Рожденный чехом, но ставший французским классиком при жизни, он известен как виртуозный исследователь человеческого удела через призму иронии и эротизма, автор «Невыносимой легкости бытия». Однако поздний Кундера — это не столько романист, сколько философ искусства, хранитель европейского культурного кода. Книга «Встреча» (2009) — это четвертый и, пожалуй, самый интимный том его эссеистики (после «Искусства романа», «Нарушенных завещаний» и «Занавеса»), написанный уже на безупречном французском языке. Темой этого изысканного произведения становится не вымысел, а реальность самого искусства: защита забытых шедевров и борьба против диктатуры китча и забвения.
Хотя формально перед нами сборник эссе, его композиция выстроена столь же тщательно, как музыкальная фуга. Предметом исследования выступает «архипелаг» творцов, дорогих сердцу Кундеры, которых он вырывает из лап исторической амнезии или клишированного восприятия. Книга разделена на девять частей, где автор, словно опытный куратор музея, проводит нас через залы живописи, музыки и литературы.
Мы встречаем художника Фрэнсиса Бэкона и его искаженные тела, на примере которых Кундера рассуждает о «жесте» художника и насилии взгляда. Мы погружаемся в сложный мир чешского композитора Леоша Яначека, чья модернистская музыка была несправедливо отвергнута консерваторами. Кундера реабилитирует Анатоля Франса и Курцио Малапарте, показывая их «шкуру» (в случае Малапарте — одноименный роман) в новом свете. Особое внимание уделено «черным спискам» — тем авторам, которых по разным причинам (политическим, моральным) выбросили за борт канона.
В тексте возникает неожиданная параллель между «Идиотом» Достоевского (которого Кундера критикует за экзальтацию чувств) и прозой Филипа Рота. В каждой главе Кундера совершает акт интеллектуального экзорцизма, изгоняя пошлость интерпретаторов, которые сводят творчество к биографии автора. Тип конфликта здесь сугубо метафизический и культурологический: это дуэль между автономным, суверенным Искусством и агрессивным морализаторством современности, стремящейся упростить сложное и переписать прошлое в угоду текущей повестке.
Главная идея, которую Кундера вкладывает в «Встречу», заключается в утверждении радикальной автономии произведения искусства. Автор яростно выступает против того, чтобы рассматривать романы или симфонии как иллюстрацию политических взглядов или сексуальных комплексов их создателей. Он настаивает на «мудрости романа», который способен сказать о человеке больше, чем психология или социология.
Посыл Кундеры глубоко гуманистичен и аристократичен одновременно: память культуры хрупка, и наша задача — противостоять энтропии, не давая великим голосам прошлого (таким как Рабле, Стерн или Брох) утонуть в «шуме» информационной эпохи. Это призыв научиться читать и слушать заново, очистив восприятие от стереотипов.
Une Rencontre переводится как «Встреча», но во французском языке это слово несет в себе оттенок случайности и одновременно судьбоносности. Это не запланированный рандеву, а столкновение, intersection, пересечение путей. Смысл названия многослоен.
Во-первых, это встреча самого Кундеры со своими «старыми друзьями» — умершими художниками и писателями, с которыми он ведет бесконечный диалог сквозь время. Он сажает их за один метафорический стол.
Во-вторых, это встреча читателя с неожиданными интерпретациями: Кундера знакомит нас с такими аспектами творчества известных гениев, мимо которых мы проходили, не поднимая глаз.
В-третьих, это встреча разных видов искусств — литературы, музыки и живописи, которые в оптике автора неразделимы и освещают друг друга. Une Rencontre — это момент узнавания своего в чужом, интимный контакт разумов.
Будучи объективным критиком, стоит указать на специфический недостаток книги: её высокий «порог вхождения». «Встреча» — это произведение для подготовленного, эрудированного читателя. Если вы не знакомы с додекафонией Шёнберга, романами Музиля или прозой Селина, некоторые пассажи могут показаться герметичными и даже снобистскими. Кундера порой бывает категоричен в своих суждениях, не допуская возражений (например, в своей нелюбви к сентиментальности Достоевского).
Тем не менее, «Встреча» — это блистательный манифест свободы творчества. Это не учебник по литературоведению, а признание в любви к красоте, которая создана человеком вопреки ужасу истории. Прочитать эту книгу необходимо для того, чтобы «прочистить оптику», научиться видеть в искусстве не отражение реальности, а самостоятельную вселенную, и пережить радость интеллектуального сопричастия к великому.
23 понравилось
