Возвращение в Оксфорд

— Чушь! — отрезала мисс Эдвардс. — Никакие принципы нельзя провести в жизнь без насилия по отношению к кому-то. Прямого или косвенного. Каждый раз, нарушая равновесие сил в природе, мы вызываем к жизни насилие. И если вообще ничего не трогать, то насилия все равно не избежать.

Слава богу, Оксфорд не располагает к пошлости, во всяком случае после второго курса.

… и не надо класть сахар в мое кофе.

… судя по всему, великая женщина должна либо умереть незамужней, либо найти себе мужа, превосходящего ее величием.

— Но англичане не заполняют опросников, — сказала Гарриет.
— Не заполняют опросников?! — вскричала потрясенная мисс Шустер-Слэтт.
— Нет, — заверила Гарриет. — Как нация мы не верим в опросники.

Они были одеты с неуместной пышностью, оставшейся от былой, более возвышенной эпохи, и шагали с тем небрежным достоинством, которое так характерно для университетских церемоний в Англии.

Прежде всего, мы изменили название романа, поскольку перевести его во всей многозначности было, увы, невозможно. Gaudy Night — это одновременно встреча выпускников, просто «безумная ночь» и цитата из пьесы Шекспира «Антоний и Клеопатра».

— Довольно занятный. Я бы сказала, берет большую часть беседы на себя.
— И вы остаетесь в тени его веселья и остроумия?

Никому не нравится, когда его жалеют. Большинству нравится жалеть себя, но это совсем другое дело.