Собрание сочинений в пяти томах. Том 1

вопреки единственной рецензии, которая на данный момент имеется на лл об этой книге, я считаю её замечательным произведением, своего рода указателем для тех, кто стоит на перекрёстке дорог.
Книга для тех, кто жаждет свободы, но крутится как белка в колесе материальных забот. Камю очень точно передаёт этот абсурд реальной жизни через чувства/эмоции главного героя.
Счастливая смерть состоит из двух других смертей - естественной и сознательной.
Естественная смерть постигла человека, который поставил точку своим поискам счастья. Он ощущал жизнь, но жизнь проходящую мимо него, ведь он калека - человек, физически не способный жить самостоятельно, а значит свободно.
Но даже этого ощущения протекающей жизни было достаточно, чтобы удержать его от последнего шага - самоубийства. И точно так же, как ему помогала прислуга в вопросах гигиены, точно так же и главный герой помог ему совершить естественную нужду - умереть. Именно там, где появляется естественная смерть и начинается экзистенция главного героя - начинаются его поиски счастья, его погружение в одиночество, в себя.
Не стоит думать, что книга мрачная и тяжёлая. Это книга - путь, путь к счастью, путь от человека мыслящего (всм стремления всему повесить ярлык), к человеку ощущающему.
Смерть главного героя называется сознательной, именно потому, что он осознанно подошёл к концу жизни - он стремился осознать счастье и он достиг его, научившись так же ощущать жизнь (гореть), а все мы знаем истину - достигнуть высшей цели в жизни значит завершить её.

"В тебе тьма разных достоинств, и самое драгоценное из них — это чувство счастья. ... Счастье — в тебе самой, нужно лишь дождаться его."

Именно такое путешествие совершил Мерсо - в глубь своего Я, только вопреки совету, которое он даёт девушке, его путешествие начиналось настолько стремительно и осознанно, что он не успевал жить полной жизнью.

Наверно зря я решила, что смогу написать рецензию к этой книге, ведь сама в ней ещё не до конца разобралась, не до конца прочувствовала её. Книга полна разных мыслей о свободе, счастье, жизни и смерти, поисков своего я, и все эти мысли не всегда согласуются друг с другом, хотя и исходят из уст/мыслей главного героя.
Однако все эти размышления помогают нам понять, насколько Мерсо приблизился к своей цели, насколько изменились приоритеты и средства, пускай, хоть отдалёно, но хотя бы на уровне чувств начинаешь понимать механизмы и взаимосвязь свободы-одиночества-времени-денег-любви-грусти-страданий-счастья-...
Не знаю насколько аннотация к книге отражает истину, но там сказано, что это произведение "открывает творческий диалог между Камю и Ницше". В этом плане я до сих пор заинтригована и страстно желаю знать наверняка - в чём же основные тезисы этого диалога?
Могу ошибаться, но скорей всего это тезисы о силе духа. О страдании, которое человек должен осмыслить и перерасти:

"...Никто не рождается сильным или слабым, волевым или безвольным. И силу, и ясность сознания нужно выстрадать. Судьба гнездится не в самом человеке, а витает вокруг него..." А. Камю

"Что не убивает меня, то делает меня сильнее" Ф. Ницше
"Отчаяние – это та цена, которую человек должен заплатить за самопознание" Ф. Ницше

"Главное, видишь ли, это воля к счастью, постоянное и напряженное его осмысление." А. Камю
"Не в истине святость, но в поиске истины для каждого!" Ф. Ницше

К вопросу о одиночестве Мерсо: Ницше пишет : "Величайшие события — это не наши самые шумные, а наши самые тихие часы." А ведь путь Мерсо начинается с побега из родного города в поисках одиночества, а позже - очередная ступень развития "Я" Мерсо: из шума Дома перед лицом Мира он снова бежит в одиночество...
Подобные "диалоги" можно составлять бесконечно и от этого книга становится ещё интересней и более бездонной (в лучшем понимании этого слова)

В завершении этой недорецензии, хочется привести цитату, которая должна развеить миф о беспросветной мрачности этого произведения:
"...Правда, счастливым он был недолго. Но разве дело во времени? Оно может только служить препятствием на пути к счастью, а в остольном его можно и не принимать в расчёт. Мерсо одолел эту преграду, а уж сколько там сумело прожить порождённое им новое и счастливое существо - два года или два десятка лет - это значения не имеет. счастье состояло в том, что он дал жизнь этому существу."

