Проклятый горн

Скорее бы все сдохли. Никто и не заметит такой «потери». Господь, сделай так, как я прошу. Они вконец охренели.

— С дороги! — прорычал Кирино. — Мне до черта опротивел твой город, и мои люди убираются из него как можно дальше.
Все можно было бы решить гораздо проще, но этот тупой наемник явно не знал такого слова, как «дипломатия».

Я, уже не думая о Вальтере, ударил лошадь каблуками, направил к воротам, на ходу извлекая палаш. Пороховой дым служил хоть какой-то защитой, и мечущиеся вокруг людские тени, сталкивающиеся, хрипящие, рычащие, пускающие друг другу кровь, были слишком заняты убийством друг друга, чтобы обращать внимание на меня.

Чтобы надеяться на лучшее, за него следует бороться.

Слова лишь прах.

Порой у меня возникает мысль, что магистры и рядовые стражи живут в совершенно разных мирах, которые пересекаются в крайне редких случаях…

Он посидел еще немного, глядя, как я работаю, и негромко сказал:
— Я боюсь того, что ты найдешь, если и дальше будешь идти по этому следу.
— Я тоже, друг Проповедник. Я тоже.

— Ждать придется долго, ван Нормайенн. — Он не терял присутствия духа. — Я не собираюсь отправляться в ад прямо сейчас.
Ну да. С пулей от аркебузы, застрявшей где-то в потрохах, промучиться можно несколько суток.

Грядущее… так сказать, скрывалось от меня в глубоком тумане. Потому что наемники, которые по идее должны были охранять город и пресекать беспорядки, решили заняться наживой и начали с того, что без всяких сомнений перебили Псов Господних. Именно о таких я и говорил совсем недавно — им нечего терять.

В окно просунулась рука с пистолетом, грохнул выстрел, и пламя обожгло мне правую щеку.
Содержимое головы отца Леонарда разлетелось в стороны, все заволокло удушливым пороховым дымом.