Цитаты из книги A Red Herring Without Mustard

Я не знаю, что ищу, но пойму, если найду.

Все зависит от того, как вы смотрите на вещи.

В дверях гостиной я остановилась, чтобы быстренько помолиться: «Благослови меня Господь и сохрани меня, и пусть его лик воссияет надо мной; пусть он наполнит меня великой привлекательностью и молниеносной сообразительностью».

Это была откровенная ложь - одна из моих специализаций.

Я научилась тому, что между друзьями улыбка может быть лучше хохота.

если грубость не относится на счет невежества, ее можно воспринимать как верный знак признака принадлежности к аристократии.

- (...) Старшие сестры всего мира очень похожи: полчашки любви, полчашки презрения.

Я сама не могла бы дать лучшего определения!

Я не пошевелила ни мускулом, но мысленно распушила перья.

Нельзя отрицать факт, что когда человек достигает определенного возраста, он колеблется, взваливать или не взваливать на себя новый груз забот. Как будто, испытав определенное количество горя в жизни, получаешь отпущение грехов для Великого Директора на небесах.

Прямо передо мной табличка с кроваво-красными буквами на остове мебельного фургона предупреждала: «Осторожно, собак», как будто упомянутое животное перегрызло художнику горло до того, как он успел дописать «а».

Фели без конца щебетала о мутной Миссисипи, ее длине, изгибах и поворотах и как правильно написать название реки, не выставив себя дурочкой. У нас появилось отчетливое ощущение, что именно Фели лично задумала и создала эту великую реку, а Бог беспомощно стоял на подхвате, немногим более чем помощник водопроводчика.

Только когда я в одиночестве, я могу в полной мере наслаждаться собственным обществом.

Когда ездишь на велосипеде под дождем, важнее быть заметным, чем сухим.

— Что-нибудь подвернется, — жизнерадостно заметила Даффи. — Так всегда бывает. — Только у Диккенса, Дафна, — сказал отец. — Только у Диккенса.

Хорошее воспитание и природная галантность превратили то, что могло обернуться неловкой ситуацией, в совершенный триумф, и моя спальня, вместо того чтобы стать полем битвы, внезапно оказалась залом для приемов.

Полки возвышались до потолка уровнями, как будто образовались геологическим путем, сдвигом земли вверх. Близко к полу, под рукой, стояли книги, принадлежавшие теперешнему поколению де Люсов. Над ними, вне досягаемости руки, были запасы викторианских обитателей дома, а еще выше, под потолком, располагался хлам, оставленный георгианцами: сотни и сотни томов в кожаных переплетах с тонкими, изъеденными червями страницами и таким мелким шрифтом, что глаза можно сломать.

Деспотические люди ... часто повторяют свои слова дважды, как будто у них квота.

В викторианскую эпоху, когда леди не могла выйти из дома без сопровождения, чтобы не нанести ущерб своей репутации, чайные были единственным местом, куда женщина могла прийти одна.

Братание - или как назвать это, когда дело касается сестер, - с врагом выхолащивает решимость двинуть в зубы.

Мы неслись, словно ветер, купаясь в сентябрьском солнце.