Вопреки всему, будьте мужественны чтобы идти дорогой счастья!

Это мое первое знакомство с Камю. Я не могу сказать, что мне не понравилось или я осталась в восторге, скорее всего я просто нахожусь под впечатлением.

Начну с начала. Когда я начала читать, то меня напрягал стиль повествования. Мне было некомфортно и скучно. От сюжета я не понимала чего ждать и в какой-то момент мне казалось, что уже ничего не произойдет, как случилось преступление. Я даже как-то опешила и не могла понять, как такой персонаж мог сделать такое. Но прочитав до конца, я стала анализировать его поведение с самого начала. Не зря меня не покидало чувство тревожности, которое  нарастало с количеством прочитанных страниц.

Камю играет на чувствах. Создав такого персонажа, он выводит читателя на скрытые эмоции и как бы спрашивает "осуждаешь или сочувствуешь?".

Наверное, это одна из немногих книг за долгое время, в которой ни один персонаж не вызвал симпатии у меня. А вот эмоций от книги море, причем негативных.

Я сразу поняла, что в руки ко мне попала такая, знаете, глубокая книга, книга-глыба... И не ошиблась. Камю знал, что поднимает проблему высокую, поэтому сам дает подсказку, установку на то, как стоит воспринимать читателю героя:

Итак, для меня Мерсо — не «отребье», но человек, нищий и голый, поклонник солнца, уничтожающею любую тень. Он вовсе не обделен чувствительностью, им движет глубокая, непобедимая страсть — жажда абсолютной, незамутненной правды. Речь идет о правде пока еще отрицательного порядка, правде жить и чувствовать, но без нее никогда не одержать победы ни над собой, ни над миром.

Итак, каким же предстал передо мной Мерсо-посторонний? Ничего ужасного я не увидела. Я увидела лишь яркую индивидуальность. Тут недавно в одной из рецензий на главной были весьма дискуссионные диалоги о индивидуальности. Для меня Мерсо - абсолютная индвидуальность. Он из тех, кто будто со стороны наблюдает за жизнью других, даже за собственной жизнью он следит как-то слишком вскользь. Мерсо вполне способен обходится без общества, как важной, почти неотъемлемой, состоявляющей человеческого существования. Вот только общество-то так не привыкло. Люди со всех сторон напирают на этого отстраненного человека и совсем его не понимают. А посторонний, он не то, чтобы избегал людей. Но он слишком прямолинеен и правдив. Он очень часто просто не слушает, что ему говорит человек, идущий рядом, он всегда со всем соглашается (так - значит так), зато не всегда просчитывает последствия, а зачастую вообще откровенно показывает или говорит, что ему неинтересен собеседник.
Понятно, что таких общество не поймет. Современные Мерсо либо затаптываются обществом и становятся еще больше отшельниками, либо становятся полностью асоциальными, не способными сосуществовать в этом мире. Но никогда они не пойдут против своих убеждений. В этом их сила. Но сила общества в случае с индивидуальностями в их стадном инстинкте и количестве сего одинакового осуждающего взгляда. Общество не пройдет равнодушно мимо таких посторонних, а, самое малое, покрутят пальцем у виска и громким шепотом обсудят их. Это самое малое. А дальше - все дело в неравнодушии общества и его фантазии - могут сделать что хочешь.
Мерсо, при всем своем ярко выраженом индивидуальной мышлении, чувствовал всеобщий к себе интерес и совершенно абсурдный накал страстей вокруг личных ситуаций человека.

