Во втором томе Канеки потихоньку привыкает к своему двойственному положению в обоих мирах - он пытается научится притворяться есть как человек, чтобы снова иметь возможность обедать вместе со своим другом (хотя у него и не особо-то получается, но он верит, что сможет - ведь ему есть зачем стараться), узнаёт как именно "Антейку" добывает пропитание для гулей, потихоньку обживается в самом кафе. Но ещё он вынужден познакомиться с другой стороны жизни гулей - той, в которой они выступают не безжалостными монстрами и охотниками на беззащитных людей, как он привык представлять до своего "перерождения", а как раз теми самыми беззащитными жертвами перед теми людьми, чья профессия - это охота на гулей. Уже тут становится видно, что Канеки хоть и не смирился со своим положением (и, наверное, где-то в глубине души ненавидит себя и мечтает, что однажды он проснется, и всё будет как раньше), но всё же искренне пытается разобраться в том, что теперь происходит вокруг него, не делая поспешных выводов и не записывая всех подряд в чудовища, как он это делал ранее - и его взаимодействие с Хинами это отлично иллюстрирует. Вообще мне Канеки чем-то неуловимо напоминает Ганту из "Страны Чудес Смертников" - тот же внешний образ бесполезного и беспомощного дурачка, попавшего в беду, но при этом где-то внутри у него прячется стержень моральных убеждений.
14 понравилось
