисонады, книги о молодых изобретателях, отправляющихся в забытые уголки или на Дикий Запад и своими изобретениями спасающие страну или даже весь мир от какой-нибудь внешней угрозы.

Весь этот протостимпанк во многом повлиял и на научную фантастику 20 века в общем, и породил сам поджанр в частности. Его появление авторы книги связывают с 1980-ми и такими писателями как Джеймс Блэйлок, Тим Пауэрс и К.У. Джетер. И, конечно же, с "Машиной различий" Гибсона и Стерлинга, изданной в 1990-м и считающейся каноном стимпанка. Возрождение жанра в нулевые приписывают авторам подросткового стимпанка Чери Прист, Гейл Кэрригер и Екатерине Седиа. Странно, что совсем не упоминается Чайна Мьевиль, чьи романы обычно тоже причисляют к стимпанку.

Помимо книг в "Библии стимпанка" затрагиваются комиксы, тематическое искусство (механические модели, постеры, картины, инсталляции), мода как субкультура и образ жизни, а также музыка, но ничего не сказано о компьютерных играх.

Самый интересный для меня раздел, кино в эстетике стимпанка, был последним. Старые чёрно-белые экранизации Верна и Уэллса, мультфильмы Миядзаки ("Небесный замок Лапута", "Ходячий замок", "Принцесса Мононоке"), японские "Легион" и "Стимбой", голливудские "Дикий дикий Запад", "Лига выдающихся джентльменов", "Война миров", "Золотой компас", "Небесный капитан и мир будущего", "Шерлок Холмс" Гая Ричи, мультфильм "9", французский "Город потерянных детей", австралийская короткометражка "Загадочные географические исследования Джаспера Морелло", сериалы "Доктор Кто" и "Хранилище 13". В общем, список "на посмотреть" пополнился.

Steampunk set design looks great. The Industrial Revolution has grown old. So machines that Romantics considered satanic now look romantic.

Moleskin design for Modofly

Небесный замок Лапута

Ходячий замок

Владимир Гвоздев

the Machines of the Isle

«Библия» – чересчур громкое название для этой небольшого объёма книги, но надо отметить, что свои двести с мелочью страниц авторы использовали на все сто. (Очень много места отведено иллюстративному материалу: обложки книг, кадры из фильмов и сериалов, репродукции рисунков, фото арт-объектов и некоторых активистов стимпанк-движения в соответствующих нарядах, так что текстовым блокам пришлось потесниться.) Пожалуй, единственным серьёзным её недостатком я могу назвать только год выхода: перевод на русский издали в 2023-м, оригинал же вышел в 2011-м. Двенадцать лет – большой срок для субкультуры, за это время многие относящиеся к ней явления, проекты, интернет-ресурсы сильно изменились или вовсе ушли в небытие; с другой стороны, также появилось много нового, и нынешний читатель о некоторых аспектах стимпанк-культуры может быть осведомлён даже больше, чем авторы «Библии».

Но умеренная глубина этой работы компенсируется широтой охвата: литература, кинематограф, комиксы, аниме, музыка, изобразительно искусство, крафт, стимпанк как стиль одежды, стиль жизни и даже как творческое сообщество – авторы постарались рассмотреть стимпанк во всех его проявлениях, не исключая протостимпанка – стимпанка до стимпанка, так что даже самый прошаренный фанат имеет шанс обнаружить кое-что для себя неизвестное.

И всё же, несмотря на воодушевление, с которым авторы демонстрируют сокровища стимпанк-культуры, иногда кажется, что они с трудом наскребали материал. Так, на мой взгляд, неоправданно много страничного места посвящено такому феномену, как стимсона (стимпанк-персона) – alter ego фаната стимпанка, ведущему воображаемую стимпанк-жизнь в воображаемом мире победивших паровых технологий. Но такие alter ego известны каждому, кто хотя бы немного соприкасался с неформальной культурой вообще, в разных тусовках они могут называться по-разному (у фанатов фурри, например, есть фурсоны), зародилось это явление в среде любителей ролевых игр и естественным образом переползло в соседние субкультуры, ничего специфически стимпанковского в нём нет.

Один из самых интересных разделов посвящён идейному, или даже идеологическому, содержанию стимпанка. На меня он произвёл смешанное впечатление. С одной стороны, я была приятно удивлена тем, что авторы вообще затронули этот вопрос: в эпоху победившего visual kei очень радостно слышать о субкультуре, имеющей не только внешнее выражение, но и внутреннее наполнение. Это роднит стимпанк с изначальным панк-движением (я имею ввиду не то, как поставить ирокез на сопли и быть в говно 24/7, а, если можно так выразиться, классический панк), ведь в конечном счёте человека определяет не то, что он потребляет, а то, что создаёт. Идейную ценность стимпанка составляют не шестерёнки, нашитые на викторианский корсет, а ценность ручного труда вообще, потребление осознанное и бережливое, вторичная переработка, креативный подход к решению технических задач и эстетизация предметов быта (что не так уж неожиданно роднит стимпанк с прерафаэлизмом). Мне особенно понравились размышления о том, что, возможно, в будущем нас ожидает возрождение отброшенных в прошлом технологий, настоящий ретрофутуризм. И в самом деле, появляются новые материалы, реализуются новые подходы, и, может быть, сила пара ещё не сказала своего последнего слова и дирижабли однажды возьмут реванш над самолётами, победившими их в технической эволюционной гонке?

Но дальше, на мой взгляд, пошёл уже перебор. Я понимаю, хочется быть за всё хорошее против всего плохого, но навешивать на стимпанк ответственность за продвижение мультикультурализма, репрезентацию всех меньшинств сразу и борьбу против неоколониализма – не слишком ли? Конечно, любая культура (и субкультуры не исключение) должна развиваться и искать новые пути, в противном случае она умрёт. Но если вычесть из стимпанка всё это ужасное колониалистическое викторианство и всех этих ужасных белых цисгендерных гетеросексуальных мужчин (которые, в скобках заметим, создали жанр и дали ему имя но если что, справок о сексуальной ориентации отцов-основателей я не наводила, так что не поручусь), что тогда от него останется? Боюсь, ничего.

тлдр : conversation piece для эстетов

Очень странное издание -- книга 2011-го года*, которую и на полку толком не поставить, потому что с полки её видно не будет. А на стол положить -- так хоть обложка внимание привлечёт, картинки полистать можно будет.

Почему именно картинки и именно полистать? Да потому что читать там особо нечего. Есть пиар всякого там, но узок их круг (самопиара, к слову, не так много, хотя начинается книга именно с него).

А буков относительно немного, оне мелкия, и в очень странных местах текст перебивается бестолковыми врезками.

* перевести её вот прям в 11-м было бы сильно сложнее, чем сейчас, потому что русска языка за это время нахваталась всякой срамоты