Мне хотелось растолковать ему, что я такой же, как все люди, в точности такой же. Но все это, в сущности, бесполезно, мне стало все равно и я махнул рукой

Он чувствовал силу и напор окружения и будто понимал, что нормальным такое не кончается. Себя самого он чувствовал иначе, но не понимал, откуда такое осуждение к нему у совершенно чужих людей. Меня поражало его внутреннее спокойствие и гармония, сохраняющиеся практически на протяжении всей книги. Мне самой иногда хотелось крикнуть: да что вы за люди такие? Дайте бедному Мерсо спокойно существовать! Вы же сами ему навязываетесь, а не он вам! А посторонний Мерсо оставался непоколебим и мудр в своих суждениях.
Да, он был чудаковат, да, я во многом его не понимаю и не пойму никогда. Да он был странным. Странным даже по моим многогранным меркам. Но он был Личность ! Я не понимаю за что тут судить. И почему нельзя дать ему просто существовать? Он ведь никогда ни с кем не спорил, не пытался доказать свое мнение и навязать его. Он просто хотел Жить. И в итоге оказался не приспособленным к жизни.
Одна осечка, один промах. И общество, как собака на команду "Фас!", среагировало, возомнивши себя Верховным судьей одной маленькой, но сильной, одной иной жизни...

   — Да в чем же его, наконец, обвиняют — что он убил человека или что он похоронил мать?!

Мне кажется, лишь в том, что он был Посторонним в этом мире. И общество посчитало возможным и посильным просто выкинуть его, вычеркнуть и растоптать такую яркую индвидуальность. Он был всего лишь яркой индивидуальностью, а посторонним стал благодаря обществу.

p.s. Такой абсурдизм я обожаю. Эта книга меня в него влюбила.

Образ Калигулы всегда был для меня отвратительно-интересен, еще со времен в юности посмотренного "Калигулы" Тинто Брасса. Тогда я была глубоко шокирована не столько формой рассказа о жизни этого императора, сколько впервые настолько жестко поставленными передо мной вопросами о природе безграничной власти, и о её последствиях как для самого властителя, так и для его приверженцев.
Что делает с человеком абсолютная власть? До какой глубины низости он сможет опуститься в своей безнаказанности? Радостью для него будет такая власть, или тяжким бременем? Можно ли сочувствовать такому властителю, который под бременем власти опускается всё ниже и ниже, распадаясь, как человек, разрушая мир вокруг, губя жизни и развращая общество?
У Камю не все так просто с ответами. С одной стороны - мы понимаем горе человека, у которого смерть отняла весь свет его жизни, а с другой - кто сказал, что в упоении мщением всем оставшимся жить - можно найти покой? И тогда человек, потерявший Друзиллу, находит в нас сочувствие, а вот мстящий живым за её смерть - разве что недоумение.
Невероятно досадно, что со времен Древнего Рима ничего ни в человеке, ни в обществе, ни во власти не меняется, и как Камю в середине ХХ века, так и мы в начале XXI-го видим, что с абсолютными властителями происходят всё те же метаморфозы. Когда человек, находящийся во власти, начинает путать свои собственные интересы с интересами общества, которое он представляет, с интересами людей, которые это общество составляют, когда правила начинают переписываться с бесконечной скоростью под нужды конкретной ситуации и конкретного человека - всегда найдется тот хор льстецов и подпевал, которые поддержат зарвавшегося лидера и прикормленную им команду усмирителей, и пелена упоения собственной персоной окончательно застит ему глаза. Так было в Древнем Риме, так было в ХХ веке, так происходит и сейчас.
Печальна участь тех самых "молчаливо одобряющих". Сразу вспоминается знаменитое "я промолчал, поскольку не был коммунистом..." Зарвавшихся властителей надо пытаться остановить сразу, вначале, пока их самолюбование и самовосхваление не перешло допустимых границ. Потому что иначе, "когда придут за мной", уже не останется никого, кто мог бы отдать свой голос в мою защиту. В общем-то о том же есть и у Бруно Ясенского

К несчастью, обывателей всегда большинство. Они "как положено" проголосуют, дружно пропоют дифирамбы, отнесут накопленные деньги - куда велено, где надо - лизнут, где скажут - закроют глаза. "Ради их удобства" изменят устоявшиеся законы, правила и моральные нормы, для их потехи надругаются над несогласными. И им непремено дадут "Хлеба и зрелищ" (это у меня параллельно недавно прочитанный Сенкевич в голове фонит с его другим абсолютным властителем - Нероном), потому что еще Хаксли нам всем давно объяснил, что главный способ не замечать абсурд и ужасы реальности - развлечения! И все лемминги дружно побегут играть, петь и веселиться в свете горящих факелами жертв.
И тогда остается только надеяться, что найдется внезапная болезнь или какой-нибудь Кассий Херея, который совершенно аморальным и преступным способом сумеет остановить этот источник цунами, лавину ненависти и ужаса, разрушающий привычную жизнь до основания.
Ох, и тяжелую пьесу написал Альбер Камю в середине ХХ века. Невероятно печально, что она продолжает оставаться столь же актуальной спустя семьдесят лет, в разных странах и на разных уровнях власти - в бизнесе, в политике... Но боюсь, в этом вопросе человечество ничему не научилось ни за столетия, которые отделяли Камю от Калигулы, ни за десятилетия, которые отделяют нас от Камю.
Словом, даже тем, кто, подобно мне, смотрел спектакль раньше прочтения пьесы - искренне рекомендую читать. А я буду обязательно еще не раз перечитывать.

Не думала, что повесть мне понравится, но это случилось. В целом, я довольна, но не могу сказать, что это шедевр.

Сюжет. Главный герой Мерсо — француз, проживающий в Алжире. У него умирает мать, которую он сдал в дом престарелых. После похорон Мерсо совершает убийство. События разворачиваются очень стремительно, даже для маленькой повести.

Герои. По сути это театр одного актера. Другие персонажи есть и они даже влияют на сюжет, но прописаны они поверхностно. Не могу сказать, что это минус. Просто факт.

Слог. Написано хорошо. Слог, как песня. Повествование ведётся от первого лица в прошедшем времени.

Темы. Повесть поднимется реально важные вопросы. Безучастные люди были, есть и будут всегда к сожалению.

Финал. Он немного открытый.

В общем да мне понравилось, но не хватило объёма. Хорошего всегда мало))))

Однозначно прочитаю у Камю что-нибудь ещё.

Кому рекомендую прочитать. Как знакомство с автором хорошо подходит.

Кому не рекомендую прочитать. Если ждёте динамичного сюжета без философии, то точно нет.

Имя нарицательное.
Гай Цезарь Август Германик прожил недолгий человеческий век, всего 28 лет, оставив о себе более двух тысяч лет муссирования мифов, став к настоящему времени нарицательным насилия, безумия и разврата во главе бушующего корабля Римской империи. Формально, если смотреть на внешние атрибуты истории о Калигуле, предложенные Альбером Камю, то эта пьеса - полна штампов о порочном императоре, жаждущим луну, обесценившим человеческие отношения и самое жизнь. Но, как мне кажется, это броская форма, за которой необходимо разглядеть содержание. Хотя форма отвращает, подвигает стать критиком действий Калигулы, и уж точно создает ощущение бесправности и униженности всех и всея кроме чокнутого на всю голову правителя.
Все ли могут Цезари в попытках обладать луной?

Судя по аннотации и моим впечатлениям, у автора получилась многогранная загадка, которую каждый пытается расшифровать по-своему, ища свои символы и смысловую нагрузку. Я не критик, но выделю три идеи, показавшиеся мне наиболее важными.
Когда говорят о жестокостях правления этой ветки римских цезарей, всегда добавляют: "что же поделать, тогда было такое время". Но, как сказал один умный человек гораздо позже: "власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно". Безумства Калигулы касались всех сфер - экономики и пополнения казны(Акция для от Гая: напиши на меня завещание и попади на эшафот в течении часа), человеческих отношений (Акция для от Гая: покажи мне свою жену, и я проведу ее тест-драйв, оценив все достоинства и недостатки для тебя), прочих семейных ценностей (Акция дня от Гая: убью все поколения до и после тебя, чтобы ты ощутил свое место в мире), аристократические бонусы патрицианства (Акция дня от Гая: ты -патриций, первый везде, поэтому твое место быть первым на арене, а не сидеть в первом ее ряду), и так далее. И страх сковывал всех вокруг, ни один не чувствовал себя в безопасности, и. как это не парадоксально, никакие сильные чувства, ощущения душевной боли не позволяли патрициям разогнуться и ответить. Почему так? Раболепство пред безумцем, возведенное в абсолют...
Вы поклонники двуличного Януса или страх сковал все мысли?
Я мыслю, а следовательно - существую. Существовали ли патриции, то есть мыслили ли они?
Вторая мысль очень точно выражена в одной из рецензий, и я бы ее хотела поддержать. Калигула всеми доступными способами пытался добиться искренности в ответных эмоциях. Средства выбрал он отвратные, это неоспоримо. Но ведь народ гнулся, "держал фасад", бессмысленно и бездумно, не выдавая истинных чувств и еще больше распаляя сумасшедшего типчика, ничем не ограниченного в средствах. Выказал ли хоть один в лицо недовольство? Нет. Чего боялись, смерти? Так он и так как цыплятам головы вам сворачивает, и вам и всей вашей родне. Где ваши честные эмоции, где правда, брат (или Брут, но тот идейнее был, нежели герои этой пьесы, не правда ли)?
Нигилист из древней империи.
И, наконец, про нигилизм и отрицание. Как пишут некоторые историки, Тиберий и Калигула не были более развращенными, нежели их окружение, просто они отрицали необходимость это скрывать. Нигилизм включает в себя отрицание общепринятых ценностей, и на мой взгляд, Камю показал, что Калигула проповедовал яростный, агрессивный нигилизм, болью и страхом доказывая, что попирает те самые ценности и нормы. Осознание и осязание бессмысленности жизни, созидания, познания вылилось у него в те самые формы, которые после стали характеризовать как безумные выходки.
Итак, посмотри в глаза безумцу, которого помнят двадцать одно столетие, пытаясь проникнуть в смысл его жизни и почитай Альбера Камю; возможно в диалоге с этим драматургом у тебя будет шанс найти ответ на этот вопрос.

Я с трудом выговариваю слово "экзистенциализм". Какое-то оно пугающее! Сразу начинает язык заплетаться! Философия всегда была для меня чем-то заоблачным и невероятно сложным. Сложным оказался и роман Альбера Камю "Посторонний", к которому все, кому не лень, приклеивают ярлычок "самого экзистенциального романа". Я полагала, что сложной будет в первую очередь внешняя структура произведения (ожидала что-то похожее на "Через много лет" Хаксли ), но оказалось, что она не только не сложна, а даже в какой-то степени примитивна - "он пошел туда-то, он сделал то-то". Все, как в жизни. Эффект скрытой камеры, неусыпно следящей на главным героем. Книга-кинолента. Одним словом, читалось легко.

А вот потом полнейший ступор. Кто он такой, этот Мерсо? Как я к нему отношусь? Он пофигист, овощ?

Или он отважная Личность, следующая своим принципам (пусть и выражаются эти принципы в отрицании принципов)? Может быть, Мерсо - один единственный человек в романе, который понимает ценность человеческой жизни? Может быть, это он живет, а все остальные существуют?

Велик талант автора, если он мог создать настолько неоднозначного персонажа. "Посторонний" притягивает к себе, как магнит. И заставляет мучительно искать ответы на огромное количество вопросов, лавиной сходящих на тебя со страниц романа. Лично я пока не преуспела в ответах.

8 / 10

А мне неожиданно понравилось. До этого с произведениями автора я не был знаком, и аннотацию этого я не удосужился прочитать, мне книга досталась просто потому, что человек знал о моем увлечении книгами и принес ее чтобы не выкидывать.
Первая часть мне понравилась больше всего, описание обычной жизни героя: похороны близкого родственника, знакомство со своей девушкой, общение с новым знакомым, просто проведение время на работе и после-вроде ничего особенного, но следить за этим захватывало. А вот вторая часть про следствие и суд для меня немного просела, я никак не мог связать воедино почему поведение гг на похоронах матери вменяли ему в вину больше, чем убийство совершенное им. Я думаю и приговор больше основывался на его поведении в прошлом, чем на совершение преступления в настоящем. А последние страницы с его размышлениями о жизни и смерти как-то прошли мимо меня и не задели.

Дебютное произведение Альбера Камю осталось в его творчестве не обязательно самым значительным, но уж точно самым известным. В сложнейшем периоде для Франции (1942 год) у нее появляется сложнейший литературный труд. Сложно судить, насколько сильное впечатление производил тогда «Посторонний», но не без категоричности можно заявлять – до нашего времени он нисколько не растерял силы и с игривой легкостью способен шокировать неподготовленного читателя. Впрочем, и подготовленного.

История построена, строго говоря, на трех основных, сюжетообразующих событиях в жизни героя. Прежде всего, это, конечно, похороны мамы. Мерсо (так зовут центрального персонажа «Постороннего) не только отказывается в последний раз посмотреть на родительницу, но и в целом показывает себя как абсолютно безучастный и равнодушный к происходящим событиям человек. Таким образом, уже на этапе экспозиции читатель совершенно не понимает героя. Он не понимает также, как можно практически сразу после похорон закрутить интрижку со старой знакомой. И не из бессознательного стремления к самозащите, а просто так. Он не понимает такую линию поведения, при которой Мерсо запросто соглашается на свадьбу с девушкой или дружбу с сомнительным типом только потому, что ему все равно. И уж тем более читатель не понимает не только предпосылок к убийству араба, в которого главный герой всадил несколько пуль. Зато уже совершенно не удивительно отрешенное поведение Мерсо на собственном суде.

На страницах «Постороннего» ясным, лаконичным, четким языком идет повествование о Мерсо. Размеренной, шаркающей поступью плетется он по извилистым тропам судьбы, нисколько не нарочито, абсолютно искренне проникнувшись собственной тотальной безучастностью ко всему вокруг. Категорически невозможно представить такого человека в повседневной жизни. Его образ, даже после прочтения, так или иначе, остается в какой-то степени размытым, неясным.

Отсюда возникает недопонимание: а кто Мерсо для Камю? Нет, ни в коем случае не Альтер эго, исключено. Тогда кто? Существует мнение, что в данном случае герой для автора – не объект самовыражения, а способ познания мира. И это мнение имеет место быть, если вспомнить знаменитое утверждение о том, что герой «Постороннего» совсем оголен перед абсурдом окружающего мира. У него нет прошлого, нет цели… По существу, у него нет даже элементарного инстинкта самосохранения. У него нет ничего из того, без чего нашу собственную жизнь сложно даже вообразить.

Но сколько не пытайся каким-то образом анализировать самого персонажа, едва ли его возможно понять до конца. И едва ли возможно ответить на зудящий вопрос «Почему?», который возникает постоянно. Чуть ли не на каждом шагу.

Произведение, быть может, тем и хорошо, что таким количеством пробелов оставляет каждому читателю пространство для размышлений и собственных толкований. Трактовка событий, конечно, может быть облегчена глубоким познанием личной философии Камю, но при этом она столь шаткая, что осознание глубины произведения, на мой взгляд, предпочтительней оставлять чему-то из области интуитивного, чувственного. Попытаться объяснить простым языком (что называется, на пальцах) столь тонкие и хрупкие материи – рисковать обрушить всю логичность собственных доводов и остаться в итоге у разбитого корыта.

Небольшое эссе, передающее зыбкое настроение летнего Алжира, которое прочувствовал Альбер Камю. Выбирая это произведение, я думала, что получу рассказ со связным сюжетом и некоей историей, которая происходила летними алжирскими деньками, но это оказалось именно эссе, "сочинение на заданную тему" так сказать. Тем не менее, произведение весьма познавательное и любопытное, созвучное лету и философии, очень комплементарное современному взгляду несмотря на разницу лет между чтением и написанием.
Отмечу удивительную нежную тоску автора по простоте летних радостей, которые он ощущает в Алжире, причем он не обольщается этой простотой, а именно что с высоты более сложного восприятия литературно преподносит ее.

Автор для меня новый, но мне кажется знакомство с его стилем и взглядом на мир и литературу вышло вполне удачным, его философские тезисы в сравнительно небольшом формате эссе интересны и понятны, дискуссионны и не вызывают отторжения.

Приятно, что он не противопоставляет различные культуры (европейскую и восточную), образы жизни, при этом умело выделяя их особенности, их прелести и сложности. Чтобы добиться такого оптимального баланса, на мой взгляд нужно завидное мастерство, чувство меры и образованность.

Живите полной жизнью сейчас и наполняйте ее летней радостью бытия.